Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

один ужасно злой. Через пять минут один из любителей смертельного дурмана лежал под моим стулом и торопливо рассказывал, как стучать в дверь «наркобарыги», чтобы дверь открыли, а второй, стоя, как маленький ребенок, лицом в углу, только готовился к серьезному разговору.

Через час запуганные наркоманы были готовы к завтрашней операции, во-всяком случае, глаза их светились желанием искоренять зло рука об руку с органами милиции.

— Парни, сейчас берете с них объяснения по фактам покупки наркотиков у указанных граждан, и оформляете бумаги на завтрашний закуп. Не забудьте у замначальника уголовного розыска получить деньги на завтрашний день и пусть выделит пару оперов на завтра, прямо с самого утра. Если начнет артачиться, сошлитесь на полковника Дронова, это его указание. Он мне запретил привлекать пацанов из других отделов, сказал, что людей нам будут выделять по первому требованию. Все, парни, надеюсь на вас, а я пойду, с бумагами поработаю…

Поработать с бумагами мне долго не дали, не успел я разложить папки с оперативными делами, как зазвенел телефон.

— Громов, слушаю вас.

— Павел, это Анна Гавриловна из кадров. Подойди к нам пожалуйста, надо несколько объяснительных написать по поводу жалоб граждан на тебя…

— Анна Гавриловна, а по какому поводу я должен писать объяснительные?

— Павел, нам пришли сигналы от граждан, что ты допустил нарушение законодательства в отношении граждан, сознательно их унижал, допускал действия, компрометирующие российскую милицию.

— Анна Гавриловна, вы так красиво это говорите, как по писаному.

— Павел, это не я говорю, это граждане пишут.

— И, именно этими словами? Анна Гавриловна, я вас уважаю, как чуткого руководителя отдела кадров и просто красивую женщину, но я ничего писать не буду, пока не ознакомлюсь с этими писульками.

— Павел, ты прекрасно знаешь, что это запрещено.

— Я с вами не согласен, Анна Гавриловна. Как и любой гражданин, я вправе знать, кто и в чем меня обвиняет.

— Громов, ты не гражданин, а милиционер, а я обязана провести служебную проверку, у меня сроки.

— Анна Гавриловна, вы меня извините, но я ничего писать не буду, напишите справочки, что я от дачи объяснений отказался, я потом подтвержу. Извините, но мне бежать надо, всего хорошего. — я положил трубку и задумался. Судя по всему, меня начали обкладывать и обкладывать крепко. Не буду сам себя обманывать, но я просто поражен что на отмазку рядовых скупщиков брошены значительные ресурсы. И бычки эти в машине- не рядовые тупые гопники, которые сотнями ошиваются на окраинах города. Нет, может парни и тупые, я не знаю, но то, что реальные бойцы, работающие каждый день с железом и не только, я в этом был уверен. Я таких к себе ближе, чем на пять метров не подпущу, им мою головенку от туловища отделить — дело пяти минут. Но это ладно, тем более, что я снова получил свой табельный пистолет, но вот бородатый адвокат, организовавший целый ряд жалоб от якобы разгневанных граждан.

Я подошел к телевизору и включил пятый канал. Повторяли вчерашние новости, где главным сюжетом являлись похороны депутата Ирины Михайловны Кросовской. Я про похороны знал, но не пошел туда осознанно. Там камер, снимающих скорбную церемонию, пять штук было, но уверен, что ФСБ, РУБОП, возможно еще прокуратура, снимали это действо скрытно. Я не хотел светить своей физиономией и обращать внимание на свою персону. Там звезд и без меня хватало — мэр, весь депутатский корпус. С десяток деловых партнеров Ирины, которых я знал и еще, не менее сотни, мне неизвестных людей, пришли проститься с Ириной. Хоронили ее на Заречном кладбище, на одной из главных аллей, на месте старой, уже заросшей кустарником, заброшенной могилы.

Из нашего здания было два выхода. Серая «иномарка» стояла напротив парадного крыльца, я же вышел через пожарный выход, прошел в соседний двор, где, по старой привычке, парковал машину.

И вот здесь, в салоне автомобиля, мне пришла в голову мысль, что мою жизнь надо менять. Я не хочу бегать от серьезных бандосов, постоянно оглядываясь и контролируя каждый свой шаг, чтобы не прихватили свои.

До районной библиотеки было всего двести шагов, а там мне, по служебному удостоверению, дали подшивку местных газет, где я увидел объявление городской избирательной комиссии о довыборах по городскому избирательному округу номер…'. Желтые городские страницы в библиотеке тоже нашлись, а через сорок минут я входил в шикарный офис в центральной части города.

Офис политологов.

Взгляд специалиста при моем появлении похолодел, голливудская улыбка погасла. Ну да, на фоне шикарной обстановки кабинета, длинноногой секретарши в ультракороткой юбке, картин на стенах я смотрелся весьма бледно и потасканно.

— Мне сообщили, что вас интересует представительная ветвь власти…

— Добрый день, меня интересуют довыборы в этом избирательном округе…

— Да, да, такая неожиданная трагедия…

— Я знаю, но давайте перейдем к делу. На первом этапе меня интересует регистрация в качестве кандидата в депутаты городского совета, под ключ. Как быстро вы сможете решить этот вопрос?

— Ну, я думаю, что в течение месяца…

— Извините, я видимо зря вас побеспокоил…- я выбрался из мягкого кресла:

— Я соберу документы за десять дней и совершенно бесплатно, ну, почти, а вы мне предлагаете за деньги ждать целый месяц? Это даже не смешно. Видимо, мне придется обратиться к вашим коллегам, думаю, что они будут более расторопны…

— Подождите, что вы конкретно хотите?

— Три дня, как мне кажется, очень хороший срок.

— Вы с ума сошли, молодой человек? Это нереально.

— Один процент от числа избирателей — это пятьсот человек приблизительно, и вы не способны за три дня собрать пятьсот подписей?

— Хорошо, сто долларов за одну подпись.

— Десять долларов за подпись и то, переплачиваю за срочность. Готовьте договор на всю сумму.

— Молодой человек, но так не принято. Как вы себе это представляете?

— А в чем проблема? Есть какой-то запрет на организацию помощи в выборах депутата? Или вы меня «кинуть» хотите? Не советую, сразу предупреждаю, это для вас очень грустно кончиться…

— Ну хорошо, молодой человек, давайте попробуем поработать Документы при вас? Расскажите о себе.

День мой закончился очень поздно звонком еще по нескольким телефонным номерам. Нельзя сказать, что все мои собеседники были рады меня слышать, но все обещали завтра быть в условленном месте, осталось только заехать в пару адресов.

Дорожный район.

— Здравствуйте, уголовный