Два клинка огненной ведьмы - Ирина Владимировна Смирнова

— Ничего! Обратно уже за три долетишь, — одобрительно похлопал Исаака по плечу Рубен после того, как мы припарковались на гостевой стоянке.

А потом уверенно подошел к воротам, за которыми виднелся огромный сад, и нажал на кнопку звонка. Только после этого глубоко вдохнул, ссутулился и нахохлился. Но ненадолго. Едва у ворот появился какой-то человек, мой муж снова приосанился, расправил плечи и гордо задрал подбородок.

— Добро пожаловать, младшая госпожа Корьер, — поклонился мне встречающий, проигнорировав мужчин за моей спиной.

На самом деле меня он тоже ненавязчиво оскорбил, назвав не по имени, а по старшинству в роду. Но не скандалить же со слугой, наверняка выполняющим указания госпожи?

Так что мы все пошли по краю широкой дороги, на которой легко смогли бы разминуться два автомобиля, до трехэтажного особняка, украшенного барельефным орнаментом. Здание было светлым, с большими арочными окнами и высокой входной дверью. Чувствовалось, что заказчица этого дома любила солнечный свет. Только это была не Лейла, и даже не ее мать. Особняку рода Баркеров было как минимум лет семьсот, и он уже неоднократно передавался от одной старшей рода к другой. И Рубену в любом случае не достался бы.

Сейчас старшей стала Челси, мать Шерил. И судя по приветствию дворецкого, нас вот-вот ожидает «родомерка», а не милая семейная встреча. Ладно, в производстве косметики я мало чего понимаю, но аристократическим штучкам обучена с детства. Так что еще посмотрим, кто тут кого…

Едва оказавшись в особняке, я попросила проводить меня в туалетную комнату. Рубена провожать было не надо, так что он, захватив с собой Исаака и Калеба, уверенно направился по одному ответвлению лестницы, а меня почему-то повели по другому. Возможно, слуга решил проявить инициативу и слегка нам помочь? Занялся мной, оставив парней без присмотра…

Спустя минут десять, когда я посчитала, что привела себя в порядок после четырехчасовой поездки, меня провели в огромную, размером с весь мой пентхаус гостиную, где уже сидели женщина, очень похожая на Лейлу, и мужчина — скорее всего, отец Рубена, хотя тут говорить о внешнем сходстве было сложнее. Бобби на наши посиделки не пригласили, зато у ног Челси на коленях пристроился парень примерно моих лет — оборотень, вроде бы волк.

Не дожидаясь приглашения, я уселась напротив тетушки Рубена, а оба моих ведьмака, вошедшие буквально вслед за мной, по моему знаку расположились слева и справа, на коленях. Уточнять, где они умудрились потерять лиса, я не стала. Может, у него проблемы с желудком?

— Чем обязаны таким внезапным гостям? — не отрывая взгляда от моего лица, поинтересовалась Челси.

— Исключительно заботой о репутации семьи, — улыбнулась я краешками губ. — Своей второй семьи, ставшей моей после заключения брачного контракта с сыном госпожи Лейлы.

— И что же не так с репутацией Баркеров? — Не слишком-то дружелюбный взгляд Челси меня абсолютно не беспокоил.

Парочка напротив прекрасно понимала, зачем я приехала. А я уже поняла, что мне здесь не рады. Так что разговор, по сути, был чистой формальностью. Просто мне надо было обозначить намерения, так скажем. Дать понять, что лишить Рубена буквально всего у них не получится.

— Очень прискорбно выслушивать слухи, что древний и хорошо обеспеченный род мало того, что забыл о приданом для мужчины из этого рода, так еще и пытается оставить у себя все личные вещи этого мужчины. А шутка про пересчет всех зубочисток уже стала мемом, если вы понимаете, о чем я.

— Какая шутка?

Про мем Челси, естественно, не поняла. Хотя об угрозе проверки всех зубочисток Шерил вряд ли упоминала. Зато я позаботилась о попадании этой фразы в соцсеть — в красивом оформлении и, само собой, не через меня. Так что насчет слухов и мема я не обманывала.

Учитывая, насколько Челси ненавидит «желтую прессу», а также поминание своего имени и всех Баркеров всуе, неудивительно, что ее перекосило. Я с удовольствием понаблюдала за попытками старшей ведьмы скрыть мысленное пережевывание халапеньо. Значит, эта привычка досталась Рубену от матери.

В качестве ответа я достала телефон и показала первую подвернувшуюся картинку, на которой Шерил сидит в придорожном кафе и крутит в пальцах зубочистку. Ниже, уже текстом, шла острота про «врожденную Баркеровскую экономию», заставляющую наследницу огромного состояния есть в забегаловке, пересчитывать зубочистки и лишать кузена приданого.

В этот раз халапеньо попался нестерпимо острым. Челси пронзила меня полным ненависти взглядом и процедила:

— Забирайте все, что посчитаете нужным. Но с той минуты, как мой племянник стал твоим мужем, он перестал быть Баркером. И права называть нас своей семьей у тебя нет.

— Как скажете. — Я снова дернула уголками рта, обозначая намек на улыбку.

Конечно, я надеялась, что мы найдем общий язык, но не сильно. Была бы приятно удивлена. Но увы. Значит, будем вывозить все, что посчитаем нужным…

— Остин, выдай своему сыну коробки, чтобы он смог собрать в них свои вещи. И перебирайте все тщательно, второй раз я вас в дом… вместе с вашей рыжей шавкой… не пущу!

— Вы про моего зайчика? — с трудом сдерживая нервный смех, уточнила я.

Нет, сначала, конечно, напряглась, переживая, вдруг с лисом случилось что-то нехорошее. Но потом, увидев, как Бобби в человеческой ипостаси заносит в гостиную Исаака в звериной, держа его за шкирку, расслабилась. Следователям во время расследования приходится рисковать… Иногда жизнью, иногда — честью. Надеюсь, что не зря.

Глава 22

Забавно, что Остин даже не попытался помочь родному сыну и вроде бы вообще единственному ребенку. Распорядился о коробках, оглядел нас пристально и испарился, оставив в комнатах Рубена.

За четыре года жизни в другом городе большая часть востребованных вещей уже была вывезена, остались только памятные, ну и напрямую связанные с этим местом — игровой комп, например. Играя желваками, Руби упаковал его, клавиатуру, мышку, джойстик… Закидал в коробки фотоальбомы и несколько старых детских игрушек. Я понимающе улыбнулась. У меня тоже был плюшевый медведь, до сих пор охраняющий спальню в материнском доме. Даже у Калеба, попавшего к нам достаточно взрослым, имелся свой плюшевый любимчик, которого ему подарил Фрэнки на первый наш совместный Хэллоуин.

В коробки ушла любимая подушка, кружка, затертая теннисная ракетка… Дневники, книги, журналы, диски. Наверное, все это происходило бы при любом раскладе. Дом в любом случае перешел бы к Челси, даже полагайся Руби что-то по завещанию.

— Ты тетушке постоянно наступал на ногу? Или хамил? Поделись, как ты заслужил такую любовь?

Рубен отвлекся от перерывания комнат и ухмыльнулся, глядя на меня.

— Не соответствовал