"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

Максимом Викторовичем. Не думаю, что эта странная женщина побежит завтра жаловаться Максу, что я е посмел побеспокоить, но, при случае, не применит сообщить Поспелову о состоявшемся разговоре, и что в этот момент подумает Поспелов мне совершенно не известно..

Глава 8

Слепая ярость.

Июль 1995 года. Загородное шоссе.

Усевшись в машину я потянулся к замку зажигания и тут ледяная волна прокатилась по мне от макушки до пят — я понял, что не чувствую не себе поясную сумку с документами, бумажником и ключами. Я извернулся, с перепугу вывернув шею на сто восемьдесят градусов, что мне категорически запрещали доктора, но заднее сиденье было действенно чистым. Попытки пошарить под сиденьями, в надежде, что сумка упала на пол, успехом не увенчались, кроме монтировки, которую я, как порядочный водитель, держал под рукой для самообороны, на полу салона ничего не обнаружилось. В кабинке телефона я оставить сумку не мог, вон он телефон, висит на стене и ничего похожего на сумочку под ним нет. Могучий Виталий вынес сумку вместе со своей тушкой, когда выгружался из машины? Не похоже, сумка была достаточно увесистая, упав на землю, издала бы слышимые звуки. Я попытался вспомнить, где я видел сумку последний раз и перед глазами встала ясная картинка — этот идиот по имени Павел Громов расстегнул сумку и положил рядом с собой на стойку в придорожной забегаловке, пожелав, чтоб тело отдохнуло от жесткого ремня… А потом пристраивал костыли и позорно забыл свое имущество, когда уходил, озабоченный лишь только непонятной ситуацией в магазине. Ехать двадцать километров, наверное, никакого смысла нет, все равно, кто-то уже выпотрошил мой бумажник, освободив его от денег, а сумку выбросил в придорожный кювет, на Бог знает, каком километре… Тут я представил, как пытаюсь проникнуть в свой садовый домик, превращённый в маленькую крепость, с его стальной входной дверью, фигурными решётками на окнах и решил, что очень буду жалеть о том, что не проверил свой единственный шанс из ста, что сумка найдётся.

До кафе я мчался как гонщик Спиди, дерзко обгоняя всех, до кого мог дотянуться, дико тарахтя двигателем, как бешеная табуретка. Самое смешное, что за последние сутки я приноровился к ручному управлению машины, и даже стал находить в нем определённые точки удовольствия.

Если до кафе я летел безумным метеором, то в здание вошел, трясясь всем телом от волнения. Не успел я открыть рот, как бармен, разглядевший мою нелепую фигуру на костылях, сразу нырнул под стойку, чтобы, через мгновение, положить на нее… Мою прелесть! Мою сумочку, и, даже с виду, нетронутую.

— Проверяй, все ли на месте. — сумке скользнула ко мне по глади стойки.

Я судорожно расстегнул сумку, раскрыл бумажник, вынул купюру в пятьдесят тысяч рублей.

— Спасибо вам большое, возьмите пожалуйста. В благодарность.

Бармен скользнул взглядом по деньгам и досадливо поморщился:

— Не братан…

Его взгляд переместился на костыли, прислоненные к стойке.

— Не надо денег, они тебе нужнее.

— Ладно. — я убрал «полтинник» и достал пять тысяч рублей: — Еще раз спасибо и кофе мне сделайте, пожалуйста.

Кофе я получил, от сдачи категорически отказался, шагнул к окну, делая глоток и чувствуя, как меня отпускает нервное напряжение, делаю второй глоток, которым я чуть не подавился — на стоянку перед кафе въезжала алая «шестерка» с черной решёткой на заднем стекле. Я одним глотком осушил чашку, поставив ее на стойку, еще раз поблагодарив бармена и шагнул к входной двери, встав сбоку от нее и отвернувшись.

Мой расчёт оказался верным. Наглый и Кролик шагнули в обеденный зал кафе, не смотря по сторонам — все их внимание приковали полки с напитками.

— Пиво холодное есть? — громко спросил Наглый: — И пельменей две порции со сметаной сваргань.

Я окинул взглядом фигуры бывших коллег, навалившихся на стойку. Судя по, оттянувшей пояс, висящей на бедре, сумке, Кролик свой пистолет запихнул туда, а вот Наглый был налегке, если не считать целлофановый пакет, зажатый подмышкой, в котором угадывался какой-то прямоугольный предмет, и я кажется догадывался что это за ноша, которую Наглый побоялся оставить в машине. Уверен на девяносто процентов, что парни окончательно перебежали на темную сторону, действуя в качестве наркокурьеров. Получая у границы партию наркотических веществ, два вооруженных оперативника уголовного розыска, как раскаленный нож сквозь в масло, пролетают через все посты, и передают в Городе получателям, получая в обмен возможность покупать красивые автомобили и зеркальные очки «хамелеон». Ненавижу наркоторговцев, а Наглого и Кролика в особенности!

Никем не замеченный я вышел из кафе, сел в машину и поехал в сторону Города, остановившись перед кольцом на въезде, прямо напротив КПП, на котором, как всегда суетились инспектора ГАИ. Здесь останавливали часто и густо, частенько проверяя машины с помощью собачек, но если не сворачивать на первый съезд с «кольца», а проскочить на второй, то отмотав лишние двадцать километров ты проскочишь в Город вообще без досмотра, вот такая у нас логистика.

Город. Район Первого Чекиста.

Парни смело проскочили через КПП, еще и помахали инспекторам ГАИ ладошками, видимо, были здесь за своих, в совместных рейдах по пресечению наркотрафика на КПП участвовали, меня же не остановили только чудом — глаза инспектора скользнули по костылям, пристроенным на соседнем сидении, и рука с полосатой палочкой, призывавшая меня остановиться по-хорошему, энергично замахала, мол проезжай скорее, только мешаешь.

Не оторвались от меня ребятишки только чудом — моего «запорожца» не пытался оттереть на обочину только ленивый, но как-то добрались. Алая машина припарковалась в одном из тихих двориков напротив проходной авиазавода, как раз к тому времени, когда заканчивалась дневная смена и десятки работников крылатой промышленности потянулись тоненьким ручейком из проходной. Ну а что, грамотно. Вроде бы и народа много, и машин десятки стоит, только весь народ целеустремленно пытается убраться отсюда поскорее. Видимо контрагенты оперов появились, я их не видел, но Наглый выскользнул с водительского сидения, потянулся молодым ловким телом, достал с заднего сиденья пакет с грузом, махнул кому-то рукой…

Я не знаю, что меня накрыло, видно вспомнилось мои недели беспомощного отчаянья, когда больше всего на свете хотелось погрузиться в очередное беспамятство и больше из него не выходить, лишь бы не думать о том ужасе, который меня ждал…

Двигатель запорожца взревел на «взлетном» режиме, на котором его, наверное, не раскручивали никогда за его долгие годы жизни, крыло «инвалидки» пошло впритирку по полированному заднему крылу красавицы «шестерки», взмахнул руками Наглый, и