Тренировочный День 13 - Виталий Хонихоев

— Четверо, — подтвердила Маша. — Едем дальше. Марина Миронова уехала к родителям, в деревню. Отпуск у неё, две недели. Там ни телефона, ни телеграфа — глухомань полная, письмо неделю идёт.

— Понятно, — кивнул Виктор, хотя Маша этого видеть не могла. — Дальше.

— Светлана Кондрашова. — Маша тяжело вздохнула, и в динамике что-то зашуршало. — Вы же знаете Светку. Когда у неё перерыв между играми — она выключает телефон, никому не говорит куда едет, и исчезает. Может на даче у каких-нибудь знакомых, может в Крым укатила, может вообще в палатке на берегу речки сидит с удочкой — никто не знает. Появится через неделю, загорелая и недовольная.

— Она всегда недовольная. — роняет Арина.

— То есть Свету мы не найдём, — сказал Виктор, и это прозвучало не как вопрос.

— Не найдём, — подтвердила Маша. — Пробовала звонить её маме — мама сама не знает, куда дочь подевалась. Говорит, Светка ей открытку пришлёт, когда вернётся.

— А Айгуль? — спросила Арина, и в её голосе, несмотря на напускное равнодушие, прозвучала надежда.

В трубке повисла пауза.

— У Айгуль семейные обстоятельства, — сказала Маша наконец. — Николай, кстати вернулся, его с ней видели, они вместе куда-то собирались, а потом она пропала. Со мной правда поговорила сперва, сказала так и так, отпуск по семейным обстоятельствам. Какие у нее там обстоятельства… ну вы помните, что в Ташкенте было. Я, честно говоря, сперва переживала даже, но с Колей она не пропадет, он парень надежный.

— Понятно, — тихо сказала Лиля.

Виктор сел на табуретку в коридоре, привалился спиной к стене. Потёр лицо ладонями.

— Маш, давай подведём итог. Кто у нас остаётся?

— Я и Юлька Синицына. Юлька в Колокамске, я с ней только что разговаривала, она готова ехать хоть завтра. Вы трое — в Москве. Итого пятеро.

— Пятеро, — эхом повторил Виктор.

— А нужно минимум восемь, а лучше десять, — добавила Маша, и в её голосе слышалась растерянность.

В комнате стало очень тихо. Только где-то за стеной приглушённо бубнил телевизор соседей, да на кухне мерно гудел холодильник.

Арина первой нарушила молчание:

— А из «Металлурга» кого-нибудь взять? Или из молодёжной команды? Там же есть девчонки, которые нормально играют…

— Аринка, — голос Маши стал терпеливым, как у учительницы, объясняющей очевидное, — это международный матч. Выезд за границу. На каждого человека нужно оформлять выездное дело — характеристики с места работы, справки, согласования с комитетом. За неделю это сделать невозможно. Разве что на тех, у кого уже всё оформлено.

— А у кого оформлено? — спросила Лиля.

— Вот это и есть главный вопрос, — вздохнула Маша. — У меня — нет, никогда за границу не выезжала. У Юльки — нет. У девчонок из «Металлурга» — тем более нет, откуда? Заводская команда, они дальше области никогда не играли.

— Не, это фигня. — прерывает их Сабина, наклоняясь вперед к телефонному аппарату: — выездные дела оформят и все сделают, даже если никогда за границей не были и проверку через органы продавят, мне сам Геннадий Павлович обещал, любых давайте. Но только чтобы сыграли достойно! Никакой молодежки к черту! Вообще желательно чехов выиграть… я не просто так к вам обратилась! Я бы тоже могла в молодежку спуститься и кучу студенток на выезд послать, уж они бы обрадовались!

Виктор поднял голову и посмотрел на Сабину. Развёл руками.

— Видишь, как получается, Сабин, — сказал он. — Нет у нас команды. Не то что десять человек — восемь не наберём. Просто физически нет людей.

Сабина промолчала, глядя на него в упор. Потом медленно поднялась с дивана, одёрнула юбку, подошла к окну и некоторое время смотрела на тёмную московскую улицу, на жёлтые пятна фонарей, на редких прохожих внизу.

— В общем так, — сказала она наконец, не оборачиваясь, — мне, честно говоря, всё равно, кого вы туда привезёте. Вы с Машкой мне должны. А я — должна предъявить в Министерство список команды «Крылья Советов» на выездной товарищеский матч в Праге. И чтобы все были совершеннолетние и играть умели. На уровне! Желательно победить, но если даже нет — тут главное продемонстрировать игру на уровне. Понимаете? Я потому к вам и пришла, что у вас есть игроки такого уровня. Не все, но есть. Та же Железнова, хоть и вредина малолетняя…

— Мне уже восемнадцать! Я уже старая!

— … и либеро у вас ничего. Диагональная хорошая… в общем вы сможете. Но мне нужны игроки!

— Но где мы… — начал Виктор.

— Это уже ваши проблемы. — Сабина складывает руки на груди. — Три дня, Виктор. Через три дня мне нужен список. Кого хотите — берите. Хоть из других городов, хоть из других команд. Хоть вообще из других видов спорта — лишь бы мяч через сетку перекинуть умели. Маша! Ты здесь?

— Я тебя слышу. — отзывается телефонный аппарат голосом Волокитиной.

— Ты мне должна. — Сабина выпрямляется: — список команды, крайний срок — три дня. Лучше — раньше. Желательно — еще вчера. Вам шанс выпадает себя показать, что-нибудь придумаете.

— А давайте девчонок позовем? — говорит Лиля: — тех, с которыми играть было интересно?

— Каких еще девчонок? — моргает Арина: — с какими еще девчонками ты играла так, что тебе весело было? Погоди-ка… — она подбирается.

— О, я вижу у вас есть варианты. — кивает Сабина: — вот и отлично. А я пойду, пожалуй, — она встает с места: — вам подумать нужно, а я в метро, пока не закрылось. Завтра… лучше все-таки список завтра передать. Виктор? — она поворачивает голову: — убедительная просьба не тянуть до последнего, у нас и так куча дел… а вашим еще до Москвы добраться нужно будет. У нас на все, про все — восемь дней. Матч через десять. Значит через восемь дней на каждую уже выездные дела должны быть. И да, ты тоже едешь, без твоих «особых тренировок» тут никак, покажите достойный матч, не смейте мне наше имя позорить, слышишь, Железнова⁈

— Почему сразу я⁈

— Потому что я тебя знаю! Дверь за мной закрой… — и Сабина Казиева, капитан команды «Крылья Советов» — вышла из комнаты.

— До свидания! — весело прокричала ей вслед Лиля