МИФЫ. Корпорация М.И.Ф. - Роберт Асприн

– Ну а теперь куда? – спросила Гленда.

Я достал карту, развернул и поднес к свету, чтобы Ааз и Танда могли ее видеть.

Морг – комната, в которой мы находились, – теперь был в самом центре карты, а золотая корова перебралась на кухню. Наш путь из морга проходил не через обычную дверь, а через стенную панель в самой глубине комнаты. Если верить карте, то панель вела в потайной ход, протянувшийся по всему замку.

– Знаете, – сказал я, – следуя этим потайным ходом, мы будем все дальше и дальше углубляться в замок и удаляться от выхода.

– Похоже на то, – согласился Ааз, глядя на карту.

– Но ты же понимаешь, Ааз, что это не имеет никакого значения, – заметила Гленда. – Неужели ты не можешь сказать своему ученику правду?

Мы посмотрели на нее, а она по-прежнему стояла, опершись на стол, декорированный обнаженным трупом.

– Как прикажешь тебя понимать? – спросил Ааз, которому тон Гленды явно пришелся не по душе.

– Очень просто. Мы не сможем выйти из замка, не выиграв игру, предложенную нам этой картой. А для выигрыша нам надо поймать золотую корову, которая, видимо, правит всем этим измерением. Вывести нас отсюда может только золотая корова, и тебе это прекрасно известно.

В этот момент я понял, что чрезмерная потеря крови повлияла на ее умственные способности. Мне хотелось лишь одного – как можно скорее убежать или улететь из этого замка, чтобы тут же, не теряя ни секунды, скакнуть в другое измерение.

– Неужели? – сказал я с ядовитой улыбкой. – Это же чистое безумие – охотиться за золотой коровой, которая стоит во главе огромного стада вампиров. Даже хуже, чем безумие. Это настоящее самоубийство. Мы кончим так же, как фураж, который валяется на столах. Гленда, ты нуждаешься в длительном отдыхе.

Все остальные промолчали.

Гленда продолжала смотреть на меня, а я вдруг понял, что ни Ааз, ни Танда не подхватили мою версию о ее безумии.

Я перевел взгляд на своего наставника, лицо которого почему-то приняло баранье выражение.

– Гленда права, – сказал Ааз. – Нам здесь противостоит такая магия, что без помощи карты нам отсюда ни за что не выбраться.

Я вопросительно глянул на Танду.

– Они оба правы, – улыбнулась она. – Даже с помощью Гленды мне лишь с большим трудом удается удерживать защитный экран. Окружающие нас магические силы настолько сильны, что без поддержки свыше нам не выстоять. А карта ведет нас к источнику этой поддержки.

В этот момент я понял, что могу уже считать себя покойником – не хуже, чем все эти ребята на столах. У меня просто не хватило ума, чтобы улечься рядом с ними и перестать дышать. Я еще раз посмотрел на своего наставника, пожал плечами и, придав своему лицу выражение посмертной маски, сказал:

– В таком случае пошли, пока сюда не явились парни с лопатами, чтобы помешать нашей охоте за сокровищами до того, как она началась.

Бросив взгляд на карту, я сложил ее, сунул в сумку и мимо столов с покойниками двинулся к дальней стене морга. Проходя мимо жмуриков, я хотел им сказать, чтобы они не беспокоились, что я обязательно к ним вернусь и было бы очень хорошо, если бы они зарезервировали для меня столик. Однако промолчал, решив держать свои мрачные мысли при себе.

Всю дальнюю стену морга занимал большой стеклянный шкаф с медицинскими приборами и препаратами, и никакой секретной панели я не увидел. Если верить карте, панель находилась как раз за шкафом. Я взялся за край огромного сооружения, потянул, и оно легко и бесшумно отошло от стены, открывая очередной потайной ход.

Оглянувшись на Танду, Ааза и Гленду, внимательно следивших за моими действиями, я бросил:

– Давайте факел и следуйте за мной. Сверимся с картой, когда окажемся внутри. И не забудьте закрыть за собой шкаф!

Мне было приятно ощущать себя вожаком, хотя вел я всех вовсе не туда, куда мне хотелось. Кроме того, я первым могу оказаться не там, где надо, и в результате погибну раньше их. Да, жизнь вождя имеет свои – и весьма серьезные – недостатки.

Танда передала мне факел, я скользнул в проход за шкафом. Проход был ничуть не уже дворцовых коридоров в Поссилтуме. Стены в нем были деревянные, хотя попадались и каменные участки. В отличие от вырубленного в скале туннеля под моргом этим путем, судя по виду, пользовались довольно часто. Пройдя шагов десять, я остановился. Шедший последним Ааз вернул на место шкаф и знаком показал, что готов следовать за нами.

Меня очень занимал вопрос, сможем ли мы в случае необходимости вернуться этим путем назад, но я не стал просить Ааза это проверить. Не стал просить только потому, что боялся получить отрицательный ответ.

Примерно через сто шагов потайной ход раздваивался. Один вел направо и слегка наверх, другой шел прямо – во всяком случае, до того места, куда достигал свет факела.

Танда находилась за моей спиной, поэтому я отдал ей факел, а сам достал карту. Она снова изменилась, теперь ее центром был перекресток, на котором мы стояли. Карта требовала, чтобы мы шли направо. И вверх.

Я вспомнил, как стоял перед этим замком и глазел. Столь огромного здания я никогда раньше не видел. Теперь же, если следовать карте – а Ааз и Танда этого определенно хотели, – мы можем оказаться на самом верху дворца. Меня утешало лишь то, что, когда из меня будут высасывать кровь, передо мной откроется прекрасный ландшафт.

Проход поднимался и поднимался. Иногда это были ступени, иногда просто пандус. Он поворачивал направо. Затем через двадцать шагов снова направо. Создавалось впечатление, что он идет в обход какого-то зала.

Закручиваясь широкой спиралью, тайный ход вел нас все выше и выше. Уже через двадцать минут я полностью потерял ориентацию в пространстве и не имел ни малейшего представления, в какой части замка мы находимся. Я знал лишь то, что мы покрыли немалое расстояние.

Коридор закончился невысокой лестницей.

Я остановился и подождал Танду. Позади, примерно в десяти шагах от нее, шли Ааз и Гленда, и меня удивляло то внимание, которое уделял мой наставник предавшей его женщине. Ясно, что ему от нее что-то нужно, но вот что именно? А поскольку он не отходил от изменницы, спросить я не мог.

Когда они приблизились к нам, Гленда тяжело опустилась на пол, а я достал карту.

Карта показывала, что потайной ход заканчивается