"Фантастика 2026-194". Компияляция. Книги 1-18 - Мария Геррер

дома всех гостей графа Кречетникова и проверить каждого человека. Более того, Адриан засомневался, а есть ли вообще этот иномирец. Что он понимал в действии зерцала? Ничего, как и остальные дворяне. Вдруг это тоже был спектакль? Вдруг Руднев решил подвесить бумажный меч над головами дворян, но объявил, что он железный?

Пусть Карницкий не так хорошо знал Богдана Стаховича, но тот явно не гнушался грязных методов, пробыв при государевом дворе столько лет. Правда, Куликову Адриан всё же хотел верить.

Судьи удалились для обсуждения приговора, и ложа наверху тоже опустела. Но орденцы и люди со стороны Медянского остались сидеть на местах.

Лишь спустя два часа судьи вернулись в зал и торжественно зачитали решение.

'По рассмотрении дела, заведенного по челобитью барона Медянского на Граничный Орден и служителей Старопольского отделения оного, а равно по выслушании сторон, свидетельских сказок, орденских донесений, осмотров и прочих к делу принадлежащих бумаг, судная комиссия определила.

Первое. Вины Граничного Ордена, равно как и служителей Старопольского отделения, в умышленном либо попустительски учиненном убиении дворян Медянских и Лабодинских, а также в разорении и сожжении родового имения Медянских, по сему делу не сыскано. Посему обвинение о злостном убиении дворянских особ с Граничного Ордена и служителей его снять.

Второе. Граничный Орден, яко служба особого государственного попечения и стража рубежей Бередарского царства, оставить в прежней его независимости, правах и установлениях, без отдания под сторонний надзор, понеже надобности к тому по судному разбирательству не оказалось.

Третье. Дабы впредь Граничный Орден мог исправнее нести положенную на него службу, все годовые выдачи и содержания отделениям Граничного Ордена по всему Бередарскому царству увеличить против прежнего на третью долю, начиная с будущего казенного года.

Четвертое. Медянского Ратимира Светославовича, Лабодинского Борислава Остромировича и Лабодинскую Отраду Светославовну, погибших при защите земли государевой от иномирного врага, признать павшими за родное государство и вписать имена их в вечную память служилых героев Бередарского царства.

Пятое. За оказанное мужество, верность и стояние против врага Медянского Ратимира Светославовича и Лабодинского Борислава Остромировича пожаловать посмертно знаком ордена Святого Рубежа первой степени. Лабодинскую же Отраду Светославовну, яко не отступившую в смертельной опасности, пожаловать посмертно знаком ордена Святого Рубежа второй степени. Знаки сии передать их родам на вечное хранение.

Шестое. Барона Медянского, как отца и родителя погибших, пожаловать пожизненным годовым содержанием из царской казны по триста рублей в год с выдачею оного содержания равными частями по третям года, начиная с нынешнего года.

Седьмое. Грамотея Нокая, жителя деревни Пикшики, за проявленные мужество, верность и стойкость перед лицом иномирного врага пожаловать единовременною денежною выдачею из казны в сто рублей серебром, с объявлением ему государевой благодарности.

Восьмое. Простолюдину Василю, жителю деревни Елшанки, за понесенную им потерю семьи и разорение домашнего состояния выдать из казны единовременно тридцать рублей серебром.

Сие судное определение Его Царским Величеством утверждено. К исполнению привести без отлагательства'.

Взале поднялся шум, зрители захлопали и начали сразу обсуждать вынесеное решение. Руднев подошел к противной стороне и негромко сказал:

— Благодарю ваше сиятельство за переданную нам удачу. Мы воспользовались ей сполна.

Граф Добринский с той же уверенной улыбкой, что и перед началом суда, ответил:

— Вот в чем беда безродных людей! Они слишком сильно радуются мелким победам и редко заглядывают вперед хотя бы на шаг.

— Если каждый шаг делать верно, то и не споткнешься.

— Это так, — кивнул граф, — но в конце пути можешь обнаружить, что увяз в трясине.

Даже после разгромного проигрыша Добринский держался так, будто именно на такой исход он и рассчитывал.

* * *

Орденцы не стали задерживаться в Белокаменных Палатах, а сели в кареты и поехали отмечать победу в трактир.Так как их было много, заняли целиком весь зал и дальше ели-пили, у кого что душа желает. Карницкий выпил темного пива, поел тушеной капусты со свининой, а когда насытился, направился к белоцарскому Стреле Сидору.

— Здорово! Ты мне подскажи, нашли того иномирца или нет? Это кто-то из эльданцев? Баба их или нет?

Сидор опростал очередную чарку, крякнул и сказал:

— Зря пыжишься, дворянин. Это не твое дело!

Притом упор он сделал на слово «твоё», давая понять, что иномирца ищут белоцарские орденцы, а не всякие пришлые.

— Я же тоже Стрела! И могу знать такое.