Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

особо крут, они перебирались по большим валунам на другую сторону ручья, где не было скальных выступов. Хорошо, что комаров здесь относительно мало, пока их надежно сдувал сильный ветер. Потом начался довольно крутой склон и стало совсем кисло.

На последнем привале молчавший весь путь наверх Игорь (как всегда неожиданно для всех) в лоб спросил Софи о цели этого изнурительного карабканья. Иностранцы коротко пошушукались в стороне, и решили немного приоткрыть занавеску. Все равно ведь придется хоть что-то выкладывать… В роли пресс-атташе экспедиции неожиданно выступила Юха, старательно формирующий скупые фразы:

- Мы ищем ровную площадку, по расчетам, она должна быть на горе чуть повыше нас. Там имеется небольшая пещера, точнее грот. Именно так написано в источнике информации, которым мы располагаем. Нам предстоит осмотреть эту пещеру, описать и сфотографировать все найденное. Возможны и другие работы, но это не займет много времени. Я сожалею, но остальное вам знать не обязательно.

Он говорил медленно, серьезно и настолько старательно-официально, что это выглядело немного смешно. Сержант, собственно, и гыгыкнул, не выдержав официоза в чистом поле.

- Все понятно… Вопросов от прессы к учредителям концессии не будет, - сказал он великодушно, хлопнул себя по коленкам, поднялся с места и легко взял на плечо штурмовой рюкзак. - Пошли уж, господа, дальше, к новым открытиям.

Иностранный сектор экспедиции поднимался не так бодро и изящно, сказывалось отсутствие регулярной горной практики и неизбежная акклиматизация. Неподалеку от места короткой передышки им повезло, они обнаружили старую тропу, и не оленью. По тропке идти было несравненно удобней и проще. Она шла вдоль склона пологим траверсом, медленно поднимаясь вверх с учетом возможной переноски идущими груза.

С этой высоты каньон предстал во всей красе.

Протянувшееся с севера на юг огромное основное ущелье не давало возможности разгуляться преобладающим здесь опустошительным восточным и западным ветрам. Зеленая полоса горной растительности тянулась в распадках до приличной высоты. Сейчас они находились в так называемом "пищуховом поясе", шустрые зверьки постоянно выныривали из под камней, с недоумением и негодованием разглядывая силуэты нежданных пришельцев. Пищух было много. При такой кормовой базе тут вполне может и даже должна водиться рысь. Выше этого уже почти ничего не растет, кроме лишайников и крошечных подушечек зелени в трещинах скалы. Лишь пронзительносвежий, но совершенно мертвый воздух плато Путорана.

В норильских тундровых стихах по страницам разлита любовь к Таймыру. Все краски у поэтов учтены и отмечены, все нюансы. Они романтики, и это нормально.

В публицистической литературе, в отчетах экспедиций тоже много чего написано о таймырской тундре и лесотундре - и почти всюду ее описывают как бедное красками суровое пространство, скучное и безжизненное… Зимой, пожалуй, так оно и есть, но летняя тундра фантастически прекрасна! Длинный полярный день неспешно сменяется восхитительными закатами и рассветами продолжительностью в несколько часов, мечта фотографа! Белыми ночами можно сутками бродить по озерцам и лайдам и всё никак не наглядеться на игру красок, на волшебные пейзажи, на чудесные оттенки. И пусть внутренние районы Таймыра несколько менее богаты жизнью, чем побережья, но тут попадаются совершенно неземные ландшафты - такие, как в этих путоранских предгорьях.

Через достаточно узкий каньон противоположный склон был отлично виден во всех деталях, картинка совершенно романтическая. В распадке напротив - маленький ручей, весь в почти пересохших водопадах; он спускался в ущелье, постепенно превращаясь в небольшую речку. Сам каньон генерировал в наблюдателе сюрреалистическое желание немедля увидеть за следующим поворотом тропы классический киношный подвесной мост, по рассыпающимся досточкам которого вам, приготовив запасные трусы, предстоит пройти вместе с полоумным ишаком и женщиной на шпильках.

Кто сказал, что пещер в Путоранах нет? Пещера (все-таки грот) имелась, хвала "источнику информации", там, где ей и полагалось быть по расчетам заказчиков. Площадка в двадцать квадратных метров оказалась ровной, как стол. Ни кострища, ни следов стоянки, все чистенько. Грот был глубокий, емкий. Вот тут следы людского пребывания наличествовали: потолок прилично закопчён, два кострища по бокам круглого камня-столешницы. Правда, ни следов пепла, ни остатков несгоревших дров в очагах не было, огонь в последний раз разводили очень давно. Зазвенели молнии, зашипели липучки кейсов и чехлов. По стенам грота побежали всполохи от вспышек фото-видеотехники. Все торопливо снимали самый главный объект - почти метровую фигуру идола, вырезанного из лиственницы и установленную на земле с краю камня-стола, которому определили место в самом центре пещеры.

- А фигурка-то новодельная, господа исследователи! Халтурку нам подсовывают. Этого божка совсем недавно ваяли, точно говорю, Игорь, посмотри, - злорадствующий Сержант скептически оглядывал грубо вырезанные глазницы.

Лапин послушно подвинулся поближе и безжалостно вынес вердикт:

- Мешанина, фьюжн. Совершенно дурацкая помесь лесного эвенкийского идола и мифическими злодеями из компьютерной игры.

Софи и немец были обескуражены больше всех. Канадка еще раз внимательно осмотрела изваяние и согласилась.

- Мне кажется, неизвестные скульпторы старались даже отобразить что-то из культуры ирокезов. Эта коса, бритый затылок…

Юрген Крауф, коротко переглянувшись с канадкой, достал из кармана кейса черно-белую фотокарточку не самого лучшего качества и молча протянул ее Майеру. Ну, сам-то грот узнавался сразу. А вот деревянная статуя была не та… Совсем не та! С фотографии на Сержанта глядела настоящая старина - кондовая, добротная, аккуратно состаренная бережным и неторопливым временем. И куда же, а главное, кто упер оригинал?

- Но эта "статуя", как мне кажется, не играет никакой информационной роли, это ведь просто символ, - тихо сказал Игорь Лапин, смотревший на фото из-за спины Сергея. - Тут важна лишь вот эта стрелка, не так ли, София?

Он указал рукой на выдолбленную в "столешнице", судя по всему, давным-давно, узкую стрелу, указывающую на выход из мещеры.

Софи сконфуженно молчала, но по всему было ясно, что так оно и есть. Лишь секунд через двадцать Рита и финн тихо перекинулись парой-тройкой фраз на каком-то скандинавском, обеспечивая секретность обмена мнениями.

- Напряженная драматургия паузы утвердила меня в мысли, что Игорь попал в самую тютельку, - бухнул Майер, подходя к ним.

- Ладно, господа, вы тут занимайтесь научной деятельностью, а я уж снаружи посижу, - неопределенно хмыкнул Лапин, легко встал и спокойно направился к выходу с биноклем в руках. - Посмотрю, как там внизу нашим "шерпам" стоится.

Тем временем сосредоточенный Юрген, словно забывший о существовании всех напарников и до сих пор не ввязывающийся ни в какие оценочные и описательные разговоры, тщательно установил прямо на выдолбленную стрелку вытащенную видеокамеру, строго совместив оси. После чего он развернул ЖК-монитор на себя, прикинул обзор и запустил с пульта управления режим съемки. Сержант,