Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Так и пошли.

Глава 7

Следующие слезы Двалина мы добывали, можно сказать, в штатном режиме, то есть, относительно спокойно. Хотя, смотря для кого «спокойно», для меня это означало рутину: ворваться в лагерь хиличурлов, обложить их матом на трех языках, собрать агро, а потом смотреть, как Дилюк превращает их в барбекю.

А вот наш зеленый компаньон с каждой очищенной слезой расцветал на глазах. Архонт Ветра продолжал бренчать на своей лире, и с каждым новым аккордом мелодии становились всё более светлыми и радостными. В его бирюзовых глазах, обычно скрытых за пеленой пьяной беззаботности, разгоралось пламя надежды. Он буквально воспрял духом, словно увидел свет в конце очень длинного и темного тоннеля.

С виду Венти казался безобидным ленивцем с большой примесью: алкаша-тусовщика, который только и умеет, что стрелять мелочь на выпивку. Но я-то урывками знал Лор, спасибо одному младшему брату чёрту.

Магнитогорск-Мондштадт, не зря называют городом ветров и свободы. Две тысячи семьсот лет назад здесь правил другой Архонт, тот еще тиран, заперший людей в ледяной клетке. И на борьбу с ним поднялся обычный, безымянный бард. Повел за собой народ, устроил революцию. Маленький бард, естественно, в этой мясорубке погиб. А дух ветра, который тогда был просто элементальным сгустком, в знак дружбы и в дань уважения принял облик этого паренька.

Грустно? Да. Круто? Безусловно. Местный Ленин, не иначе, только с лирой вместо броневика. Но вот как относиться к самим Архонтам… тут моя чуйка давала сбой.

Примерно две тысячи лет назад в этом мире отгремела Война Архонтов. Масштабная, кровавая королевская битва между богами за право занять семь VIP-кресел в Тейвате. В этой мясорубке полегло столько божеств, что их трупами можно было бы вымостить дорогу до луны. Чтобы выжить в таком конфликте, нужна была сила, граничащая с абсолютным безумием и жестокостью. А этот зеленоглазый паренек в белых колготочках не просто выжил — он победил. И до сих пор удерживает власть над целым регионом. Ничего себе так «безобидный бард».

Я, конечно, не эксперт по теологическим вопросам, но от всей этой божественной тусовки, и особенно от Селестии (местного небесного начальства), душком тянуло за милую душу. Нет, я не собирался обвинять их во всех смертных грехах прямо сейчас — у меня на руках было ноль фактов, только обрывки лора. Да и судить книгу по обложке в мире, где сюжет вроде как строится на силе дружбы и анимешном пафосе, было рано.

Но я нутром чуял двойное дно. Особенно когда вспоминал события пятисотлетней давности. Падение Каэнри’ах, древнее государство, которое развивалось без богов, строило роботов и, видимо, слишком сильно поверило в себя, их уничтожили. Стерли с лица земли, и кто это сделал? Боги. В том числе, возможно, и тот, кто сейчас радостно напевает песенку про яблоки, идя рядом со мной.

Попытка людей выйти из-под контроля божественного надзора закончилась геноцидом. Всё складывалось слишком прямолинейно. Я, может, и не психолог, но диагноз мог поставить сходу: Селестия — это сборище существ с зашкаливающим ЧСВ, которые не терпят конкуренции. Даже если Каэнри’ах действительно баловались запретными знаниями, опасной алхимией и случайно открыли форточку в Бездну… стирать целую нацию? Это уже в духе дарк-фэнтези.

— Ветер принес мне весть, что ты задумался о чем-то очень плачевном для самого себя. Не поделишься?

Венти возник рядом со мной абсолютно бесшумно, его лицо сияло искренней улыбкой. Я остановился, и посмотрел на Архонта сверху вниз.

— В плане? — я изогнул бровь. — Я вроде спокоен как самовар, вон: дышу свежим воздухом, наслаждаюсь видами.

— Твое лицо выражало скорбь, смешанную с желанием кого-нибудь убить, — заметил Дилюк, поравнявшись с нами. — Для тебя это, конечно, обычное состояние, но сейчас оно было особенно концентрированным.

— Я просто считал в уме, — не моргнув глазом сказал я. — Прикидывал, сколько моры я мог бы заработать, если бы открыл в Мондштадте курсы по управлению гневом. Спойлер: я бы озолотился. А плачевным для меня было осознание того, что вместо этого я бесплатно работаю ассенизатором для драконьих слез.

Бард прищурил свои огромные бирюзовые глаза. Знаете, это был тот самый взгляд, которым на вас смотрит кот, обнаруживший, что вы спрятали от него валерьянку. Взгляд человека (или божества), который всем своим видом говорит: «Я знаю, что ты что-то знаешь. Я еще не знаю, о чем конкретно ты думаешь, но это явно какая-то запрещенная, интересная херня, и я докопаюсь до сути».

Венти наклонил голову набок, и его косички качнулись в такт движению.

— Курсы по управлению гневом? — протянул он с лукавой улыбкой. — Звучит забавно. Но ветер редко ошибается, Странник. А он шепчет мне, что твои мысли были куда масштабнее, чем просто подсчет моры, ты смотрел на меня так, будто пытался решить: угостить меня вином или предать суду истории.

Я мысленно чертыхнулся, у этих богов что, встроенный эхолот на крамольные мысли?

— Питер Пэн, у тебя паранойя на фоне алкоголизма, — я скрестил руки на груди, выставляя вперед свой бронированный пресс в качестве психологического щита. — Какому суду? Я даже местный уголовный кодекс не читал. Может, у вас тут законно спать под мельницами и носить такие штаны. Я смотрел на тебя и думал исключительно о том, как твоя печень справляется с таким количеством сидра, это чисто медицинский интерес.

Дилюк фыркнул, с таким коротким и сухим звуком, но для мастера Рагнвиндра он приравнивался к гомерическому хохоту.

— Его печень, Странник, — это артефакт, который переживет нас всех, — заметил Полуночный Герой, закидывая свой клеймор на плечо. — Но бард прав. Ты слишком много думаешь для человека, который утверждает, что у него нет планов кроме как найти кого-то несчастного и пытать его.

— Вы что, сговорились? — я возмущенно вздохнул. — Один читает мысли по ветру, другой работает психоаналитиком на полставки! Я просто иду! Я просто очищаю ваши радиоактивные стекляшки! Можно мне хоть в своей голове иметь немного прайвеси?!

Венти хихикнул, прикрыв рот ладошкой, и его подозрительный прищур сменился привычной беззаботностью.

— Конечно-конечно! Прайвеси — это святое! — он отскочил на пару шагов назад и снова взялся за лиру. — Просто помни, мой колючий друг: если тебе когда-нибудь захочется поговорить о… масштабных исторических событиях, или о том, почему небо иногда кажется фальшивым, лучший бард Мондштадта всегда готов выслушать! За скромную плату в виде бутылочки "Доли Ангелов", разумеется!

Я споткнулся на ровном месте. Почему небо кажется фальшивым.

Он знает, что я знаю очень много, или догадывается, или просто закидывает удочки. В общем: слишком