Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Я потом и козу в сени заведу, вот - вот ягниться должна, в тепле ей быть надо. А вы там Тузику сенца в будку подкиньте, совсем старый пес стал, уж не вылазит почти, я его попозже тоже заберу, жалко старика.

- А помнишь, мать, как мы Васятку маленького потеряли. Совсем малыш был, пустили летом на двор побегать, да наказали никуда не уходить. Потом хотели в дом загнать, а мальца нет нигде, все обыскали, во все улы заглянули - как сквозь землю провалился. Испужались, конечно, а тут слышу, Тузик так потихоньку тявкает, будто зовет к себе.

- Подхожу, а он мордой показывает - мол, полюбуйся, хозяин, вот пропажа - а наш Васятка в его будке сладко спит. Разомлел, видно, на жаре, вот и залез в прохладу, а умный пес его охранял, не трогал.

- Ага, помню, помню, долго потом псиной от мальца пахло, еле отмыли, - добавила под смех мужчин бабушка и отправила их заниматься делами.

Видно было, что ей не терпится поболтать попросту с девушкой, а та и не возражала. Строгая, спокойная женщина ей понравилась, она совсем перестала ее бояться.

Надя посмотрела, что бабушка складывает чашки и тарелки в большой таз, чтобы мыть их, и тоже стала помогать, собирая все со стола. Затем они вместе молча мыли и вытирали посуду, так привычно, как будто делали это каждый день.

Так же молча бабушка дала Наде нож и пододвинула поближе картошку, и девушка ловко стала чистить её, под одобрительные взгляды женщины.

Девушка, засмущавшись, объяснила:

- Мы в детдоме многое сами делали, да и сейчас с подружками изредка готовим, но в основном в столовую ходим.

- Где ж тебя такую хваткую наш Васька встретил? - решила узнать Анастасия Егоровна.

- Ой, это смешно получилось, он меня на улице подобрал, - и девушка вкратце рассказала историю знакомства с парнем, уточнив, что больше проблем со здоровьем у неё нет.

Она знала, что в деревнях ценились крупные, здоровые девушки, а она была худенькая и маленькая, явно не по стандарту тех времен.

Так, спокойно делая домашние дела, они и общались, и Надя с удовольствием замечала, что прежнее настороженно отношение бабушки потихоньку уходит.

Когда мужчины вошли в дом, они уже спокойно вместе хозяйничали и разговаривали, и было видно, что это тех порадовало. А потом они вместе накрывали стол, доставали вкусные заготовки, нарезали городские деликатесы, ждали соседей.

Перед приходом гостей, ее отправили переодеваться, чтобы предстать при полном параде.

А у Нади как раз была обновка, буквально перед Новым годом они с Глашей "оторвали" в ЦУМе по теплому фланелевому платьицу, делавшему девушку еще моложе и стройнее. Но строгость облику она решила добавить, закрутив волосы в строгую учительскую прическу - шишку и накинув связанную Риной косынку.

Тут Надя с усмешкой подумала, что она какая - то неправильная богачка, вместо того, чтобы на скопившиеся за песни реально огромные деньги драгоценности, шикарные манто да бархатные платья покупать, по примеру провинциальной актрисы, она самолеты да полушубки для армии приобретает.

Но представив лица одногруппниц и, особенно, Марфушино, увидевших бы эти наряды, она фыркнула - нет уж, не стоит "дразнить гусей", и так еле все притихли, оставили на время их в покое.

Кстати, кто-то обмолвился, что Марфа бросила объедаться пирожками, регулярно мажет лицо кремом и даже вроде познакомилась на концерте с молодым милиционером, присмирела и значительно изменилась к лучшему. Ну, дай то бог, как говорится.

Тут в комнату зашла Анастасия Егоровна, тоже принарядившаяся, с подаренным платком на плечах, оглядела девушку, кивнула одобрительно, взяла её под руку и представила уже собравшимся гостям коротко и чётко:

- Надежда , Васина подруга, в гости приехала.

Взгляды большинства присутствующих были любопытно - доброжелательными, но вот один заставил поежиться.

Поджав губы, её осматривала и оценивала видная девушка, и взгляд её был явно презрительным. Надя предположила интуитивно, что это или первая деревенская красавица, или, скорее всего, бывшая Васина подружка, а может, то и другое.

Сделав вид, что ничего не замечает, Надя села на указанное бабушкой место. Началось застолье, но люди сначала чувствовали себя скованно, все поглядывали настороженно на столичных гостей, первые тосты были официальными, за Сталина и Советскую власть.

Все в основном налегали на городское угощение, наслаждаясь его вкусом, все же в деревне эти продукты были дефицитом.

Но постепенно самогон и наливка сделали свое дело, языки у людей развязались, атмосфера стала свободнее и веселее.

Раскрепощеннее всех, даже несколько развязно и нагловато чувствовал себя их вчерашний извозчик, Семен.

Он пил много, сильно опьянел, и то обнимал Васю, то лез к нему с какими то вопросами. Он все допытывался московских новостей и подробностей, задавая довольно провокационные вопросы про Войну с Финляндией и Советскую армию.

Ранее разгоряченные люди притихли, явно почувствовав себя не в своей тарелке, такие разговоры были не к месту и испугали всех.

Выручила Настасья Егоровна, она чуть ли не насильно выгнал соседа покурить и остыть, а сама шепнула Васиному отцу, чтобы он проводил того домой, от греха подальше.

Установившуюся тишину разбила одна из женщин, предложившая спеть, пусть, мол, москвичка послушает их народные песни.

И к большому Надиному удивлению, женщины запели:

- Виновата ли я, виновата ли я, виновата ли я, что люблю.

Голоса звучали слаженно, было слышно, что песню любят и знают.

А девушка поражалась, еще нет Интернета с его Ютубом и Тик Током, а песня за короткое время ушла в народ. Надя специально спросила, кто написал эту замечательную песню, она её не знает, и ей уверенно ответили, что песня народная.

Услышавший это Вася явно хотел уточнить, что автор вот она, сидит рядом со всеми, но девушка исподтишка показала ему кулак, и он замялся, замолчал.

Пели ещё какие - то песни, а потом красотка спросила, явно издевкой:

- Ну, а наша гостья петь умеет? Может, какую столичную песню знает?

Надя, не чинясь, скромно призналась, что петь умеет и песню знает, и запела одну из своих любимых песен - воспоминаний из будущего - прошлого, а взгляды женщин становились все одобрительнее:

Говорила мама мне

Про любовь обманную

Да напрасно тратила слова

Затыкала уши я

Я ее не слушала

Ах, мама, мама,

Как же ты была права!

Припев:

Ах, мамочка!