Алхимик 1-9 - Роман Романович

— Как он погиб?

— Сначала исчез. Не вышел на связь, не пришёл на встречу. Я проверил и нашёл его особняк, сожженный дотла. Тела не нашёл. Но если бы он был жив, то дал бы о себе знать.

— Кто это сделал?

— Разбираюсь. Жил наш меч в глуши, свидетелей драки нет.

— Узнай, кто ответственен.

— Обязательно. Кого назначить новым мечом?

Старик прикрыл глаза, задумавшись. Если клинок уничтожили, значит им бросили вызов.

— Нужен кто-то, кто разберется с этим. Выпусти Пса. Если он найдет тех, кто пошёл против нас…

Старик не договорил, но гость и так знал, какая награда ждёт Пса.

— Исполню, — встал он и, не доходя до двери, исчез.

* * *

Впервые я настолько остро жалею, что до сих пор не решил вопрос перемещения сквозь пространство. Это бы упростило задачу.

Но на жалость не было времени. Как и на промедление. Закончив разговор с Сергеем, мой мозг переключился в режим холодной ярости, когда эмоции не затапливают тебя, а делают собранным. Я пронесся по квартире, подхватил вещи, взял еду и заново созданное оружие, написал записку, что уехал по делам на несколько дней, после чего выбежал из квартиры и добрался до машины.

Поеду своим ходом, не на поезде. По времени может и не выиграю, зато на месте проще будет. С Сергеем договорились встретиться на вокзале в области. Оттуда до Барсукова ближе.

Пока выезжал из двора, пока ехал через город, успел немного успокоиться. Маловероятно, что счёт идёт на минуты. Барсукову ведь Ольга нужна, чтобы исцелять. Подумав об этом, свернул и направился в мастерскую. Пробыл я там не дольше минуты. Написал записку, куда отправился и вернулся в машину. Как бы мне ни хотелось быстрее оказаться в другом городе, спешка может породить новые проблемы.

Чтобы добраться до конечной цели, нужно проехать через Санкт-Петербург, а там двинуть дальше, на север. Займет это часов двенадцать, если гнать на всех порах. Сложнее всего было выбраться из города. Будь прокляты эти пробки. Дальше полегче пошло. Я выехал на магистраль, набрал скорость и порадовался, что купил быструю машину.

* * *

Когда оставлял записку, то думал, что меня хватятся в худшем случае через пару дней. В лучшем — дня через три-четыре. А за этот срок я надеялся разобраться со всеми проблемами. Но что-то пошло не так и, когда я уже подъезжал к Петербургу, ко мне прямо в машину переместилась София.

Я не сразу понял, что это княжна. Дернулся, машину повело и мы чуть не слетели с обочины.

— Это было… лихо, — заметила девушка.

— И тебе привет. — нервно ответил я. Первый и последний раз, когда ко мне в машину запрыгивали, закончилось это похищением.

— Ага. Как дела?

— Знаешь, неплохо. — ответил я, выдыхая и успокаиваясь.

— Я рада.

Посидели, помолчали. Я обогнал грузовик. Руки затекли, спина ныла. Нет у меня опыта дальних переездов и поездка давалось тяжеловато. На что я старался не обращать внимания, просчитывая дальнейшие действия.

— Ты тут какими судьбами? — спросил я у девушки. А то молчание что-то затянулось.

— Да тётя сказала, что, цитирую: наш парень в беде, надо ему помочь.

— Вот так просто?

— Тебя это удивляет?

— Ты же княжна, а я мелкий аристократ. Так что да, удивляет.

— Видимо ты чем-то приглянулся тёте. — буднично ответила София.

Или они не хотят отпускать ценный актив?

— Если расскажешь, куда мы так мчимся, мне будет проще помочь.

Как будто я просил о помощи.

Настроение у меня сейчас не самое лучшее. Внутри поселилось беспокойство за Ольгу, да и малыша. Надеюсь, Кир в порядке. Сергей об этом ничего не сказала. Надо было подробности у него выяснить, но что-то я так быстро сорвался, что ничего не узнал.

— Скажем так… Близкие мне люди попали в беду.

— Судя по направлению движения, это Гвоздевы?

— Да.

— Что у них случилось?

— Неприятности.

— Эд… Если хочешь, я могу уйти. Так-то заглянула, чтобы узнать, как у тебя дела. Я ведь твой куратор, а это покруче, чем ангел-хранитель, — с улыбкой сказала София.

Совсем недавно эта девушка ездила мне по нервам, а теперь играет в добряка. К чему бы это?

— Возможно, мне предстоит конфликт с аристократом. Который забрал Ольгу Гвоздеву.

— Что значит забрал?

— Как приеду, так узнаю. Но забрал это ближе по смыслу к похитил, нежели к пригласил в гости. Она целитель, а он безумный старик, который хочет прожить подольше.

— Барсуков? — уточнила княжна, чем показала, что как минимум читала моё досье.

— Он.

— Что думаешь делать?

Мимо проносились леса. Если верить указателям, совсем скоро должен показаться Санкт-Петербург. Надо где-то там остановиться и в туалет сходить. Да и еды горячей купить. Я бы наплевал на пищу, но в случае драки важно, чтобы организм был сытый. Еда в желудке для меня, как патроны в обойме.

— По ситуации. Зависит от того, насколько всё плохо.

— А если плохо, убьешь его? — спросила София с непонятной интонацией. Может интонация и простой была, но в текущем состоянии я не разобрал, что стоит за вопросом.

— Надеюсь, до этого не дойдет.

Хотя я в этом не уверен.

— Он аристократ, который перешёл тебе дорогу. Объявить ему войну в твоём праве.

— Знаю.

Зря, что ли, законы читал. Разборки аристократов их личное дело, пока это не вредит общественности, интересам государства и окружающим. София замолчала и следующие минут десять ехали в тишине. Её присутствие нервировало. Что девушке надо? Каких проблем от неё ждать?

— Прости, что спрашиваю, — всё же сказал я, — Но‥ Ты со мной до куда едешь?

— До финала.

— А разве не будут проблемы, когда тебя увидят?

— Буду держаться на дистанции. Если жаренным не запахнет.

Не понимаю. Я настолько ценен, или что?

— Почему ты едешь их спасать? — задала вопрос София.

— Как иначе?

— Да сотня вариантов, как. Маловероятно, что эту женщину убьют, если в ней нуждаются, как в целительнице. Значит, смертельной угрозы нет. Но ты сорвался с места. Почему? Они ведь тебе никто. Не родня, не старые знакомые.

— Тебе правду?

— Если можешь.

Сказать или нет?

— Когда я выбрался из лаборатории… Ты в курсе ведь про эту историю?

— Лаборатория Коршуновых, испытания над детьми-аристократами. В курсе.

— Когда я выбрался, то две недели брёл через лес, не зная, где нахожусь и выберусь ли. Гвоздевы подобрали меня на дороге. Замёрзшего и одинокого. Подобрали, приютили, дали кров, кормили и поили, устроили в школу. Они мне не никто. Они свои.

— И за своих ты?‥

— Готов рвать любого.