Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

— Пускай попробуют, — хмыкнула Эдна. — У Виконта же вся документация сохраняется по тому, как они через фиктивных сотрудников средва обналичивают?

— До последней запятой, — подтвердил Виконт. — Но я согласен, что лишнего внимания нам не нужно.

В итоге Азалия осталась в меньшиснтве, и текст ушёл в редакцию без имён и названий.

А вот дальше случилось то, чего никто не ожидал: начальник Азалии отказался это публиковать.

— Карстен, ты должен это взять! — почти умоляла Азалия в леденец, меряя шагами кабинет Виконта. — Это не про мятеж! Это про другое! Это покажет, что Свити не монстры!

— Азалия, ты смотришь те же новости, что и я? — голос Карстена Вейнмайера звучал устало и раздражённо. — Весь эфир кричит об опасности разумных артефактов. У нас уже три спецкора готовят материал о том, как их выявлять среди людей и как от них защищаться. А ты предлагаешь мне сказку про добрых гомункулов?

— Это не сказка! У меня есть видео, интервью, доказательства!

— Да видел я всё это, но ты не понимаешь главного: наша газета не заинтересована в том, чтобы встать в оппозицию всему свету. Не надо вот этого геройства. Сейчас не время для нюансов. Нужны простые ответы: кто виноват и как это остановить. А красивую сказку расскажем, когда всё уляжется, и люди будут готовы к великодушию.

Азалия молча смотрела на пустой экран леденца. Иногда ей удавалось продавить Картстена, убедить в своей правоте. Но сейчас он явно упёрся насмерть. Значит, всё зря?

— Похоже, нужно публиковать в другом месте, — сказал Виконт, который слушал весь разговор. — Может быть, вы знаете кого-то из других изданий? Или блогеров?

— Это займёт дни… — Азалия потёрла виски. — Но общественное мнение формируется уже сейчас. Эдна права, действовать надо вчера!

Эдна так и висела в пузыре, не отключаясь, и теперь вернулась в беседу.

— Азалия, ваш начальник — это Карстен Вейнмайер? Вы же из «Вестника»?

— Да, — удивилась журналистка. — Вы его знаете?

— Я проводила аудит «Вестника» два года назад, — хмыкнула Эдна. — У них была… интересная схема оптимизации налогов. Скажите, они до сих пор заставляют штатных журналистов оформляться как предпринимателей?

— Ну-у, да-а… — протянула Азалия. — Не то чтобы заставляют, просто так работаем…

— А дайте-ка его контакт, — потребовала Эдна, и Ферди снова поёжился. Нет, Джей, наверное, привычный исполнять приказы, а вот он не представлял, как с такой королевишной в быту сосуществовать. Та же Азалия, хоть и глуповатая, и наивная, и на рожон лезет где не надо, всё же вызываала у него гораздо больше приязни.

Тем временем Эдна вышла из пузыря на несколько минут, а когда вернулась, леденец Азалии уже светился вызовом от Карстена.

— Сечебука с тобой, — процедил он, когда Азалия вывела его на громкую связь. — Твоя писулька выйдет в течение часа. И если ты ещё раз свяжешься с этой Халиг, будешь искать другую работу!

На этом он сбросил вызов, а Азалия испуганно переглянулась с Ферди.

— Она вообще кто?..

— Аудитор, — вздохнул тот. — Очень хороший аудитор. И неспроста держит Цитронку в качестве телохранителя.

— Вы что, уже запустили материал?! — ворвался в пузырь Маркиз. Судя по тишине на фоне, он уже слез с горы, но несвойственного Юдзу возбуждения не утратил. — Послушайте, кто-то же может связать завод, полный Свити, со мной! А о том, что идол Змеегрыза заказал именно я, знает вся администрация Концеречья! Тут очень легко проследить связь между Свити и полётами Змеегрызов, тем более, что восстание в Логроканте началось прямо точнёхонько одновременно с ними!

— Не точнёхонько, а несколько часов спустя, — поправил Виконт.

— Да кто будет разбираться!

— Эта связь и правда есть, — тихо сказал Джей. — Раз уж так вышло, что из-за нашего идола они хулиганят, то это наша ответственность. Из-за нас они творят дичь. Мы же и должны их призвать к порядку. Мы ведь единственные, кто может с ними говорить.

— Как? Поймать бабочку размером с поезд? — съязвил Лир.

— Можно посмотреть, есть ли в их полётах какая-то система, — включился Виконт. — Если понять логику, можно предсказать, где они приблизятся к земле и перехватить. Я попробую вычислить.

— Я попробую связаться с другими изданиями, — подала голос Азалия. — Но у меня не то чтобы было много знакомств…

— Может быть, лучше сразу с теасскими газетами говорить, — подхватил Ферди. — Давайте составим список и поделим на всех.

— Я пойду пообщаюсь с губернатором, — решил Маркиз.

— Может быть, мне поговорить с родителями детей? — предложила Брасса. — Наверняка у них есть выходы на какие-то детские пузыри… Вот только…

— Подожди, — сказал Лир. — Джей, я сейчас зайду, подумаем вместе.

Солнце клонилось к закату над Беззаботами, заливая деревянного идола Кота багрянцем. Сам кот оставался чёрным, но тонкие щёлки между досками пропускали красноватые лучи, и всё вместе создавало ощущение тревоги. Джей и Лир топтались у подножия, избегая смотреть друг на друга. Оба знали, о чём пришли поговорить, но рот упорно не открывался ни у одного.

Статья Азалии тонула в бурном потоке человеческих страхов. «Свити захватывают завод!», «Машины восстали!», «Правительство Логроканта бездействует!». Паникёрские репортажи, снятые на дрожащие камеры, мнения «экспертов», кричащих об угрозе техномагического апокалипсиса, набирали в сотни раз больше просмотров и звёздочек.

— Никто это не читает, — наконец пробормотал Лир, пнув камень. — Вегрийская газета… И в Вегрии-то у неё не такие большие охваты, а уж за рубежом… Но сейчас все думают так же, как босс Азалии.

Он не смотрел на Джея. Джей смотрел на свой дом, где в окне светился тёплый квадрат кухни. Там была Эдна. Там был его дом.

— Меня приняли здесь, — тихо сказал Джей. — И даже после той первой гадкой статьи никто не стал ко мне хуже относиться. У меня здесь жизнь, на которую я никогда и надеяться не мог. А теперь… теперь я должен им сказать. Что я не человек. Что они всё это время доверяли артефакту. Что я их обманывал…

— Если бы я был здесь один, — перебил его Лир, — я