Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

клинком в сторону поврежденной ноги и чуть замер, согнувшись влево и вниз, при этом изо всех сил стараясь сохранить равновесие. Сейчас выпрямится и атакует снизу широким махом, понял Сержант!

И он не дал ему этого сделать. Резко махнув правой так, что бы клинок «серенгети» бросился в глаза противнику, он левой же рукой навсегда воткнул керамбит в опущенную руку с ножом, тут же схватил ее и потянул ниже и от себя. Латинос не мог полноценно опираться на подгибающуюся от боли конечность, а захват Сержанта буквально закручивал его вокруг оси. Тот же, стараясь из последних сил контролировать эту жилистую, отчаянно рвущуюся на свободу руку с жутким ножом, подшагнул к пирату сбоку и нанес удар.

Тяжелый цельнометаллический «серенгети» вошел в шею легко, сразу перерезав ее наполовину. Кровь вместе с воздухом рванулась на свободу, и Майер почувствовал, как горячо стало от этого потока его руке, все еще продолжающей судорожно сжимать запястье уже оседающего на землю латиноамериканца. Умирающий еще смог схватиться правой рукой за «серенгети», который Майер выпустил из рук, не имея никаких сил на продолжение.

Но это уже ничего не меняло…

Только сейчас он смог отвлечь часть своего внимания на Семена, так и лежащего на земле с красным растекающимся пятном вокруг ноги. Глаза, расширенные от ужаса этого гладиаторского поединка ясно говорили о том, что этот на арену уже не хочет. И к револьверу больше не ползет!

— Боже, Серж, ты в порядке?! Не ранен?

Виктория стояла сбоку, держа ствол в направлении последнего живого флибустьера.

Майер лишь смог только промычать что-то не понятное в ответ, еще не успев отойти от опьянения адреналином. Медленно содрал с себя рубашку и принялся вытирать кровь с руки. Оглядел конечности — вроде бы все цело. Потом вытащил из мишени свой верный нож, кое-как протер и его.

— Как будто в порядке… — кивнул он и сморщился, вот ведь напасть, хрип, а не голос! Все в горле пересохло, и он буквально умирал от жажды.

Семен будто прикипел глазами к стволу в руках Ви. Наконец, он решился на короткое движение, но был остановлен резкой фразой шотландки:

— Даже не думай!

С удивлением Сержант посмотрел на нее, — надо же! Оказывается, не только в фильмах так говорят!

— Пойдем, дорогая моя напарница, к берегу, я пить хочу смертельно.

— Момент, — коротко попросила Ви.

Она нагнулась и подняла с земли тот самый капроновый шнур-символ. Молча подошла к Сене, и тот смиренно протянул ей руки. После столь эффектной демонстрации ее тактической и огневой подготовки усталый Майер даже не удивился, как сноровисто его подруга пеленает главаря. Быстро закончив, она обернулась к Сержанту.

— Ты же доктор, Серж, посмотри его ногу, насколько серьезно такое ранение?

Безуспешно попытавшись увлажнить рот слюной, Сергей сдался, присел на корточки возле связанного. Вот не до него сейчас! Тащить к берегу, да и все! Он и так знал, что ничего смертельного у данного больного нет, еще в самом начале заварухи профессионально отметив это, автоматически… Но постепенно к Майеру приходило понимание важности факта пленения одной из пиратских шишек. Он задрал на окровавленной ноге когда-то бежевую штанину, протер остатками рубашки и эту кровь, внимательно осмотрел, после чего отмахнул ножом кусок веревки и перетянул повыше раны.

— Целый, мазафака… Разве что скользом кость задело. Ничего ему не сделается, выходим эту гидру, — нехотя признал он свои обязанности.

— Тогда потащили добычу, — уже почти весело предложила шотландка и добавила ласково, — как придем, я тебе сразу же кофе сделаю, мой рыцарь.

Сержант только буркнул в ответ, но тоже улыбнулся. Польстило… Отчего бы и не рыцарь? Мы такие! Познай, мля, удаль Добрыни, нечисть заречная…

И они, шатаясь на склоне, побрели к близкому берегу, с двух сторон поддерживая свою ценную добычу. Ветерок утих совершенно, сердце уже успокоилось, дышать стало легче. «Только в ушах что-то сильно шумит, — подумал он, спускаясь к песчаной полосе, — давление скакнуло, что ли?»

Сергей наконец-то вспомнил, посмотрел на море и уже вслух сказал:

— Вот трахома! Не-е… С давлением у меня все в порядке, — и он, дождавшись, пока Виктория оправит рубашку и выпрямится, показал ей на рифы.

— Что это? — вскрикнула она.

Разбивая взгляд изломанными пятнами камуфляжа, с моря к рифу медленно подкатывало чудовищного вида военное судно под андреевским стягом. Боевой катамаран вблизи еще больше был похож на серый угловатый айсберг. Достаточно низко сидящий, ощерившийся во все стороны трубами пусковых ракетных установок и орудийных башен корабль-убийца. Перед белым пунктиром пенной рифовой полосы корабль почти остановился, странно покачался, как будто принюхиваясь, а потом… Взревели двигатели, выходя на полную мощность, и тяжелое судно совершенно неожиданно и почти мгновенно вылезло из воды метра на два! Поднявшись, боевой катамаран «Кунашир» легко прошел рифовый проход и бодро вкатился тихую лагуну острова Диез.

Все. Сцена «Входит Дракон» закончена.

— Это было… си-ильно, — прошептал Сергей.

— А что это за второй флаг, Серж, что чуть ниже, — прижимаясь к его плечу, спросила Ви, рассматривая морское чудовище во все глаза.

— Республика Таймыр, родная. Часть Российской Федерации, — пояснил он, помолчал, и крикнул уже во все горло, — гости с Севера приехали!

От катамарана уже отчалили две надувные лодки с подвесными моторами, набитые угрюмыми парнями в камуфляже, и на полных парах полетели к берегу. Бойцы, находившиеся на носу буквально легли на кевлар покрытия, выставив вперед стволы пулеметов, готовясь по первому признаку подавить возможные огневые точки. На бортах наоборот, десант сидел так, что бы моментально спрыгнуть на песок и разлететься веером.

Когда тяжело груженые лодки лихо выскочили на пляж, все еще ошалелый Майер совершенно не к месту подумал, какое же прочное днище у этих посудин! Все лучшее им, воякам, достается…

Раздались крики-команды, пошла корректировка действий десанта матерными словами командиров. Ах, как чудесно звучит милая упругая речь!

Бойцы бросились к пленному, двое побежали выше, двое пошли в стороны.

Навстречу вышагивал Донцов с таким необычным лицом, что Сержант даже испугался за него. Загара нет, ни пигмента! Бледный, как смерть, да и похудел прилично. Отвык уже Серега от таких северных рож… Они молча обнялись.

— Жив, бродяга?

— С трудом.

В это время к слабому гулу «Кунашира», работающего на самых малых оборотах, добавился еще один техногенный звук, звонкий и вызывающий.

В другом конце лагуны спешно разворачивалась «Чессна».

Пилот, так долго не получавший от шефа никаких указаний, прошляпил тот момент, пока еще можно было выйти из лагуны и теперь был намертво заперт катамараном. Но он не сдался. «Чессна» на мгновение