Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт

С нашим хранилищем дело другое. Мы принимаем деньги в запечатанных мешочках, чтобы не снимать пломбы и печати, не пересчитывая, а по весу. Понимаете? По весу! Когда с нас деньги будут просить, можем подумать – монетой возвращать или металлом. Словом, неизвестно, как будет в следующий раз, но в этот год доля её светлости собрана, отчёт по закладке на хранение подготовлен. И фискалы дали чуть не вполовину больше ожидаемого. Пусть нашей герцогинюшке будет, чем её мужу лишнее отдавать. При этом гроссбух хранилища в полном порядке, да только читать его мы не всякому разрешим.

Нормально? Я в свару кригскомиссара с местными финансистами и мытарями лезть не хочу и не буду. Сам поругался, сам пусть разбирается. Людям надо верить, у нас они честные, себе больше положенного не своруют.

Кстати, оказывается, на меня смотрят как на защитника прав людей, ведь я отстоял мясо в солдатском котелке и шитьё на мундирах. Снетки хороши иногда с пивом, хотя острые колбаски да с кислой капусткой всяко лучше. Но каждый день в похлёбке вместо мяса… такое только в кошмаре может привидеться. А как иметь вид с оловянным галуном на мундире вместо серебряного? С медяшкой вместо золота? Они же темнеют через месяц! А «золотой» галун ещё и прозеленью покрывается! Его светлость, может, и хороший полководец, но нашим солдатикам такой не люб, пускай своими голодранцами командует.

Мнение жителей было единодушным: бедная, бедная герцогинюшка! Несчастная! За какого сквалыгу её замуж выдали! Таким образом, посланцам Эдмунда потребовалось меньше месяца, чтобы настроить против него всё население. Зато Хаор поминают исключительно в положительном смысле.

За экономом пришёл отставной старший унтер-офицер, которого посылал золото отмывать. Тот доложил, что у него и двух его друзей забрали золотой песок за десяток дукатов на нос. Стребовали обещание молчать о ручье. При проверке рудознатцы ходили вверх-вниз по течению, намыли ещё сколько-то и постановили, что основное золото в породе, надо бы начать бить шурфы и закладывать шахту. Однако такие работы могут заметить, тогда про золото прознают и его добывать станет сам хозяин долины. Так что, пока не засекли, надо уходить. Словом, задание выполнено.

Ещё человек попытался сдать полученные деньги, хотя было видно, что делает это через силу. Приказал отставить, а деньги разделить среди участников дела и потратить сообразно собственным потребностям. Ещё и серебра от себя добавил. Расцвёл отставник, пообещал, что отслужат.

Вот и появились первые мои личные специалисты по решению деликатных проблем, решил назвать их лесниками. Пока пусть потихоньку обживаются на гражданке и начинают присматривать за посторонними. В арендаторы по разным поместьям пришло много бывших солдат, а у тех взгляд острый, если что, сразу весточку бывшим сослуживцам пошлют. А лесники заодно и за лесами присмотрят. У меня же их два приличных – дубовый и привезённый саженцами из колоний. Старая графиня приказала.

Саженцы, как ни странно, прижились, и теперь непонятно, что делать с выросшими эвкалиптами. Начальная идея была вырастить строевой лес для постройки судов. Специально призванный специалист очень советовал именно эту породу. Прошло лет тридцать. Специалист давно помер, деревья выросли. Дальше чего с ними делать? Уже пора пилить или ещё не очень? А спилишь, куда девать столько брёвен?

Тут, как будто подслушав мои мысли о лесе, пришёл степенный мебельщик. Его бригада уже закончила с мебелью для нижних этажей, шкафами и сундуками для хранилища, теперь он интересуется, не прикажу ли я напилить досок для продажи, ведь выдержанных стволов ещё много осталось. Он и сам мог бы прикупить, если управитель сильно дорожиться не будет. Отказал. Знаю я таких! Лучшие бревна выберет, а что поплоше оставит. Дерево перепродаст, да с меня ещё за распил возьмёт. Обойдусь без такого дохода. Лежат дубы и пусть лежат, со временем они только дорожают.

По правде говоря, мебель для казармы, караулки, складов и прочего его бригада сделала хорошо. Аккуратно и добротно, без лишнего украшательства. Резьба подняла бы цену в разы, а срок изготовления затянулся бы на много месяцев. Солдатам и так сойдёт.

В мои покои и на два гостевых этажа мебель купили в столице. Дуб для барона сойдёт, но для члена Государственного совета слишком простоват. Тут положено экзотическое дерево из колоний, резные орнаменты и узоры, замки, накладки и фурнитура от дорогого мастера. Иначе не по чину, умаление достоинства будет, слухи пойдут, мол, скуповат Тихий, даже на обстановке экономит. Вот и пришлось бешеные деньги выкладывать.

Мои этажи отделаны больше в зелёном цвете. Знак принадлежности к Зелёному двору, намёк на родовой камень, изумруд. Дерево кумару, подобраны и обыграны несколько оттенков янтаря. Смотрится дорого, стильно и гармонично. Один гостевой этаж тёмный – мебель из палисандра, цвета горького шоколада с тёмно-лиловым оттенком. Другой светлый – бледно-бурый анегри с розоватым отливом. Во сколько мне эта прелесть обошлась, без слез и рыданий рассказать не получится. Однако Кидор настоял. Иначе приличных господ стыдновато будет принимать. Ладно летом, тогда только во владение вступил, все понимали, что господин первый раз приехал осмотреться и планы составить. Теперь времени много прошло, оправдаться никак не получится. Спорить с ним себе дороже, расход большой, но разовый, да и деньги на него нашлись.

После посетителей подошёл человек из местного Казначейства. Он меня караулил, чтобы акт о передаче доли герцогини подписать. Часа два потерял, пока сверил мешочки с записями в гроссбухе и лично переправил их в хранилище.

При внимательном осмотре башни оказалось, что на этажах ниже уровня поверхности озера кроме идеально пустых помещений, которые мы запланировали под склады, в самом низу один этаж с планировкой типичного узилища – десяток тесных одиночных камер, пара побольше, у входа место для караулки тюремщиков.

Даже допросная есть, если иметь в виду установленное раз и навсегда железное кресло с цепями. Камеры закрываются крепкими дверьми с массивными засовами и замками. Внутри них ничего нет, даже светильников.

В одной такой клетушке я устроил хранилище казны Лауры, в другой – своё. Почему здесь? Добраться сложнее. Лестниц нет, только лифт, а он без волшебника с амулетом сюда не едет, а из рунной комнаты этот этаж можно вообще заблокировать для остановки. Даже если не считать магической защиты стен, снаружи, из-под толщи воды, далеко не всякий магистр Земли проход в простом камне сделает, и коли сделает, то весь этаж сразу затопит. А даже для временного снятия магической защиты должен архимаг серьёзно поработать. Всё же