Аватар империи 3 - Сергей Витальевич Карелин

Когда я вошел в свой просторный кабинет, меня там уже ждали Аврора и Атропос. Надо сказать, что у последней был весьма довольный вид сытой кошки, поймавшей мышь…

— Представляете, он сам пришел, — довольным тоном сообщила она мне, едва сдерживая эмоции. — Как же давно я мечтала и хотела намотать кишки этого мерзкого гада на…

— Остановись! — достаточно строгим и не терпящим возражений голосом остановил я ее, прежде чем она договорила. — Без моего прямого приказа ничего подобного не делать! Никаких кишок!

— Но ведь… — было попыталась возразить она, явно разочарованная таким поворотом.

— Я сказал: никаких «но»!

Вполне реалистично изобразив обиженный и несчастный вид, словно ее лишили любимой игрушки, Атропос демонстративно отошла в сторону под веселыми и откровенно насмешливыми взглядами Фемиды и Авроры, которые наслаждались этой ситуацией.

Я, в свою очередь, сел во главе массивного стола. Девушки заняли места по обе стороны от меня — стратегически важные позиции, а Атропос встала рядом, как и положено техохранителю.

И вот наконец появился Гермес в сопровождении долгожданного гостя — Асклепия.

Если говорить откровенно, ничего особенно примечательного или выдающегося в облике аватара бога врачевания я не заметил.

Передо мной стоял вполне обычный мужчина приблизительно лет сорока, довольно худощавый брюнет невысокого роста, с каким-то странно незапоминающимся, стандартным лицом. Единственное, что действительно выделялось в его внешнем облике и привлекало внимание — это глаза.

Вот они были поразительно небесно-голубыми, яркими и пронзительными. Посмотрев на меня, наш неожиданный гость заметно побледнел и низко, почти в пояс поклонился. Даже на расстоянии я отчетливо почувствовал исходящий от него страх.

— Ну и зачем же ты, собственно говоря, пришел сюда? — нарочито сурово и холодно поинтересовался я, намеренно входя в роль грозного правителя, против которого этот самый человек когда-то пошел, принимая весьма важное и активное участие в заговоре.

— Повелитель, я, безусловно, виноват перед вами и готов понести абсолютно любую кару, которую вы сочтете справедливой, — нервно сглотнув и явно волнуясь, начал свою речь Асклепий. — Но все же смею надеяться на то, что вы великодушно дадите мне хотя бы один шанс загладить свою тяжкую вину!

Он бросил на меня испуганный, почти умоляющий взгляд и тут же снова покорно опустил глаза в пол, не смея смотреть прямо.

От моего пристального внимания не укрылось то обстоятельство, что все присутствующие в кабинете недоуменно переглянулись между собой. А… Кажется, я понял, в чем дело. Очевидно, моя реакция на ситуацию весьма сильно отличалась от той, что была привычной и ожидаемой для них.

Довольно странно, если подумать. Они что, действительно думали, что я прямо здесь и сейчас испепелю графа Матвеева? Нет, так не пойдет… Он прекрасно понял, что его вычислили, и у него был выбор. Между мной и Герой. И учитывая, что, отправляясь ко мне, он смертельно рисковал… И тем не менее все равно выбрал меня — это многого стоило. Грохнуть и уничтожить его при желании всегда успеется и позже. А сейчас давайте для начала послушаем внимательно, что именно он хочет нам сказать.

— Продолжай, — максимально спокойным и ровным голосом приказал я.

Тон, которым были произнесены эти достаточно простые слова, вызвал на измученном лице графа откровенное и неподдельное изумление. Совершенно очевидно, что он не ожидал подобной спокойной и сдержанной реакции от вечно вспыльчивого и импульсивного Громовержца, известного своим крутым нравом.

Более того, странно, что даже Аврора с Фемидой выглядели удивленными происходящим. Неужели они до сих пор не привыкли к моей манере поведения? Гермеса еще можно понять — мы не так давно общаемся, но вот они-то уже вполне должны были привыкнуть к моему стилю. Интересно.

— Я полностью открыт перед вами, мой повелитель, — в голосе Асклепия послышалась какая-то глубокая обреченность и усталость. — Вы вычислили и раскрыли, кто я на самом деле. А это, в свою очередь, означает, что рано или поздно это неизбежно вычислит и Гера. Бежать куда-то я больше не хочу и не могу… Если честно, смертельно надоело мне постоянно бегать и скрываться.

— Тогда почему же ты явился к нам, а не к самой Гере напрямую? — не удержалась от вопроса Аврора, предвосхитив мой. Она, кстати, опасливо покосилась в мою сторону, явно боясь, что превысила полномочия. Но я практически незаметно для других кивнул головой в знак одобрения. Мол, давай, смело подключайся к разговору.

— Знаете, осознание многих вещей приходит к человеку со временем, — тяжело и устало вздохнул Асклепий, словно на его плечах лежал невыносимый груз. — К сожалению, вынужден признать, что был глубоко не прав в своих прежних убеждениях. И теперь категорически не хочу иметь абсолютно никаких дел с Герой. Именно поэтому и отдаюсь полностью на вашу милость и великодушие, повелитель. Искренне надеюсь, что мои скромные таланты и способности могут помочь в ваших начинаниях, если вы только предоставите мне такой драгоценный шанс.

— Таланты, говоришь? — с нескрываемым интересом переспросил я, приподняв бровь.

— Да, именно так, повелитель, — подтвердил он с готовностью. — Я сейчас, разумеется, не обладаю той силой и могуществом, что была у меня в прежние времена на великом Олимпе, но все же смею надеяться, что сила, которая у меня имеется на данный момент, является уникальной в этом мире!

— Что ж, хорошо, — достаточно медленно произнес я, вновь многозначительно посмотрев на Фемиду с Гермесом, которые в этот момент превратились буквально в две застывшие неподвижные статуи, замерев в ожидании. — Скажи мне честно: ты действительно готов принести мне клятву верности?

Насколько я успел понять из предыдущих разговоров, главный специалист по всевозможным клятвам — Фемида. И если все сделать по всем древним канонам и правилам, изменить или нарушить такую клятву будет невозможно.

После этих слов все мои верные соратники с нескрываемым любопытством уставились на неожиданного гостя. И надо отдать ему должное — тот нас не разочаровал своим ответом.

— Да, безусловно, готов, — сказал он, не раздумывая ни секунды.

— Ты абсолютно уверен в этом решении? — это уже поинтересовалась Фемида, пристально глядя ему в глаза. — Ты же прекрасно знаешь, что священную клятву невозможно нарушить?

— Знаю, великая богиня, прекрасно знаю, — с достоинством заверил ее наш посетитель, выпрямляя спину. — Все мы, как простые смертные, так и бессмертные существа, временами допускаем ошибки. Причем порой даже роковые и смертельные. Но если вдруг появляется редкая возможность их исправить, искупить свою вину, то от такого шанса ни в коем случае нельзя отказываться, иначе можно жалеть об этом до конца своих дней.

Фемида вопросительно посмотрела на меня, словно пытаясь прочитать мои мысли и понять, что я думаю