Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Она единственная сидела неподвижно и наблюдала за мужчинами, остальные ворлаки нервно ходили вокруг щита и тихо рычали. Женя встал и пошел к защите, мелкий засеменил вслед за ним. Возле защиты остановился и посмотрел на мужчину с непониманием.

— Иди к маме, малыш.

Мама тихо рыкнула ребенку, мелкий тявкнул и спрятался за ноги Евгениана.

— Эй, малыш, из меня плохая нянька. Иди к маме, она тебя ждет.

Погладил малыша по голове за ушками. Малыш разомлел, видно было, что не хотел уходить. Самка посмотрела на него и тяжело вздохнула. Женя подхватил малыша и просто вытолкнул ей щенка под ноги. Она тихо рыкнула, подхватила детеныша за холку и быстро пошла прочь. Остальные пошли вслед за ней.

— То, что сейчас произошло, это большая редкость, – проговорил Марк.

— Обычно они пытаются сожрать?

— Да.

— Как знакомо.

Дальше ночь прошла спокойно. А на следующий день мы подъехали к проклятому полю. Сделали небольшую остановку, чтобы отдохнуть. Марка и Евгениана запустили в карету.

— Не нравиться мне все это, – озвучила мужчинам.

— Не нервничайте, вам это вредно обоим.

Стоило карете оказаться на поле, как я услышала знакомый вой и знакомые ощущения, словно нечто противное и холодное скользит по телу.

— Это всего лишь иллюзия, – стала повторять я, – это все не на самом деле. Это просто аномалия, которая питается страхом.

— Вот совсем не легче, – прохрипел Женя, – вы ведь тоже этих зверей слышите?

— Угу, с нашей родины. А я их никогда вживую не видела.

— Я видел, меня чуть не съели, – он криво усмехнулся, – мы детьми спускались на поверхность. Даже от здания не успели отойти, когда стая показалась. Нас тогда мой отец успел выхватить за шиворот.

Через пару минут прислушалась::

— Чувствуете?

— Карета остановилась, – кивнула Лида.

Мужчины выглянули из кареты и выругались.

— Что там?

— Карета без лошадей, а наши уже на том конце поля и не могут вернуться.

— Ясно. Что ж, придется пешком идти, – сказала я слишком спокойно. – Стоит помнить, что это все просто иллюзия.

Достала из сумки пузырек с успокоительным. Дала мужчинам.

— Поделите между собой. Женя, это то же средство, что я тебе давала. Так, а потом вот это выпейте, оно усилит действие первого. Когда наконец дойдем, дам кое-что другое выпить. Будет определенная реакция организма, ни с чем не спутаете, – предупредила я мужчин.

— Лида, ты сможешь без успокоительного идти?

— Да, из нас всех я ведь меньше всего подвержена его влиянию и сейчас только в отдалении слышу волчий вой.

— Интересно, что будет если я случайно сожгу поле?

— Не знаю, – ответил Марк, – но есть риск, что мы задохнемся дымом. Так что лучше перебороть страх и как-то дойти. Зелье уже действует, стало тихо.

— Тогда пошли.

Первой вышла из кареты, взяв свою сумочку. Лида, захватив свою, выскочила следом за мной. Мужчины были слегка заторможенные и вышли последними, но нас сразу взяли под руки.

— Как вы? – спросила у них.

— Голова раскалывается.

— Угу. Значит ментальное воздействие. Но лучше уж головную боль потерпеть, чем сильный страх.

— А как ты? – спросила Лида.

— Терпимо. Я же уже была на том поле и физически никого не встретила, только видела, это дает надежду. А рассказ Амена еще и укрепляет веру. Он же много раз ездил через это поле и жив, здоров. Идти лучше не очень быстро.

Шли мы действительно медленно. У мужчин адски болела голова.

— Евгениан, расскажи нам о себе. Или лучше о своей семье, это чтобы отвлечься.

— Задавайте конкретные вопросы, думать очень трудно.

— У тебя родители есть?

— Да, папа и мама.

— А братья, сестры?

— Угу, полно. Ну, в смысле семеро нас. Я самый старший у родителей, – он усмехнулся, вспоминая что-то. – Родители говорили, что я послужил толчком, чтобы они решились пожениться. Им было лет по восемнадцать, когда они играли свадьбу, мама уже была в положении. Мои младшие братья стали появляться на свет друг за другом через десять лет.

— Ты ревновал к младшим?

— Нет, я был, наверное, рад больше, чем родители. Я им все время нудил: «Хочу братика». Когда братья-близнецы родились, отец еще пошутил, типа «вот, держи, допросился». Они такие забавные были, пока мелкие. Мама с отцом их часто путали, и чтобы хоть как-то различать, рисовали на теле знаки, чтобы понять, где Рем, а где Арон. Когда мелкие подросли, сами специально путали родителей. Но те к тому времени уже различали проказников. И такие фокусы проходили, если только родители им подыгрывали.

— А когда ты пошел в летчики?

— Так еще в семь лет определился. Сначала кадетский корпус, а в семнадцать – первый вылет. Я был самым младшим из выпуска и самым упрямым. Мне просто очень хотелось летать.

— А девушка была?

— Ну иногда бывали, но с тем, как долго меня не было на планете из-за службы, то и отношения особо не получались. Не хватало у них терпения ждать меня, и уходили к другим.

— Мы почти дошли, – обратила я внимание моей компании.

Амен бледный стоял на краю поля.

— Родная, иди ко мне, только не оглядывайтесь.

— Амен никогда не говори так, а то получается обратный эффект и жгучее желание посмотреть что там сзади.

Я вцепилась больно в Марка и Евгениана, потому что мужчины хотели обернуться.

— Марк, а ты кого хочешь с Лидой?

На меня удивленно посмотрели все трое.

— Ну сына или дочь?

— Вообще-то сына, но дочери тоже буду рад.

— А теперь шевели ногами, чувствую, действие зелья заканчивается, и вы оба скоро опозоритесь.

Страх опозориться подействовало на мужчин сильней чем то, что мы ощущали сзади. Я могла поклясться, что сзади идет какой-то огромный монстр, что-то типа ворлака только намного больше. Иначе с чего бы вдруг муж и другие военные были такими бледными.

Последние метры мы прошагали очень быстро. Стоило пересечь границу поля, я сразу попала в заботливые руки мужа и сразу обернулась. Тварюшка действительно была, но я увидела, что она иллюзорная, потому как сразу развеялась.