Искажающие реальность 1-12 - Михаил Александрович Атаманов

— Успокойся, Ураз, человек Комар тут совершенно не при чём, это сделал я!

— Что? Ты? — наш аристократ-неудачник аж отшатнулся, настолько неожиданными и шокирующими стали для него слова уважаемого Навигатора. — Но зачем, Аюх?!

— Хотел помешать тебе совершить главную ошибку в твоей жизни. Ты столько рассказывал мне о своих планах проявить себя, заслужить славу и всеобщее уважение, стать гордостью своего клана Вайде-Тухш. Так вот, только что был тот самый шанс, которого ты так долго ждал! Но ты этот шанс упустил… как и разочаровавшуюся в тебе невесту… как и уважение команды. Лично я схожу в ближайшем космопорту!

Ураз Тухш грозно оскалил клыки и долго буравил взглядом своего взбунтовавшегося подчинённого, затем обернулся на запертую дверь, в которую продолжала долбиться Улине, встряхнул своей косматой башкой и прорычал так, что эхо от его голоса многократно отразилось от стен:

— Ничего я не упустил!!! Я вовсе не отказывался становиться героем, просто хотел поступить по-другому! Мы взорвём эту батарею мелеефатов, откроем дорогу десанту и прославимся, но при этом сохраним «Шиамиру»! Мой план отличается от того, что предлагал Комар — мы сядем на планетоид и доставим активированную мину на погрузчике, сами же благополучно взлетим и уйдём из зоны поражения! Дмитррр, разворачивай челнок!

Глава восьмая. Гибель Шиамиру

Слов извинений от капитана Ураз Тухша я так и не дождался, однако настаивать на сатисфакции и ещё сильнее портить отношения с близким родственником командующего всё же не стал. С внешней невозмутимостью провёл дополнительное сканирование планетоида, уточняя карту местности в области предполагаемой посадки, после чего выключил монитор и покинул рубку управления, возвращаясь в свою каюту. Последнее, на что обратил внимание на капитанском мостике — симбионт прекратил сопровождать наш корабль и исчез, растворившись в глубинах космоса. У меня на мини-карте он отобразился лишь раз как «плазменный сгусток» и больше в радиус сканирования не попадал. Никакие корабельные приборы, кроме камер визуального наблюдения, сателлита вообще не фиксировали, использовать же геологический анализатор и Сканер Изыскателя для уточнения информации по нашему таинственному сопровождающему я по понятным причинам не решился.

Если, как ранее утверждал Навигатор, симбионт являлся добрым знаком и символом удачи, то очень плохо, что он решил покинуть нас перед предстоящей опасной операцией, это сразу навевало на определённые мысли. Признаться, я тоже нисколько не верил в успех высадки на вражеский планетоид и использование тяжёлого погрузчика для доставки термоядерной мины к вражеской батарее.

Противника, тем более такого опытного и хитрого как мелеефаты, заподозрить в тугодумии было никак нельзя, а потому мне крайне трудно верилось в то, что защитники крепости не заинтересуются приземлившимся (если «Шиамиру» вообще сможет это сделать в условиях обстрела с поверхности) на их планетоид вражеским грузовым челноком. Заинтересуются, ещё как заинтересуются! И если не собьют нас на подлёте, то наверняка направят мобильный отряд разобраться с высадившимся десантом, а то и вызовут к месту посадки несколько фрегатов для тотального уничтожения всего живого по указанным координатам. С подобными невесёлыми мыслями я достиг жилого модуля и устало опустился на койку.

— Комар, мы все слышали по громкой связи слова пилота Дмитрия Желтова, — встретила моё появление полностью экипированная и готовая к активным действиям Минн-О. — И Эдуард слышал, и Имран. Если бы ты согласился вместе с Дмитрием атаковать капитана, мы все бы поддержали тебя!

Я недоверчиво поднял взгляд на свою вайедда и встретил на её лице выражение совершенно искренней и безграничной, просто щенячьей преданности. Минн-О нисколько не преувеличивала и действительно готова была напасть на гэкхо, если бы я того потребовал. Только этого мне не хватало! Спасибо, конечно, супруге и друзьям за готовность пойти за мной в огонь и воду, вот только я такого слепого фанатичного доверия не заслуживал. Я — живой человек из плоти и крови, и тоже частенько ошибаюсь или уже постфактум корю себя за незамеченные возможности. Так, сейчас я переживал по поводу того, что не решился-таки применить на Ураз Тухше псионическое воздействие. Может, мне удалось бы внушить капитану мысль об ошибочности и обречённости его плана, и он отказался бы от совершенно глупой идеи рисковать успехом всей грандиозной военной операции ради сохранения своего грузовика.

— Муж мой, ты сам на себя не похож! Выглядишь опустошённым и апатичным, как будто тебе всё равно, что вокруг происходит! Что бы ни стряслось, не переживай, ведь у тебя есть я! Я всегда буду на твоей стороне! — Минн-О присела рядом на лавку и обняла меня, затем положила голову мне на плечо.

Я тоже в ответ обнял принцессу. В этот момент снаружи челнока раздался необычный механический скрежет, и моя вайедда встрепенулась:

— Что это?

Я честно ответил девушке, что это по приказу капитана разворачивают стрелу-манипулятор, чтобы подхватить одну из мощных космических мин и втащить в грузовой трюм. Так же сразу предупредил Минн-О, а заодно и прислушивающихся к моим словам Имрана и Эдуарда, что вскоре «Шиамиру» начнёт резкие манёвры уклонения, готовясь садиться на планетоид в условиях обстрела с поверхности. Поэтому я рекомендовал друзьям, не теряя времени, заранее проверить свои скафандры и максимально закачать воздуха в резервуары. Особенно это касалось Эдуарда, чей громоздкий экзоскелетный костюм Космодесантника стоял сейчас в грузовом трюме, и требовалось время для его активации и установки вооружения. То же самое по поводу подготовки скафандров я сообщил своему «котёнку» и гэкхо в соседних жилых блоках.

Мимо нас в сторону грузового трюма прошёл корабельный Инженер в сопровождении двух Телохранителей капитана. Прошло минуты две-три, и по звездолёту прокатился голос Ураз Тухша:

— Техникам подготовить тяжёлый погрузчик! Всему остальному экипажу готовиться к экстренной посадке! Сразу после касания поверхности техникам открыть двери грузового трюма, и только после этого заниматься уже коррекцией посадочных опор и фиксацией «Шиамиру»!

Сразу после окончания этого сообщения двигатели челнока взвыли в непривычно высокой, просто-таки истеричной тональности. Несмотря на работающие гравикомпенсаторы, меня ощутимо вдавило в спинку и подголовник. Я спешно опустил из стены мягкие фиксирующие поручни и пристегнулся, готовясь к жёсткой посадке на вражеский планетоид. На противоположной лавке Тини и Минн-О тоже повторили мои действия. Наш корабль, разгоняясь всё сильнее, вошёл в интенсивное кручение вокруг своей продольной оси, а затем начал совершать внезапные резкие рывки из стороны в сторону, по-видимому в попытках уклониться от обстрела с поверхности.

Перегрузки очень быстро вышли на какой-то запредельный уровень (и