Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

Пусть будет, что будет. Или прорвусь и увижусь с Крапивиным или в милицию попаду. А там уже пусть решают, что со мной делать. Я ведь этому военному пенсионеру приглашение показал, думал что поможет. Нифига, как не пускал, так и продолжил меня держать в вестибюле. И по телефону не даёт позвонить. Что мне осталось делать? Чемодан оставил возле входа, потом заберу, если всё получится. А сам рванул вперёд по лестнице...

Дед-вахтёр не побежал за мной. А я молился всем богам, чтобы он не позвонил в милицию. Мне и нужно всего-навсего пять минут, а там уж пусть Крапивин разбирается. Добежал. Ворвался как метеор в кабинет и прислонился спиной к двери, чтобы не дать сразу открыть. Осмотрелся и понял, что никого в помещении нету. Вообще никого. Пусто. Что ж мне так не везёт-то? Прямо мистика с фэнтези какая-то. Или помощь от деда, с того света, перестала работать? Я же задание выполнил, вот и всё - живи, блин, спокойно.

Пять минут стою. Десять. Кто-то начал толкать дверь. Всё! Теперь точно арестовать пришли. Стою, упираюсь и не открываю дверь. Решаю прояснить обстановку и спрашиваю:

— Кто там ломится? Занято! Что не видно - что ли?

— Какой занято? - раздался голос с легкоузноваемым акцентом, - зачем занято?

— Ерасыл, твою маму, это ты? - заорал я.

— Не трогай маму, - осторожно прозвучало из-за двери, - она этого не любит. У неё папа есть.

Открываю дверь и втаскиваю калужского казаха в кабинет. Пять секунд на опознавание и мы уже обнимаемся. В этот раз, я не позволил сломать мне рёбра. Я поздоровее буду. Занятие с бревном не проходят впустую. Ещё пять минут я трачу, чтобы обрисовать ситуацию. Всё! Можно вздохнуть свободно.

Сначала, конечно, Ерасыл-Азик, с моей подачи позвонил на вахту. Успокоил вахтёра. А то я уже начал переживать о последствиях моего прорыва. Потом быстренько нашли Крапивина. Казах сегодня был вместо диспетчера, так что - кто и где находится, он знал. Дальше мы пили чай и грызли московские сушки, предпочитая делать это без сахара. Чисто по казахски - правда без масла, но и так было вкусно. А там и начальник приехал. Тоже решил проверить мои рёбра на прочность. Не удалось. Я не дал.

Целый час я наслаждался видом работающих товарищей. А потом всё завертелось! Прибежали помощницы-комсомолки и принялись приводить мой вид в порядок. Как я с ними буду рассчитываться, я не знаю. Но, что-нибудь придумаю. Может опять торт какой-то куплю, а может пятьсот эскимо - потом придумаю. Сейчас мы ждём машину, чтобы отправиться в Кремлёвский дворец. А попутно ржём над анекдотами, которые я переделываю, в соответствии с нынешним временем. Я их не так уж много знаю. Но всё присутствующие реагируют нормально. Значит понимают и воспринимают, а это самое главное.

Доехали без проблем. Крапивин со мной не пошёл, на награждение. Сюда вход только по приглашениям. Нет, он мог бы конечно, позвонить кому-то там и его бы пропустили. Но не в этот раз почему-то. Я не решился переспросить почему, но наверное причины были. Зато помог отметиться на входе и показал направление куда надо было идти. А там уже было легко. Я же не единственный кого сегодня награждают. Вот и влился в ряды приглашённых. И таким образом добрался до Свердловского зала, где и присел на кресло. До церемонии осталось полчаса, можно просто посидеть и чуток отдохнуть. Заодно небольшую речь повторить про себя. Мне девчата хороший текст набросали. Такой правильный и в духе времени. Если произносить с выражением и со всеми знаками препинания, то на пять-семь минут хватит. А больше и не надо. Всё жду. Но это кажется, что я сижу спокойно. На самом деле, где-то глубоко в душе, я ожидаю остановки этого мероприятия. Ведь убийство члена политбюро так просто не проходит? Должны же в правительстве, как-то это обозначить. Или тут, как и в любом шоу-бизнесе принцип один - шоу должно продолжаться в любом случае?! «The Show Must Go On» - как говорится. А так, даже, стало интересненько - чем всё это закончится?

Церемония прошла быстро. Не скомкано, а именно быстро - без остановок. Красивая женщина зачитывала преамбулу, а серьёзный мужик вручал награду и жал руку. Все награждённые, в обязательном порядке, произносили короткую речь - наполовину состоявшую из обещаний и благодарностей товарищу Сталину и советскому правительству. Мои соседи сразу узнали того, кто вручал награды. Шепоток пролетел по рядам: - "Смотрите это Шверник! Сам Председатель Президиума Верховного Совета нас награждает!» - и все начали неистово хлопать в ладоши. Я тоже не остался в стороне и отбил нафиг все свои две ладони. Я бы и ногами потопал, но тут так не принято.

Меня награждали под такие слова преамбулы:

— За смелые и находчивые действия, совершённые при спасении жизни людей, охране общественного порядка и другие проявления гражданской доблести. Награждается орденом "Знак Почета" товарищ Тихий...

Вышел, чего уж там. Николай Михайлович Шверник пожал мне руку, вручил грамоту, красную коробочку, удостоверение и самолично прицепил мне орден на грудь. При этом аккуратно и незаметно попросил, шепнув на ухо:

— Пожалуйста, речь сократите по максимуму.

Я посмотрел на Председателя Президиума и коротко кивнул головой. И тут, как назло, всё заготовленные слова вылетели из моей бестолковки. Стою за трибуной и не знаю: чего сказать - с чего начать? Приплыл, блин...

Глава 29

Глава 29

Не знаю, что напишут корреспонденты газет про наше награждение, но - про мою речь, упомянут точно. Это была полнейшая импровизация с моей стороны. Слова сами возникали в голове. И тогда, мне это казалось правильным. Сейчас пытаюсь их вспомнить и не могу. Непонятно что произошло - я растерялся из-за того, что забыл все приготовленные слова и, в этот момент, внутреннее сознание само нашло своё решение. Стал говорить уже не прораб, а детдомовец Вилор. Говорил правда сумбурно, забыв подготовленный текст, поражённый роскошным видом Свердловского зала и торжественной обстановкой, но - от души. Поэтому, кроме общих фраз про Сталина и партию, ничего не могу вспомнить и всё тут. Зато, хорошо помню, как все, кто находился в зале, мне аплодировали стоя. Это - да, это помню. Ладно, завтра в газете, если напечатают, прочитаю и вспомню. Аж самому стало интересно - чего я такого наговорил?

По идее, после награждения должен быть