Выживший. Том 2 - Павел Барчук

Постепенно реальность начала размываться. Свет фонарей превратился в мерцание магических светильников, а гул мотора — в ритмичный стук копыт по каменной мостовой Изначального града. Воспоминания снова вернули меня в прошлое.

Это случилось спустя пять лет после моего появления в мире магов. Я уже давно не был тем скулящим пацаном, которого швырнули через портал на черный пол замка Лорда Риуса. Я был Выродком. Звездой Арены. Машиной для убийства, которая приносила Лорду Риусу горы золота, а Хозяину Теней — головы его конкурентов и врагов.

В то время меня как-то даже все начало устраивать. Мысли о родном мире и о возвращении домой напрочь выветрились из моей башки.

А что? Живу неплохо. Имя Выродка знает каждая тварь в этом чертовом Изначальном граде. Бабы вешаются пачками. Условия содержания в замке Риуса улучшились в разы. Не каждый маг так жрет и пьет, как я.

Даже появилось некое подобие свободы. Заказы Хозяина Теней позволяли периодически выходить в ночной город и развлекаться. Я больше не торопился запрыгнуть обратно в портал. Рассчитывал время, быстренько убивал очередную жертву и успевал немного прогуляться.

С экспериментами Риуса тоже все как-то подутихло. Диксон стал не моим мучителем, а скорее партнёром по изучению аномалии. В общем, все было достаточно неплохо. Зачем дергаться? Дебил, сука…

В тот день меня везли с Арены обратно в Цитадель. Очередной бой, очередная порция чужой крови на моих руках. Я сидел в закрытой повозке, прикованный к специальным скобам. Лорд Риус, несмотря на прошедшие пять лет, один черт предпочитал транспортировать меня, используя «поводок».

Мое тело лениво регенерировало после того, как в бок прилетело ледяное копье. Плоть заживала и раздражающе зудела. Мне было в тот день как-то особенно скучно.

Внезапно повозку тряхнуло так, что я едва не выбил головой дубовую стенку. Снаружи донесся скрежет металла о дерево, визг лошадей и сочный мат возничих. Настолько отборную брань обычно услышишь только в портовых доках.

Судя по звукам, мы столкнулись с кем-то в узком переулке Запретного квартала.

— Куда прешь, навозная муха⁈ — орал мой охранник, размахивая плетью. — Это груз самого Лорда Риуса! Сдай назад, пока я не превратил твоих кляч в отбивные!

— Лорд Риус может подождать, — раздался в ответ спокойный, холодный женский голос, — Его раб никуда не денется, он привык сидеть в клетке. А моё время стоит дороже, чем всё это корыто вместе с его содержимым.

Баба? Да еще такая уверенная. Хотя голос достаточно молодой. Я заинтересовался. Выбил ногой засов на маленьком смотровом окошке и выглянул наружу.

Напротив нашей тяжелой колымаги стояла изящная карета из черного лакированного дерева, украшенная гербом Лорда Валериуса. Одного из тех старых аристократов, которые считают, что магия — их суть. Течет даже вместо мочи.

Но мое внимание привлекала не карета, а девушка, которая из нее вышла.

В силу специфики тех заданий, что давал Хозяин Теней, я знал каждый Дом Изначального града. Лордов, их жен, любовниц, детей, ближайшее окружение и домашних питомцев. Это была воля Лорда Шэдоу. Он буквально заставил меня выучить имена всех этих ублюдков.

В карете с гербом Валериуса могла ехать только одна женщина — его дочь. Иллиана. Главная головная боль своего благородного папаши. Слишком свободолюбивая, слишком самостоятельная.

Она была одета в строгий дорожный костюм из темного шелка, который сидел на ней как влитой. Никаких кринолинов, кружев или идиотских шляпок. Брючки обтягивали ее задницу так соблазнительно, что хотелось подойти и легонько шлепнуть.

Девка была хороша. Упрямый подбородок, выразительные темные глаза, пухлые губы и дерзкий взгляд, в котором горело чистое, неразбавленное высокомерие. Магичка.

Она стояла посреди грязного переулка, брезгливо поджав губы, и смотрела на стражников Риуса как на досадную помеху. Что-то типа кучи дерьма случайно оказавшегося на ее пути.

Я высунулся в окно, насколько позволила длина цепи.

— Эй, принцесса! — мой голос звучал насмешливо, без малейшего намёка на уважение или преклонение перед титулом, — Твои лошади слишком разожрались? Или у кучера руки из жопы? Мы тут не на чайную церемонию собрались, уступи дорогу повозке с настоящим героем Изначального града.

Иллиана медленно повернула голову в мою сторону. Она впервые видела Выродка так близко. Я ждал чего угодно: отвращения, испуга или того лихорадочного, потного восторга, с которым фанатки на Арене визжали моё имя. Но в её глазах был только холодный, аналитический интерес.

— Выродок, — констатировала она, прищурившись. — На Арене ты кажешься внушительнее. А вблизи… Просто побитый пес в грязной будке. И пахнешь, признаться, как немытая конюшня.

— Это запах честного труда, — я оскалился, демонстрируя зубы, испачканные в крови. — От тебя же несет неоправданным высокомерием. Сомнительная заслуга — быть дочерью своего высокородного папаши. Может, всё-таки сдашь назад? Мои ребята нервные, а твоя карета выглядит так, будто её можно развалить одним хорошим пинком.

— Попробуй, — Иллиана улыбнулась. В ее улыбке было столько яда, и он ей так нереально шёл, что я невольно залюбовался этой стервой. — Если хочешь, чтобы Риус завтра выкупал твою задницу из долговой ямы. Сдавать назад — не в правилах Дома Валериусов. Особенно перед телегой, которая возит рабов.

— О, правила дома! — я изобразил бурное восхищение. — Как это мило. Ты вроде бы не выглядишь дурой, принцесса. Ходят слухи, даже активно занимаешься наукой. Должна понимать, в этом переулке твои титулы не помогут объехать тонну дуба и железа. Физика. Знаешь такое?

— Эта тонна дуба и железа стоит на месте так же мертво, как твои карьерные перспективы, — парировала стерва, даже не моргнув. — У возничего явно косоглазие, раз он решил, что здесь хватит места для двоих.

Я почувствовал, как внутри начинает зарождаться странное, почти забытое чувство азарта. Это была не жажда крови, что-то другое. Мне нравилось пикировка, в которой девчонка не уступала ни на грамм. То, что изначально казалось высокомерием, скорее было вспыльчивым характером и волей, несвойственной дочери лорда. Обычно юные, незамужние магички ведут поскромнее.

— А ты остра на язык, стерва, — я рассмеялся, — Знаешь, даже предложил бы тебе пари: кто первый моргнет. Но, боюсь, мои охранники сейчас просто начнут бить твоих лошадей, а это сильно повредит аристократической спеси Дома Валерусов.

— Эти лошади стоят дороже, чем твоя жизнь, — она сделала шаг к моей повозке, совершенно не опасаясь, что при желании я уже мог бы дотянуться рукой до ее шеи, — И поверь, если хоть один из олухов Риуса прикоснется к упряжи, наш Хранитель знаний будет искать нового Выродка. —