Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Генрих ничего ей не ответил, резко развернулся и вышел из комнаты.

Екатерина проводила фон Берга долгим взглядом и повернулась к Изварину:

– Екатерина Павловна, – Егор был обескуражен произошедшей сценой. – Вы не правы, поверьте. Генрих Александрович любит вас. Он просто места себе не находил, когда вы ушли. Постарайтесь быть к нему хотя бы более снисходительной. Он не заслужил такого обращения.

Странная, немного печальная улыбка тронула губы девушки:

– Места себе не находил? Неужели ему было больно? Я этого не хотела… Ну что, идемте? Хочу поговорить с вами, господин Изварин.

Она задумалась и взяла Егора под руку. Они вышли в парк и медленно пошли по дорожке, ведущей к беседке на краю обрыва. Екатерина продолжила:

– Мне есть, что сказать тебе. Хочу в дальнейшем избежать ошибок. Я не стремлюсь кого-то мучить. Но так получается. В жизни все непредсказуемо и не все зависит он нас.

Егор молчал.

– Ты меня осуждаешь? – спросила его Екатерина. – Осуждаешь, что я ушла, не поставив никого в известность?

– Могли бы хоть записку оставить, – упрекнул ее Егор.

Все-таки она поступала с фон Бергом очень жестоко.

– О чем? Что я просто хочу побыть одна и подумать? Что мне нужно время, чтобы во всем разобраться?

– Мне жаль, что вы не верите ни мне, ни Генриху Александровичу, – после некоторой паузы ответил Егор. – Но я вас понимаю.

– Хорошо. Тогда я надеюсь на твою поддержку.

– Я сделаю все, что вы пожелаете. Нам всем надо снова научиться доверять друг другу. Фон Берг очень хороший человек.

– Ты никак не можешь перестать думать о бароне, – девушка по-доброму улыбнулась. – Ты верный друг.

– Да, я друг Генриха Александровича, – Егор пытался понять, куда клонит Екатерина. – И ваш друг.

– Ну, это мы сейчас проверим, – она неожиданно задорно посмотрела не Егора. – Мой друг, говоришь?

Где-то через час с лишним Егор и Екатерина вернулись. Фон Берг видел в окно, как они не спеша идут по дорожке. Девушка по-прежнему держала Егора под руку, и они оживленно разговаривали. На сердце у Генриха все так же было холодно и пусто. О чем они говорят? Скорее всего, о пустяках. Дорого бы он сейчас дал, чтобы оказаться на месте Егора.

Барон отошел от окна и уселся за стол, собираясь продолжать читать книги. Дверь кабинета была распахнута настежь. Генрих слышал, как Екатерина и Егор вошли в гостиную, но не мог разобрать, о чем они продолжают говорить. Голоса звучали приглушенно. Легкие шаги Катрин раздались на лестнице и затихли вдали. Очевидно, она прошла в свои комнаты. Даже не заглянула к нему…

Фон Бергу безумно хотелось расспросить Егора, о чем он так мило беседовал с Катрин. Но искать своего товарища и устраивать ему допрос с пристрастием было бы совсем уж глупо. Хватит на сегодня опрометчивых поступков. Он и так выставил себя в глазах девушки ревнивцем и самодуром. Барон пододвинул к себе толстенный фолиант и раскрыл его.

– Генрих Александрович, можно к вам? – голос Егора заставил фон Берга вздрогнуть от неожиданности.

Его нервы были на пределе.

– Да, заходи, чего спрашиваешь? – барон кивнул своему товарищу на кресло. – Присаживайся.

– Не расстраивайтесь, все наладится.

– Да, наладится. Только когда и как? – риторически произнес Генрих. – Она меня явно сторонится. Если не сказать, игнорирует.

– Наберитесь терпения.

Стоит ли спросить, о чем они говорили? Тысяча вопросов вертелась на языке барона. Егор что, не понимает его состояния? Чего он тянет, почему ничего не рассказывает? Это просто пытка. Генрих недовольно посмотрел на Егора и не выдержал:

– Ну что, расскажешь мне что-нибудь? О чем вы говорили? Или это меня не касается?

– Нечего рассказывать. Ей надо было просто выговориться. Екатерина Павловна, безусловно, сожалеет о своем поступке.

– По ней не скажешь, – пробурчал Генрих.

– Это обманчивое впечатление.

– Хорошо, если так. Так чем она занималась все это время?

– Они с месье Дюпре просто гуляли по городу. Он показывал ей Рим, водил в кафе и парки.

– И полностью заморочил ей голову, – констатировал Генрих. – Благородный красавец, бескорыстный и добрый.

– Вы зря считаете ее наивной. Это отнюдь не так. Она разумная девушка.

– Да, Катрин точно не так наивна, как я думал. И она стала ужасно упрямой.

– Больше она не будет создавать проблем.

– Думаешь? – с сомнением произнес Генрих. – Уже одно то, что на виллу будет приходить этот историк, выводит меня из себя. Это ли не проблема? Кстати, что ты о нем думаешь?

– Пока не знаю, – признался Егор. – Наведу о нем справки.