"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

чуть не привел к драке с моим папой, в результате я уже решил, что план никуда не годится, и его срочно надо менять, так как рисковать здоровьем отца я не собирался. Но, в конце концов, всё уладилось, и третья бригада, которую отцу передали по рекомендации, выполнила все работы за неделю и в приемлемом качестве. Из других новостей — меня уволили из милиции. Из УВД пришло уведомление, что, в связи с тем, что я нахожусь на непрерывном лечении, вследствие бытовой травмы, более четырех месяцев подряд, то я подлежу увольнению по соответствующей статье Кодекса законов о труде. Трудовую книжку я могу забрать лично, в удобное для меня время, в отделе кадров городского УВД, так как пересылке почтовыми отправлениями этот документ не подлежит. С моим директором финансовой корпорации «Южный крест», бывшим скорняком Беловой Тамарой Александровной, мне удалось поговорить по телефону.

— Привет Паша, я рада, если у тебя все нормально! — голосе девушки звучала искренняя радость: — А у нас тут завал полнейший, без твоих денег не справляемся. Количество залогов, пока тебя не было, в три раза увеличилось, работаем «с колес» и почти каждый вечер кому-то приходится отказывать, так как в кассе пусто. Ты денег не подкинешь?

И тут меня отпустило. Мои друзья, которые имели полнейший доступ к моему второму, после магазина, активу, оказались действительно друзьями, и если у Тамары обороты действительно выросли в три раза, то я удивляюсь, как они все это время выкручивались без моей поддержки.

— Нет, Тамара, я ближайшее время я не появлюсь. У меня ноги парализованы, а руками я с трудом ложку ко рту подношу. Нет, Тамара, ближайшее время, если не случится чудо, я буду проводить в инвалидном кресле. Но помочь я вам… Прости, вы еще с Русланом вместе? Сама понимаешь, я за вашими отношениями после Нового года не следил. Так вот, вам я помогу. Завтра — послезавтра, тебе позвонит человек, представится моим отцом и привезет тебе денег. Да, достаточно, чтобы вы не дергались. Ну все, рад был с тобой услышаться и не расстраивайся, главное, как говорится, что живой, а там все наладится. Нет, с Ирой мы расстались, но это еще до травмы произошло, так что она меня не бросала из-за увечья. Все, давай, еще позвоню.

Я положил трубку на рычаг и откинулся на спинку, испытывая необычную для меня в последнее время радость. Хоть что-то в моей жизни осталось стабильным. Необходимо только завтра попросить отца отвезти меня в банк и оформить на него доверенность на право снятия денежных средств со счета. Деньги с завода до сих пор поступают регулярно. Директор, Григорий Алексеевич, узнав о том, что я болтаюсь между жизнью и смертью и помня, как случилось несчастье с ним самим, дал команду сотрудничество с моей конторой не разрывать, тем более, что Валентина — юрист, которую я давно натаскал до приемлемого уровня, пока вполне справлялась со своими обязанностями. Может быть Валентину это и не совсем устраивало — раньше я, как бы то ни было, брал на себя значительную часть самых сложных дел, оставляя ей многочисленную руину, но, когда в Городе работают только бюджетники с их копеечными окладами, железнодорожники и энергетики, особо свой норов показывать затруднительно, хватаешься за любую работу.

Пока я валялся в больнице в полнейшей недееспособности, зарплата Валентины на книжку Сберегательного банка продолжала регулярно поступать, согласно данного мной заранее поручения, а оставшаяся часть денег конвертировалась на валютном счету, считалась уже моим личным доходом, и хотя с этой суммы приходилось отчитываться перед налоговой, как за мой личный доход, а проценты за доллары на счете были совсем мизерными, до того, как Ельцин не пообещает отрезать себе руку, эта схема была вполне надежной. Но, раз Тамара в «Южном кресте» так успешно прокручивает деньги, выгоднее распотрошить кубышку с американскими мертвыми президентами и кинуть большую часть денег туда… Ненавижу, когда приходится появляться в этой сраной инвалидной коляске в общественных местах. Так и хочется вскочить, и заорать — «Я могу ходить, могу! Смотрите!». Я представил жалостливо — презрительные рожи банковских клерков, особенно их лощеных девиц, «белый верх, черный низ», и скривившись, изогнулся, хватая с пола гантели и начиная повторять бесконечно повторяющиеся упражнения, пытаясь загнать в самые дальние уголки души, перехватывающий мое горло, гнев.

Божечка, раз уж сохранил мою жизнь, скажи, когда я закрою свои проблемы и смогу нормально жить дальше?

Ну да, в краткие часы отсутствия родителей и дочери я встаю и даже делаю робкие шаги… Почему в отсутствие? Да потому, что падаю на пол я с оглушительным грохотом, а потом долго и мучительно поднимаюсь, ища точки опоры, дрожащими от слабости, руками, а если родители увидят, что мои ноги начинают понемногу работать, то всей тайне конец. Я не смогу рассказать им, что меня несколько раз пытались убить, и эти попытки могут повториться, а без этих, чрезвычайно важных обстоятельств, мои мама и папа даже не поймут, почему они должны хранить тайну об таких важных успехах их сына.

Июль 1995 года. Город. Садовое общество.

Дачный домик.

Ну вот я и обжился на даче. Отец пару дней подряд завозил на садовый участок запасы по моему списку. Не обошлось без скандала, так как родители не могли понять, зачем сыну, поехавшему «на пленэр» поправлять здоровье, обязательно нужны пять ящиков водки. И я не мог объяснить, что водка нужна не мне лично, а для установления надежной телефонной связи. Не можете уловить связь? Нет, протирка оптических осей тут совсем не причём. Просто единственный доступный для меня вид обратной связи — это телефонный аппарат, установленный в правлении нашего садового общества. Отец ходил к председателю с предложением, по коммерческой цене пробросить телефонный кабель на мой участок, и председатель с бухгалтером были готовы пойти мне навстречу, но втихую это делать побоялись, так как спрятать этот факт будет невозможно, поэтому вынесли данный вопрос на голосование общего собрания.

Добрейшие соседи, с которыми я всегда здоровался и никому не отказывал, дружно проголосовали против, посчитав, что безногому инвалиду связь, с возможностью вызвать «скорую помощь» в ночное время будет слишком жирно. Раз у них нет телефонной линии на участке, так и этому алкашу она не нужна. Почему алкашу? Ну, у меня теперь тут репутация тихого безногого алкоголика, целыми днями пьющего водку на крыльце садового домика, от стыда, отгородившегося от добрых людей серым капюшоном ментовской плащ-палатки. Ну да, я поставил коляску