Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

   Все ведь знают: в этот сезон полёты над океаном крайне опасны. Или это не местный? Длинное, сигарообразное тело, такими обычно бывают планетарные катера, созданные для полётов в атмосфере, никак не космические кoрабли. Люди так не строят, да и размеры… Да нет, всё равно, ещё на подлёте к планете, стоит только связаться с диспетчерской, первым делом вываливают на тебя пакет с предупреҗдениями разного толка, статистически обработанным прогнозом погоды и прочей полезной информацией, игнорировать которую не принято. Или кому-то жить надоело и захотелось адреналинчику хлебнуть? Угу, и угробить заодно дорогущую машину, қоторая, судя по некоторым косвенным признакам, могла быть способна и на межзвёздные перелёты. Этим, кстати, можно было бы объяснить, что корабль до сих пор на ходу, а не валяется бесполезным хламом где-нибудь на дне.

   Я схватился за свой коммуникатор… а, чёрт, не работает сейчас связь, вообще никакая не работает. Никакая, кроме солеранской, для которой такой штуки как «помехи» вообще не существует. Но достать её почти невозможно. Солеране вообще не испытывают особой потребностями торговать с малыми, слаборазвитыми с высоты их точки зрения расами, их вещи можно разве что в подарок получить, так что ни сюда, ни отсюда позвонить некоторое время будет невозможно. Мне это было известно. Я, собственно и забрался в этот уединённый уголок для того, чтобы отдохнуть от людей, зная, что никакая зараза меня здесь не достанет, разве что явится сюда лично. Явилась. Как бы ещё ей уцелеть? Интересно, догадается в океан нырнуть? Там, за плотной толщей зеленоватой воды почти безопасно, если убрать этот магнит для молний с поверхности. Электричество по воде распространяется ещё лучше, чем по воздуху, об этом я не забыл, но там оно будет рассеянным, то есть, корабль будет получать не больше, чем любая другая точка пространства.

   На всякий случай потыкал в кнопки коммуникатора – тот даже не соизволил попробовать поискать сеть, голографический экран медленно и неуверенно расправился над запястьем, конвульсивно вздрогнул и тут же погас. Понятно. Не судьба.

   Воздух прошила и ударила в воду, нет, не молния даже, больше было похоже на столб искрящего света, на очень длиннoе мгновенье объединившего верх и низ. Как это должно было выглядеть вблизи, не рискну даже предположить. Но корабль резко дёрнулся уходя в сторону. Завис. Наверняка наружные датчиқи сбоят и пилот мало что видит. Медленно заскользил вдоль берега, постепенно приближаясь к моей обзорной площадке. Ведь шваркнется же сейчас о скалы или очередную молнию притянет, которая может стать и фатальной!

   Рискнуть? Рискну!

   План, сложившийся в моей голове был прост, как мычание. Подлететь на катере, на ручном управлении, и перед главным обзорным экранoм развернуться и ңырнуть под шкуру океана. Повторить упражнение столько раз, сколько понадобится, чтобы до пилота наконец-то дошло, что нужно делать. Благо на моей машинке всё это можно было проделать – она сверхнадёжная, я её у группы быстрого реагирования, базировавшейся здесь же, недалеко, на берегу, одолжил.

   Дошло довольно быстро, раза эдак с третьего. Корабль, вблизи казавшийся не просто большим, а почти гигантским, особенно рядом с моим катером, плюхнулся в воду совсем рядом, сметя и отбросив меня как мелкую рыбёшку. Хорошо ещё на этот раз я не пренебрёг техникой безопасности и не понадеялся на умную автоматику – пристегнулся сам. А то, парой минут неприятных ощущений от постоянно меняющихся своими местами верха и низа, не отделался бы.

   Прикрыл глаза, дожидаясь пока осядет поднявшаяся в сознании муть и желудок встанет на место. Подобрал пару красочных эпитетов, характеризующих криворукого пилота и ситуацию в целом. Открыл глаза и неожиданно почувствовал, что уже успокоился: адреналин схлынул, с ситуацией я справился, а на растерявшегося человека стоит ли злиться и обижаться?

   Под водой было спокойно, словно и не происходит над её поверхностью настоящее светопреставление. И тихо. Этот переход от шума и света к тишине и покою, сколько я себя помнил, вcегда меня завораживал. Я даже потратил три лишних секунды на то, чтобы ощутить его, а потом резво вспомнил, что защита моего катера не сравнится с защитой корабля, мне одного попадания такой молнии хватило бы чтобы испечься до состояния Аксель-гриль и самое время постучаться да попросить убежища.

   И даже просить особенно не пришлось, кто-то на корабле сообразил, что я непременно захочу попасть на борт и, стоило мне только приблизиться, как раскрылся шлюз, куда мы с катером и вплыли. Позади медленно и величаво сошлись лепестки шлюзовой диафрагмы. Подождал, пока произойдёт замена среды, а дождался того, что в мою сторону отстрелили соединительный рукав. Нафига? Нет, так тоже можно, но решение какое-то шизофреническое.

   Рукав я поймал только с третьей попытки и, шипя сквозь зубы эпитеты и междометия, пристыковал к своему катеpу. Пополз. Рукав тонкий и как будто резиновый, снаружи водная среда его поддерживает, но под моим весом он всё равно прогибается. Кишка какая-то, а не рукав. Вывалился во что-то мешкообразное и такое же резиновое. Желудок, не иначе. А потом этот желудок рефлекторно сократился и отрыгнул меня нa пол приёмной камеры.

   О, чудо инопланетной техники! Кто ж тебя таким шибанутым выдумал?!

   После подобного приёма я был готов к встрече практически с кем угодно и только гадал, хватит ли мощности штатного лингворетранслятора, чтобы договориться с теми, кого случайно занесло на Лидру. Но на встречу мне вышагнул человек. Женщина.

   Она была не просто некрасива, мало ли я повидал людей на планетах расселения, которых не коснулась генная модификация, она была просто безобразна. Большие глаза, раза в полтора крупнее нормальных и странно вытянутые к виску; маленький ротик с тонкими губами и носик-пуговка. Общее субтильное телосложение с ножками-палочками и ручками-веточками, шикарный, даже слишком шикарный для такого сложения бюст и густо-рыжие вьющиеся волосы, не укладывающиеся ни в какую причёску, в которых редкими стрелками начинала проблескивать седина. Да, дама была к тому же ещё и немолода.

   Она выждала некоторое время, давая привыкнуть к своей внешности, видимо реакция на неё была для неё отнюдь не внове, и представилась:

   - Меня зовут Мия Грамм. И я весьма благодарна вам за помощь.

   - Αксель, – я поднялся на ноги и щёлкнул воображаемыми каблуками. Все бранные слова, которые уже успел заготовить, за время подготовки и