"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 - Максим Шаравин

Скупо кивнул. Да, самураи пока не сдавались легко и без боя. Они двигались с точностью и грацией, их атаки были быстрыми и уверенными. Но наши маги не из тех, кто отступает перед непреодолимыми препятствиями, они из тех, кто, стиснув зубы, идёт лишь вперёд.

Какая-то доля секунды, и я увидел, как один из магических ликвидаторов выполнил сложное комбо, филигранно сочетая в одном ударе и физическую силу, и магию. Он ударил по щиту самурая мощным заклинанием «земляной волны», и тот дрогнул. В эту же секунду он ударил кулаком в щит, и тот попросту треснул.

В следующем ударе, уже сочетая с магией «ледяного дождя», он пробил щит и захватил самурая в плен. Его товарищи повторили «прием», и в течение нескольких минут все самураи были уже у нас.

Я чувствовал уважение к этим воинам. Они были сильными, храбрыми и умными. Но наши маги оказались сильней. Нужно уметь признавать силу своего оппонента, гордыня — это путь в один конец. Так что не будем глупить, а просто перестрахуемся.

— Ваше величество, — снова зазвучал голос главного мага, — я предлагаю изучить их магию. Она может быть полезной в будущем.

Молча кивнул. Я всегда ценил знания и признавал силу противника. В этом бою я увидел не только победу, но и возможность научиться чему-то новому, улучшить свои силы и поднять мощь страны на новую высоту.

Вновь погрузился в магический свет голограмм, мгновенно утонув в бездне информации, активно следя за движением войск. «Диверсанты», замеченные на поле боя в самурайской броне, вызвали у меня недоумение. Японские штурмовые части в Маньчжурии? Что-то не сходится. Но загадка скоро будет разгадана, наши дознаватели отлично справляются со «следственной» работой, и скоро я получу отчет о «диверсантах».

Внезапно мое внимание привлек новый бой. Гиперион, мой самый верный и храбрый полководец, сражался с ротой британских гуркхов.

Голограмма показывает сцену схватки с удивительной четкостью. Гиперион, одетый в тяжелые доспехи, стоит в центре сражения, его вороненные шашки сверкают на солнце. Вокруг него яростно бушует битва, гуркхи атакуют с дикой жестокостью, их крики и свист клинков доносятся до меня через голограммы.

Спокойно наблюдаю за тем, как Гиперион отбивает выпад за выпадом, его шашки с неумолимой точностью разрубают врагов в мясо. Он движется с нечеловеческой скоростью, как разъярённая буря, которая сметает всё на своём пути.

— Ваше величество, — вклинился генерал, — Гиперион в опасности. Гуркхи — очень опасные противники, они сражаются до последнего вздоха.

Равнодушно прикрываю глаза в знак согласия, при этом не отводя взгляда от голограммы. Я знаю о репутации гуркхов, их храбрость и жестокость прославились во всем мире. Но Гиперион — не просто полководец, он — легенда, воплощение бесстрашия и силы. И я верил в его победу.

И вот перед моими глазами развертывается невероятное зрелище. Гиперион входит в режим берсерка, его глаза загораются красным светом, тело напрягается, а кожа становится железной. Он рычит, как лев, и с бешеной силой бросается в атаку.

Гуркхи, не ожидая такого натиска, отступают в страхе. Гиперион разрубает их на куски, как дикий лев. Он не чувствует боли, не видит страха. Он — ураган, который сметает все на своем пути.

Через пару минут сражение заканчивается. В центре поля боя лежит Гиперион, окруженный телами убитых гуркхов. Он дышит тяжело, кровь стекает с его лица и доспехов, но в его глазах горит азартный блеск победителя.

Скупо улыбаюсь и чувствую гордость за своего полководца. Гиперион — истинный герой, который всегда придет на помощь своим солдатам и никогда не отступит перед лицом врага. Я отвожу взгляд от голограммы и ощущаю в сердце уверенность в победе. С такими воинами, как Гиперион, мы воистину непобедимы. Но такие мысли стоит гнать прочь.

Внезапно, словно удар тока, по краю моего сознания пронеслась волна информации. Новая битва. Я мгновенно включился в сражение, концентрируя внимание на новом сражении.

Мое внимание привлек огромный храм, расположенный в центре крупного города. Вокруг него бушевала битва. Мои основные войска отступали, теснимые неизвестными противниками, одетыми в яркие оранжевые робы.

Их головы были обриты, а виски испещрены сияющими магическими рунами, которые пульсировали ярким светом. Они двигались с нечеловеческой скоростью, их атаки были быстрыми и точечными. Они не носили тяжёлые доспехи и не использовали оружие в привычном понимании. Их оружием были магия и её смертоносное «искусство».

— Ваше величество, — снова заговорил генерал, — это монахи ордена «Золотой Лотос». Они известны своими мощными магическими способностями и бесстрашием перед лицом смерти.

Я сморщился. «Золотой Лотос» — орден монахов, прославившийся своим аскетизмом и непоколебимой верностью своим идеалам. Я не ожидал встретить их на поле боя, но они внезапно стали серьезной угрозой.

— Пятый отдел магических ликвидаторов, — отдаю я приказ, — к храму. И рота егерей двадцать восьмой горной бригады к ним же. Десантирование в нужном квадрате.

Я не хотел потерять ни одного воина напрасно. Люди — это сложный и ценный ресурс, который необходимо беречь. Но монахи «Золотого Лотоса» — опасные противники. Я должен был действовать быстро и решительно.

Вижу, как мои войска мгновенно десантируются в нужном месте. Монахи «Золотого Лотоса» не ожидали такого натиска. Пусть они и сражаются отчаянно, но уже ощущают давление с двух сторон, так что это вопрос времени.

Секунда и проносится картина схватки: егеря «двадцать восьмой» атакуют с высокого уступа, сбивая монахов с ног гранатами с антимагической начинкой, а магические ликвидаторы уничтожают их с помощью мощных заклинаний.

Наблюдаю за битвой, сосредоточившись на каждом движении моих войск. Я не хочу потерь людей, но я также не хочу давать монахам шанса на успех. Так что будем балансировать на грани, но такова жизнь.

«Золотой Лотос» — опасный противник, но мы сильнее. Мы победим.

Как только ликвидаторы пятого отдела получили возможность для манёвра, ситуация тут же изменилась, и вот уже мы тесним монахов. Магические ликвидаторы уверенно выбивали из фанатиков весь дух и тут же умело их вязали. Такие живучие «подотные» пойдут на благо дела, ибо возможности договориться с их сектой я, к сожалению, не вижу, так что это ничего личного, и всё на благо отечества.

Я отвожу взгляд от схватки с монахами и вновь возвращаюсь к более цельной картине боя. Мои глаза сканируют голограммы, охватывая все поле битвы, от горных перевалов до берегов моря. И вот мое внимание приковывает огромное здание