Идущий тропой мертвых 8 - Зигмунд Крафт

странной группы и друзьями. Мэйн, раб Лейн, а так же недовольный Фисларон. Всё потому, что его в специальный аванпост не отпускали, как бы он не пытался доказать, что тоже является гением и вообще сильным защитником. Но Айеравол был непреклонен.

Так же здесь присутствовали другие ребята, которые считали себя друзьями Адмира — бывшая команда во главе с Териасетом. Эллиндет с Валандолом — те два парня, что встретили их на воротах в день приезда в аванпост. Лисантар — глупый влюблённый мальчишка. И ещё с десяток других солдат-защитников притащились сюда. Что ж, третий принц Амрота и правда очень популярен, ведь это самые близкие друзья, а сколько ещё просто приятелей?

Первым исчез Мэйн. Казалось, этот громила только что находился рядом, а потом будто испарился. Этриан теперь понимал суть этого навыка, но тот слишком специфичен, чтобы его было возможно кому-то повторить. Кроме такого особенного эльфа как Адмир, разумеется.

Когда Эрмуара принял решение зацепиться за этого мальчишку королевских кровей, он и представить не мог, во что вляпывается. Адмир был прав, Этриан карьерист, который давно упёрся в потолок. Как бы он не старался, в лигу повыше перебраться не мог. Потому служение королевской семье, пусть и соседнего государства, должно было стать счастливым билетом и яркой строкой в его трудовом стаже.

А в итоге Эрмуара оказался на Жутких Болотах. Кто-то проклинал бы судьбу, но не он. Потому что служба здесь — бесценный опыт, который также потребуется в будущем. И всё это без отрыва контракта работы на королевскую семью Даэрин.

Работая в службе разведки Ксилтара, Этриан навидался много всяких необъяснимых вещей, встречал самых разнообразных необычных магов. Как сильных, так и откровенно слабых, но достаточно умных, чтобы представлять серьёзную опасность. Иногда с достаточной выдумкой даже посредственный магический талант мог расцвести ярким цветком.

Но Адмир… Он точно стоял особняком от всех, кого когда либо встречал Эрмуара. Даже если брать в расчёт мемуары некоторых магистров или архимагов, его судьба была куда ярче любых выдумок. С таким королём во главе… Да, для Адмира бы мечта Ширейлина стала лёгкой задачей. Он бы смог объединить все пять эльфийских наций, при этом не пролив ни капли крови. А потом и стереть все аномалии, навсегда закрыть дорогу в Бездну.

Вот только, увы, пареньку это совсем не привлекательно. Разве что само запечатывание разломов вызывает интерес. Что ж, пусть Адмир не останется принцем, не станет королём, но точно превратится в архимага. Причём при жизни самого Этриана. Тот в этом абсолютно уверен. В Мессию Кореллона он верил слабо. Альверцы совсем поехали со своей религиозностью, но и на этом можно будет однажды сыграть.

— Ну что, в динами? — с улыбкой обратился к Этриану Фисларон. — Как договаривались?

Эрмуара кивнул и они направились в нужную сторону. Сегодня важный день — Этриан намерен преодолеть порог и стать флаосом. Что-то он засиделся на девятой ступени клоафа. Ещё немного времени пройдёт и принц его перегонит.

* * *

Полгода пролетели незаметно, будни поглотили меня, как и общение с друзьями. Мне всё больше и больше нравилось на этих Болотах. Перспективы исследований заставляли моё сердце биться чаще. Я научился самостоятельно опускаться на более низкие слои реальности, более тонко чувствовать пространство, наблюдал за накладыванием межмировой печати, а так же… отвернулся от долгожданной массовой зарубы защитников с нечистью. Мои исследования душ так же далеко продвинулись, я стал гораздо лучше понимать суть слоёв. Правда, так и не удавалось пленить основу души, исключение — помещать внутрь своего мирка. Но это совсем не решение прблемы.

Что важнее — магия мёртвых, основанная на воле и препране. Моё искусство менталистики сильно продвинулось и оказалось куда многограннее по применению, чем я предполагал. Овеществление объектов всё ещё тяжело давалось мне, но основная причина в малом источнике нужной энергии. Как исправить ситуацию с этим — я не знал. Конечно, душа сама выделяла нужную препрану, но слишком мало. Даже я раскачал, казалось бы, до максимума её образования, но этого всё равно было катастрофически мало.

Рэй считал, что мне незачем углубляться в овеществление, ведь даже среди мёртвых существует множество типов магии. Просто, это не моё, и стоит заняться чем-то иным. Например, иллюзии мне хорошо давались, но тоже только в мире мёртвых. Вне болот вряд ли выйдет применять подобное. Максимум — в любом динами.

Пока обстоятельства складывались так, что я мог легко проникать в разум живых, взламывать сознание и даже брать под контроль. Но это связано скорее с отсутствием защиты моего направлени, чем с каким-то особенным талантом. Теоретически, я мог взломать сознание демона, но с сородичами это выходило проще. Если однажды разберусь с психологией демонов, то и с ними можно будет работать в этом направлении. Но мы слишком разные, мыслим разными категориями и используем разную магию.

Так же духи не могли меня чему-то учить базовому, так как умели это делать по наитию. Например, как прикосновением моментально погружать в сон эльфа. Рэй совершенно ничего не делал для этого, получалось само.

С учётом моих особенностей выделили несколько направлений демонических, но нюанс таков, что я не мог вселиться в чужое тело. Так что мне, похоже, придётся создавать свой демонический путь. Ну или духовный, так звучит лучше. По крайней мере, я стал гораздо лучше разбираться в демонологии. Не в пустом перечисление видов, а именно их типировании по силе.

Путь прошёл в целом хорошо. Я всё так же расслаблялся в компании своих своеобразных друзей — Рэя, Айлинайна и Даэлии. Болотника я перекормил, как и обещал. Странно было наблюдать его пьяный взгляд, он действительно начал шататься, но не уснул, как это обычно бывает с Рэем. Мне казалось, что взгляд Айлинайна менялся, когда он смотрел на меня. Возможно, так оно и было, всё же я намеренно привязывал духов к себе подобным способом. От этого наркотика сложно оторваться.

Долго думал о Мэйне. Одно дело — транслировать себя мёртвым, а другое — живым. Многие вещи, что я показывал духам, ему не мог, стоял ментальный блок, что это неправильно. С другой стороны, мне было его жаль и хотелось показать другую жизнь. Возможно, ему будет ещё больнее осознавать, чего он лишён. А с другой — он сможет прожить то, чего в собственном теле никогда не получит. Он ведь наверняка думает о некоторых вещах и хотел бы их пережить. А жить в неизведанности на самом деле хуже. Однажды, возможно, мне подвернётся шанс