"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

шаги, и в коридор выглянул Риан. Он хмурился и выглядел, как и обычно, недовольно. Завидев меня, его брови чуть приподнялись от удивления, потом он вновь нахмурился и недружелюбно спросил:

– Чего?

Какой он всё же «колючий».

– На осмотр приходите, – улыбнулась ему и подмигнула.

Он пожал плечами, а после кивнул:

– Сейчас придём.

Конечно, наша встреча только осмотром не ограничилась. Я угостила их тем, что принесла из дома. Долго расспрашивала о том, как они провели день. В итоге Реми, уже перед тем, как уходить, спросил, боясь поднять на меня взгляд:

– Они ж не смогут нас забрать, да?

Ему не нужно было пояснять, о ком именно он говорил. Винтерсы. Они рассматривали их, словно товар на рынке, выбирали и оценивали. Даже сейчас, вспоминая, у меня внутри рождалась неконтролируемая злость.

– Не смогут, – пообещала, заставив себя улыбнуться. А в мыслях добавила, что сделаю всё возможное и невозможное для того, чтобы эта ненормальная семейка меценатов не смогла даже приблизиться к ним.

Ночь прошла спокойно. Прибегала девочка из младшей группы, с удовольствием съела плитку шоколада и выслушала сказку. Правда, не до конца. Буквально на второй страничке она уснула, прижавшись к моему боку. Я ещё долго сидела, боясь потревожить её сон.

Дети… Как бы хорошо их не содержали в приюте, каждому из них нужна была любящая семья, нужны ласка и любовь.

Утром, стоило прийти доктору Грассу, я тут же сбежала. Быстро поймала карету, запрыгнула и попросила отвезти меня к лечебнице святой Малики. Возница попался расторопным, уже через двадцать минут я вышла у крутых ступеней, что вели к резным высоким дверям.

Молоденькая целительница, выслушав мои путаные пояснения о том, кого я ищу, оценивающе посмотрела на меня и строго спросила:

– А вы, собственно, кто ему приходитесь?

– Я… – начала и замолчала, будто у меня было несколько вариантов ответа на этот вопрос. Глупая. – Я его коллега, – взяла себя в руки, – меня отправили с работы, чтобы поинтересоваться его здоровьем.

Девушка ещё раз окинула меня взглядом, показательно вздохнула, а потом нехотя кивнула.

– Идите за мной, – развернулась и повела меня по извилистым коридорам.

Вскоре мы подошли к нужной палате. Целительница толкнула дверь, а после кивнула мне, давая возможность посмотреть на пациента.

Илиас лежал на кровати. Глаза прикрыты и плотно сжаты губы. Кожа на лице будто бы выцвела, лишив его даже намёка на естественный румянец.

– Что с ним? – спросила почему-то шёпотом. Голос перестал слушаться.

Девушка скривилась:

– Еле усыпили, всё порывался уйти. Говорит, что его ждут на работе. А ему разве можно сейчас уходить?

Нельзя, конечно, но зная этого упрямца, я живо представила, как он пытается прорваться к выходу через заслон из медсестёр и целителей. И ведь преуспел бы в этом деле, не усыпи они его.

– Видите? С ним всё хорошо, можете уходить… – начала целительница, желая спровадить меня, но в этот момент Илиас открыл мутные глаза, кое-как сфокусировал на мне взгляд и приказал:

– Пусть останется.

Не попросил, а именно приказал. И я осталась.

Глава 15

Илиас Хантер

Лестер ушёл, отговорившись делами, а я остался на попечении целителей. Началось то, от чего я так долго бегал – бесконечные осмотры, разговоры полушёпотом, чтобы не расстраивать несчастного пациента, то есть меня, бесплодные попытки унять всё возрастающую боль.

Обезболивающие зелья мне выдавали в минимальных дозах, а этого было недостаточно. Не помню, как пережил ночь. Я то проваливался в вязкий сон, то просыпался, пытаясь заглушить громкий стон. Нога болела, хотя… Болью назвать ЭТО было бы слишком глупо.

Меня ломало, выкручивало суставы… Голова почти не соображала. Мысли путались, и казалось, что я никогда не смогу собрать их в нужном мне порядке. К утру стало совсем невыносимо, и я принял решение – найти ту, кто смогла, пусть и ненадолго, но облегчить мои страдания.

И тут возникла проблема. Отпускать меня никто не желал. Видите ли, они не могут выпустить из лечебницы того, кто нуждается в целительской помощи! А то, что помощь они оказать не могут, никого не смущало. Никого, кроме меня.

Решил уйти без их на то согласия, но бойкая медсестра, заговаривая зубы ласковыми речами, приложила меня магией. У всех целителей один способ успокоить буйного пациента – усыпить? Да и не буйствовал я…

Отключился ненадолго. Пришёл в себя только тогда, когда услышал знакомый голос. Очень знакомый и такой необходимый.

Мне стало страшно, что Софи сейчас уйдёт, и я снова останусь один на один с невыносимой болью. Собрав все силы, хрипло вытолкнул:

– Пусть останется!

С трудом поднялся на кушетке, опираясь рукой на скрипучую тумбу.

Медсестра явно не желала выполнять мой приказ, но я посмотрел на неё тяжёлым взглядом, и девушка сдалась, бросив на ходу:

– У вас десять минут.

Этого вполне хватит, чтобы сбежать отсюда.

Софи нерешительно топталась у порога. Смотрела на меня так, что у меня внутри всё сжалось не то от удовольствия, не то от раздражения. С одной стороны мне было приятно, что она пришла, значит беспокоится, а с другой… Это что в её глазах? Жалость?

– Закрой дверь, – выдавил грубовато, и попытался встать.

Волна боли пришлась совершенно некстати, но я выдержал её, не проронив ни звука.

Софи закрыла дверь, бросила сумку на стул и подошла ко мне:

– Чем я могу помочь? – в её голосе было грёбаное сочувствие, которое, вопреки всему, нравилось мне. Я уже сошёл с ума, или только на пути в эту чудесную страну? С какой стати мне не хочется на неё злиться, хотя всех целителей, что цокали тут языками и разводили руками, едва не прихлопнул?

– Помоги подняться, – прохрипел, поднимая на неё взгляд.

Красивая… Только уставшая. Тёмные круги под глазами и неестественная бледность, словно она не спала всю ночь.

– Не нужно вам подниматься, – растерянно пролепетала, тем не менее, придерживая меня, когда я оттолкнулся от кушетки, пытаясь устоять на ногах. – Давайте я схожу за целителем, кто вас наблюдает?

Запах её кожи опьянил и на мгновение заглушил выматывающую боль.

– Они тут все болваны, – выдохнул, без зазрения совести обнимая её за плечи и получая дозу чего-то запредельного от этого прикосновения. – Лучше уж ты полечишь меня.

Мне было не до церемоний. Не хотелось всех этих официальных обращений, хотелось