Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

я поднялся со стула и направился в подвал. Поговорим с ним чуть-чуть позже, собственно, когда будем решать каким образом произойдёт наш ответный удар. Месть. Сейчас же мне больше всего на свете хотелось навестить свою супругу.

С отцом Алисы мы встретились в её палате. Когда я вошёл, он стоял возле постели дочери, тогда как княгиня Белорецкая заняла место на единственном имевшемся здесь стуле. Лицо бледное, слегка припухшее — видно, что недавно Анна Владимировна плакала и едва успела привести себя в порядок. Сам же князь Сибирский выглядел ничуть не лучше. Разве что, в отличие от жены, он вряд ли лил слёзы. Белорецкий, к слову, намного более умело, нежели чем я, блокировал внутренние порывы своего ядра выплеснуть наружу распиравшую грудь ярость. Но я всё равно это прекрасно чувствовал.

Встав напротив и оглядев Алису, невольно прикусил губу. Даже после того, как над ней целый час корпели несколько лекарей, лицо девушки выглядело бледным и уставшим. Очевидно она потеряла много крови, и сейчас ей предстоит период восстановления. И всё это на фоне беременности…

Из-за этих мыслей и тяжёлого состояния супруги, у меня вновь засаднило в горле. Сердце стало биться чаще, а моё ядро опять запульсировало. Однажды обратив на это внимание и воочию его осмотрев, теперь я чувствовал всё намного более тоньше и сразу видел проблему. Более того, опосредованно ощущал и то, что нечто похожее происходило со стоявшим напротив князем.

Что же касалось моих эмоций… то последний раз нечто подобное я испытывал, когда на моих глазах погибла бабушка. К слову, тогда я не ощущал аналогичного давления в груди… Хотя тут объяснение совсем легко найти — ядро у ребёнка, совсем недавно открывшего в себе дар, явно было куда как меньше, чем у вступившего в силу Абсолюта.

— Держишь? — хрипло произнёс князь, приподняв бровь.

— Стараюсь.

О чём идёт речь, сообразил почти сразу. Белорецкий будто мои мысли читал. Хотя, вероятнее всего, так же как и я, чувствовал возмущения энергии, исходящие от находившегося напротив одарённого.

— Если есть сомнения, то лучше здесь не находись, — хмуро заметил он.

Но это я и сам уже понимал. Потому и позволил себе сюда вернуться только тогда, когда почувствовал в себе способность хоть немного думать и анализировать. Озёрский правильно сделал, что растряс меня и попросил покинуть больницу.

— Держу, — упорно заявил я, вновь опуская взгляд на супругу.

Обычно вид Алисы всегда меня успокаивал и дарил улыбку. С ней, несмотря на её холодный дар, всегда было тепло, спокойно и уютно. Но сейчас… сейчас, когда она в таком состоянии, её вид пробуждал во мне совсем другие эмоции. Едва об этом подумал — и голову по третьему кругу стали застилать мысли о жестокой мести.

Вовремя себя на этом поймав, я отвернулся, стараясь не пересекаться взглядами с Анной Владимировной. А как смотреть в глаза женщины, чью дочь я должен был оберегать, но с этим не справился⁈ Хотелось что-то сказать, но слова застряли в горле, и я даже не смог открыть рот. Впрочем, оно было и не нужно. Бесполезное сотрясание воздуха.

Так и простояли в полном молчании минут пять, уставившись на прикрытую одеялом до самой шеи девушку. Тишину нарушил Белорецкий.

— Нужно кое-что обсудить.

Поймав взгляд князя, я коротко кивнул, и следом, повернувшись к Алисе, наклонился к её лицу.

— Скорее восстанавливайся. Я люблю тебя, и ты мне очень нужна, — прошептал на ухо супруге, осторожно поцеловал и выпрямился.

Оказавшись за дверью и осмотревшись, я предложил тестю спуститься в подвал. Там всяко меньше людей и любопытных ушей, нежели возле палаты.

— Судя по твоему лицу, ты что-то планируешь. Попридержи коней.

Признаюсь, это было явно не то, что я ожидал услышать от Евгения Константиновича. Особенно ввиду того, что его и самого буквально распирало от желания порвать кому-нибудь глотку. Уж я-то знал!

— Во-первых, пускай эти твари теперь маринуются в ожидании. Во-вторых, мы с Андреем будем участвовать, — не «желаем», а именно «будем» — заметил я. Собеседник тем временем продолжил: — В-третьих, мне нужны все данные о произошедшем. В мельчайших подробностях. Это теперь и моё дело тоже. Помни об этом.

Несмотря на то, что слова князя звучали относительно спокойно, каждая его фраза была пропитана безапелляционной твёрдостью и предупреждением. Сделать по-своему я могу. Но на наши с ним отношения это повлияет кардинальнейшим образом. Впрочем, я был отнюдь не против помощи. Смущало только одно — на кой чёрт это всё оттягивать⁈

— Я передам вам все данные. Скрывать нечего. Но откладывать операцию… не вижу причин, — последняя фраза вырвалась сквозь зубы.

Злился, конечно же, не на собеседника — то всё сковываемый в моей груди гнев и рвущаяся наружу ярость. Сдерживать эту дурную, жгущую меня изнутри энергию давалось мне совсем непросто! Каждая, сука, мысль о случившемся становилась провоцирующим опасный выплеск фактором.

— Я согласен с Евгением, — материализовался в паре метров сбоку от нас Самаэль. — Спешка хороша только при ловле блох.

Деда я видел изначально, но не думал, что он влезет со своим весомым аргументом. Бодаться против двоих, как бы того ни просило сердце, я не стал.

— Протянете ещё немного, и я просто лопну, — недовольно бросил себе под нос, следом указывая на портал. — Если нужно, чтобы кто-то из ваших людей также переместился в Москву, самое время их отправить в подвал.

— Сейчас будут, — кивнул князь и следом добавил: — А ядро контролируй. Полезно.

Глава 20

Несколько дней спустя

— Мисс Кассиди, рада приветствовать, — прозвучало безэмоциональным тоном в телефонную трубку.

— Добрый день, герцогиня Беннет. Чем обязана вновь? — донеслось в ответ.

— Меня интересует ход продвижения нашего дела. Насколько нам известно, объект до сих пор не уничтожен?

На несколько секунд в разговоре повисла тишина. Но напряжённое молчание абонента на том конце связи не продлилось долго:

— Напомню вам, что временные рамки, которые были установлены в нашем договоре, ещё не нарушены, — на свой лад ответила глава клана Кассиди.

— Всё было так, Виктория. Но ситуация изменилась. Нужно ускорить процесс.

— Кому нужно? — не скрывая иронии в голосе, произнесла женщина, и дальше уже твёрдым и жёстким тоном добавила: — У нас всё под контролем и идёт своим чередом. Спешку оставьте для своих агентов.

— Под контролем⁈ Тёмный князь