Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

Понятно, что чем более развита база противника, тем меньше будет тех, кто захочет вступить с ним в официальный конфликт. Ведь если в локальном противостоянии, например, за обладание тем же полем астероидов, зона боевых действий ограничена только территорией поля и небольшим объемом космоса вокруг него, то при официальном противостоянии эти рамки отсутствуют. Следовательно, во время боев может пострадать любая критически важная инфраструктура любого из противников, а не только то, что находится в зоне боев. Именно по этой причине соперники стараются решить свои противоречия до того как арбитр официально признает право собственности кого-то из конкурентов на спорные территории.

Вот только не вызывает сомнения и тот факт, что если один из противников будет значительно сильнее другого, то необходимость объявления официального конфликта не будет являться сдерживающим фактором в противостоянии. Но тут руководитель, отстающий базы, сам себе злобный антропоморфный дендромутант. Ведь именно он довел ее до такого состояния, что более сильный сосед посчитал, что силовой путь решения конфликта будет ему гораздо выгоднее, чем выкуп базы соседа через биржу или покупка права работы на его территории.

Но вернемся к противостоянию за обладание ресурсами астероидных полей. Да первый год их разработки прошел, можно сказать, благостно. Не спорю, что конкуренты, конечно, хотели бы помешать вести добычу моим шахтерам, а в идеале заниматься этим самостоятельно. Вот только «большой караван» к тому времени ушел из системы, а значит, возможность мне помешать у них могла появиться только через год.

Конечно, существовал еще и транспорт, обеспечивающий секретную лабораторию, расположенную на планете. Вот только рассчитывать на то, что он сможет привезти в своих трюмах недостающие отсеки для станции, тогда еще союза десяти, не приходилось. Ведь этот транспорт в первую очередь обслуживал интересы лаборатории. Вторым его приоритетом было удовлетворение запросов флотской группировки, охраняющей систему. Потребности во внешних поставках со стороны местного населения и руководителей баз удовлетворялись в последнюю очередь и по остаточному принципу.

Также, по остаточному принципу, на этом транспорте вывозились ресурсы, добытые на планете. Вот и выходило, что новый отсек для станции с этим транспортом получить не у кого бы ни вышло. Выходом из этого положения мог бы стать фрахт в империи дополнительного грузового судна, на один рейс, и включение его в состав конвоя. Вот только это было невозможно, ведь стороннее судно нарушало режим секретности как вокруг маршрута каравана снабжения, так и вокруг координат пока еще закрытого мира.

В итоге, выходило, что максимальным грузом, что мог доставить на планету задействованный в конвое транспорт, да и то не всегда, из-за нехватки места в трюмах, была очередная внутрисистемная малая шахтерская баржа, чем старались пользоваться мои союзники, пополняя свой личный космический флот. Остальные, в том числе и я, возили из империи различную крайне полезную мелочь. Эта ситуация продлилась весь второй год колонизации.

Но время неумолимо. Второй год моего пребывания на планете подошел к концу и очередной «большой караван» прибыл в систему. Сразу с его прибытием стало ясно, что доминирование в космосе моего союза хотят оспорить. На этот момент на орбите планеты было три космических лифта: мой, союза десяти, объявившего о своем расширении до союза двенадцати, и еще одного лидера базы, прозванного мной «Одиночкой» из-за нежелания налаживать торговые связи с соседями на паритетных условиях.

Одиночка в наши дела с союзом, как и далеко, в космос, старался не лезть. На данный момент, судя по новостям, он пытался активно развивать железнодорожную сеть, для доставки грузов с баз соседей к его космическому лифту. Вот только с этим у него возникали существенные проблемы. Если я, в свое время, отдал проект железнодорожный проект фактически на откуп соседям, сильно ограничив в нем свое участие и как следствие свою прибыль, то он пытался поступить иначе.

Созданная Одиночкой железнодорожная компания была полностью в его собственности и постепенно тянула пути от одного соседа к другому. И вроде бы все должно быть в порядке, но ведь его соседи тоже небыли дураками и желали не просто любоваться на проложенную по их территории железную дорогу, но и зарабатывать на ней. Естественно, что способы заработка быстро нашлись.

Кто-то требовал от Одиночки земельный налог по достаточно высокой ставке, ведь он пользовался их землей. Вот только слишком сильно задрать его у них не выходило, ведь в противном случае уже он грозился уйти из региона, оставив несговорчивого соседа без доступа к космическому лифту. Его ближайшие соседи решили проблему заработка еще эффективнее. Они просто взяли и ввели в отношении поездов, проходящих через их территорию, транзитные пошлины. Пригрозить этим соседям своим уходом Одиночка не мог. В этом случае он просто терял доступ не только к этой, но и к соседним базам. Ведь построить пути в обход зарвавшегося транзитера было невозможно.

В итоге, можно смело сказать, что между Одиночкой и его соседями разразилась тарифная война, которая в скором времени вполне могла перерасти в официальный конфликт. Кто в нем победит неизвестно. Однако, в настоящий момент, и у меня и электронщика была целая очередь заказчиков из того региона желающих купить мои танки или его боевых роботов. Благо, что по традиции мы оба старались сильно не задирать цены на свою продукцию.

Мне же пока было важно, что конкурент не развивает свой космический сегмент, сосредоточившись на делах на поверхности планеты. Мало того, эти дела приносят мне существенную прибыль. А бои там идут достаточно серьезные. Вся прибыль полученная одиночкой от торговли со вторым «большим караваном» была направлена им на развитие наземного и атмосферного сегментов вооруженных сил. После этого на его территории начался период активного передела нейтральной полосы между базами.

Пока один сосед усиленно строил на нейтральной полосе очередное поселение, второй готовил операцию по его захвату или уничтожению. Чтобы предотвратить это первый сосед подтягивал в район свои войска. В общем, на нейтральной территории периодически вспыхивали бои. Какие-то из них длились считанные часы, а то и минуты, если говорить о хорошо спланированных налетах диверсионных групп. Другие боестолкновения растягивались на несколько суток.

Тем не менее, неподалеку от зоны конфликтов по-прежнему шли поезда с транзитными грузами. Ведь официальный конфликт, не смотря на накал сражений, не объявлялся. Да и обе стороны не хотели лишаться своих доходов от транзита грузов по железной дороге. Поэтому сами пути и территория в полтора километра в обе стороны от них считалась демилитаризованной зоной, вход в