"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

— И правильно сделал! — горячо согласился Килри. — Развелось шарлатанов, виселицы на них нет!

— Его сиятельство тоже были очень сердиты. К счастью, юная госпожа смогла и сама перебороть недуг, даже кашля не осталось.

— Рад это слышать, очень рад. — Килри оглянулся еще раз. — Грудная болезнь весьма коварна и редко обходится без последствий. Жаль, что его сиятельство не захотели показать девочку мне.

Агнета вздохнула.

— После случая с виконтессой, господа мало доверяют лекарям. Даже вас приглашать не хотели, но ее сиятельство так мучилась тошнотой… ой! — сделав вид, что сболтнула лишнее, девица закрыла рот ладонью. — Пожалуйста, простите, мне не следовало этого говорить.

— Я тебя не выдам, милая. — голос Килри стал еще слаще. — К сожалению, некоторые мои коллеги только позорят профессию. А кровопускание и вовсе должно уйти в прошлое, от него больше вреда, чем пользы. Впрочем, не все лекари такие, как тот шарлатан. И наблюдение хорошего специалиста пошло бы вашей госпоже только на пользу. Жаль, что она этого не понимает. Я прописал ей некоторые укрепляющие отвары, но очень сомневаюсь, что она станет их пить. Если ты действительно заботишься о графине, то могла бы проследить, чтобы мои рекомендации исполнялись в точности?

— Конечно…

Лекарь потрепал ее по щеке.

— Какая же ты умница. Ее сиятельству с тобой очень повезло. Так вот, травы надо заваривать как можно крепче. И пить не реже пяти раз в день, щедро сдабривая медом. Если же вдруг начнется резь в животе, то пои графиню отваром из копыт-корня и листьев малины. Туда же можно мелкоцветущую сальву добавить для вкуса. Все запомнила?

Агнета хлопнула ресницами.

— А вы можете записать, вдруг я чего напутаю? Страшно…

— В твоем возрасте стыдно жаловаться на память. — укорил ее мужчина. — Могу еще раз повторить, а ты уж сама себе пометку сделай, на каком-нибудь клочке. В замковых запасах-то все нужное найдется?

— Да… А если нет, то я к травнице сбегаю.

— Какая ты все-таки лапочка. Даже лучше, если сразу у травницы все возьмешь, у нее посвежее будет. Только… — он назидательно поднял палец. — … помалкивай о положении госпожи, иначе и сглазить могут. Лучше говори, что от горла, да от слабости стережешься. Запомнила?

— Запомнила.

— Вот и умница. — Килри достал из кармана мелкую серебряную монетку. — Вот, возьми, купишь себе какую-нибудь ленточку или гребень.

— Ну что вы, господин… — девица попыталась отнять руку, но лекарь все же вложил монету в ее ладонь.

— Бери, бери, нравишься ты мне. А для такой лапушки ничего не жалко. И не переживай, все с твоей госпожой будет хорошо. Особенно, если рекомендации исполнишь в точности. Только графине, пожалуй, не стоит ничего говорить. В ее положении лишние мысли ведут к лишним тревогам. А волноваться ей сейчас никак нельзя. Ты же не хочешь, чтобы она наследника скинула?

— Не хочу.

— И я не хочу. Иначе бы не расписывал тебе все так подробно.

Еще раз потрепав Агнету по щеке, эйс Килри завернулся в протянутый плащ, ласково улыбнулся и направился к двери. Девица проводила его низким поклоном. Затем выждала для верности еще несколько минут и поспешила в покои госпожи.

* * *

Выслушав и успокоив Агнету, которая так и кипела праведным негодованием (мол, как лекарю только в голову пришло, что она станет действовать за спиной госпожи), Алесия задумалась.

Все перечисленные средства имелись в «аптечке» замка. Более того, Альма активно их использовала, когда лечила Лианну. Значит, травки не ядовиты.

Напрашивалось одно из двух. Либо их нельзя при беременности, либо эйс Килри действительно хочет помочь. Правда в последнее верилось почему-то с трудом. Но самое невыносимое — надо опять ждать. Ответа от Альмы, и от Лайона.

Алес всегда считала, что у нее нет проблем с терпением, однако эта черепашья почта сводила с ума. Пожалуй, пора перебираться ближе к столице. Или же, завести в Арельсхолме голубь-граф.

Увы, тут ее ждало очередное разочарование. В замке голубей не водилось. Даже на дальних чердаках, максимум, кого удалось обнаружить — пару летучих мышей. Которые совсем не обрадовались вторжению.

То есть, надо сперва завезти птиц, чтобы те вывели птенцов именно здесь. И уже птенцов дрессировать, надеясь, что те не улетят потом за родителями. А еще нужна хорошая голубятня. Вот последним Алесия и озадачила дворовых парней.

— Ты хочешь поселить в Арельсхолме пернатых крыс? — удивился Нортман, обнаружив стройку на одном из чердаков. — Экономку хватит удар. Она десять лет потратила, чтобы вывести эту пакость из замка.

— Жаль, что ей это удалось. — проворчала Алесия, наблюдая за работами. — Ты знаешь, что голуби всегда возвращаются в свое гнездо?

— Допустим. — осторожно согласился мужчина. — Именно поэтому от них так тяжело избавиться.

— А еще, их можно приручить и использовать для отправки коротких писем. Слышал, когда-нибудь, про голубь-граф?

По озадаченному взгляду стало ясно — не слышал. И вообще, в мировоззрении Нортмана голуби были отдельно, графья отдельно. Однако объяснения супруг выслушал очень внимательно. И даже не стал задавать бессмысленный вопрос — почему графиня молчала об этом раньше.

Единственное, на что его хватило:

— Ты в этом уверена?

Алес слегка улыбнулась.

— Я же прошлое лето провела в деревне. Вот и занялась от скуки дрессировкой голубей. И, могу сказать, они способны вернуться даже из столицы. Так что достаточно привязать к лапке письмо…

У Нортмана не осталось слов.

Зато дар речи вернулся, когда пришли ответы от графа Бартона и из деревни.

Лайон писал, что рядом с Диорти по-прежнему не замечено подозрительных лиц. А в его дом вхож только лекарь. Некий эйс Килри — потомственный травник и, по слухам, неплохой специалист.

Потомственный травник?

Алесия взглянула на неровные буквы, которые вывела Ирена под диктовку Альмы. Крестьянка сообщала, что в перечисленных травках нет ничего дурного. Однако копыт-корень и мелкоцветущую сальву категорически не рекомендуется пить при головных болях, иначе может хватить удар. Нежелательны они и для женщин «в тяжести», слишком велик риск скинуть ребенка.

Да и листья малины, «по младости плода» лучше не употреблять.

О тех же травках, что лекарь написал своей рукой, Альма выразилась более благожелательно. Но предупредила, что «заваривать их надо слабо» и «пить не