Летний снег - DtPrince

Теперь я вздохнул полной грудью. Чакра Биджу свободно полилась по тенкецу, гармонично сливаясь с моей.

— Ахх… Я скучал, партнёр, — пробасил мой Биджу из глубин своего симулированного озера. — Но, я смотрю, ты разбудил меня раньше планируемого. Что-то пошло не так?.. Стой. Чоумей? Кокуо? Хаку, во что ты успел вляпаться?!

Когда я вновь открыл глаза, Хан и Фуу смотрели на меня поражёнными глазами.

— Ты… Ты тоже говоришь с кем-то внутри, — прошептала девочка. — Не так, как он… Чоумей… Чоумей спрашивает, как дела у его невезучего брата?

— Передай ветреному болвану, что я чувствую себя прекрасно в своём личном озере, где меня никто не беспокоит, — фыркнул Исобу. — И что за столько-то лет можно было и выправить привычку сводить всё к «удаче».

С улыбкой я повторил услышанное вслух. Фуу ахнула, прижав ладошку ко рту.

— Чоумей сказал, что ты говоришь правду! И что он завидует… И что удача — это самое важное и у него нет вредных привычек!

Пшшш.

Наш разговор прервало шипение пара, струёй выстрелившее из брони Хана.

— Какая неудача… Но похоже, что Камень и Лист думали одинаково, послав нас двоих, — глухо засмеялся он. — Я слышал о тебе раньше, Юки Хаку… Но когда ты успел стать одним из нас? Нет, глупый вопрос. Это ведь ты убил Четвёртого Мизукаге, верно? И забрал Трёххвостого себе. Ха-ха-ха!

Я раздражённо цокнул языком. Конечно, логическая цепочка была слишком очевидной. Но я слишком привык к своей относительной анонимности, и теперь мог лишь скрипеть зубами, как она таяла у меня на глазах.

— Отступи, Хан из Камня, — предложил я ровно. — Твоя миссия окончилась провалом. Прими свою неудачу и покинь это место с миром. Нам не к чему начинать новый виток конфликта между нашими деревнями.

— «Нашими», ха! Уже даже говоришь, как настоящий дуболожец. Лист завербовал тебя, а теперь пытается отжать Семихвостого. Не лги мне в лицо, мальчишка, — зло прищурился Хан. Чакра, исходящая из него, обретала почти физическую тяжесть и… Начала нагреваться? Мелкие щепки поднимались в воздух вокруг его ног. Ветка опасно затрещала. — Коноха готовится к новой войне. Как и всегда. Вам было мало Жёлтого Мясника?! Разыгрался аппетит и теперь захотелось попить ещё больше нашей кровушки?!

Фуу попятилась от набиравшего обороты Хана, пока не упёрлась в ствол дерева.

— Отступи, Хан, — повторил я медленно, смотря ему в глаза. — Девочка уже не пойдёт с тобой по своей воле. А меня тебе не одолеть.

— Вот как, значит? — едко спросил мужчина. — Может быть. Но я пережил врагов куда страшнее невесть что о себе возомнившего сосунка. Знаешь, что? Мне пришла в голову интересная мысль. Если девочка не пойдёт со мной… То почему бы не сделать так, чтобы она не смогла пойти с кем-либо ещё?

Я напрягся, в мгновение распечатав Кубикирибочо, и лишь в последний момент остановил размашистый удар ногой Хана, направленный в голову Фуу.

Звон стали чуть было не оглушил мой чувствительный слух. Руки подрагивали, но чакра Исобу свободно текла по моим тенкецу, и заёмная сила с лёгкостью выстояла натиск.

Однако древесина ветви, с которой я намертво сцепился чакрой, с грохотом надломилась у нас под ногами, и мы с Ханом начали падать вниз.

— Кокуо, как всегда, лягается со всей дури, — фыркнул Исобу. — …Но я слышу её боль. Её печать куда более варварская, чем мои прошлые. Я знаю, что прошу о многом, но не мог бы ты?..

Сейчас не совсем подходящее время! Кинул я ему паническую мысль, стараясь извернуться в воздухе, чтобы перехватить падающую вслед за нами Фуу.

Огромная перчатка сомкнулась у меня на щиколотке.

Шипение пара.

Боль. Дикая, непривычная боль вырвала вскрик у меня из горла, заставив сбросить людскую форму и инстинктивно разлиться водой.

Агония мешала концентрироваться, пронизывая всё моё естество. Хоть Хану удалось схватить лишь мою ногу, его техника вскипятила как Воду, из которой я состоял, так и мою чакру. Я даже не сумел войти в свою ледяную форму, потому что та растаяла слишком быстро!

Как неприятно. Кажется, я нашёл один камень своим ножницам.

Я сформировал своё тело вновь за мгновение до того, как мы упали на землю.

Тут же ко мне метнулась рука Хана.

Я уклонился, но вдруг понял, что он не останавливался. Чёрт, он всё ещё нацелен на Фуу!

Мой раздражённый рык разбавился басовитыми нотками Исобу.

Когда перчатке мужчины оставалось всего сантиметров десять до шеи девочки, его рука замерла намертво. Три ледяных хвоста из моей спины обмотались вокруг туловища и руки Хана, не давая и дёрнуться.

— Бесполезно, — фыркнул он. Его броня вновь выплюнула пар, а из спины начинал прорастать прозрачный хвост из чакры.

Становилось невыносимо жарко. Как снаружи, так и изнутри.

— Беги, Фуу! — крикнул я. Девочка, словно очнувшись, глянула на меня потерянными глазами, но треск моего льда заставил её вздрогнуть и метнуться прочь.

— Она слишком неопытна, Юки, — мрачно усмехнулся Хан, посмотрев на меня свысока. Напряжение и жар продолжали повышаться. Краем глаза я заметил, как кора дерева неподалёку начинает стекать на землю коричневой жижей. Громкое шипение оглушало. — Как бы сильно девочка не старалась, ей не уйти от Джинчуурики в полном Покрове. А ты… Не сможешь меня остановить. Как забавно. Неужели Ягура был настолько слаб? Или моё Кипение просто настолько безоговорочно нейтрализует твой лёд?

— Знаешь, Хаку, этот парень начинает меня бесить, — буркнул Исобу. — Почему ты сдерживаешься?

Я могу зацепить свою команду, простых людей, и Фуу, огрызнулся я, безуспешно пытаясь создать Зеркала. Вода испарялась быстрее, чем я мог её собрать, а чакра Хьётона отказывалась правильно сформировываться в окружившем нас обжигающем паре. Я даже не мог толком послать её за радиус действия техники. Мне казалось, что моё тело начинало таять.

— Такими темпами они и так окажутся в опасности, — ответил Биджу. — Я не вижу никаких причин… Постой. Не говори мне, что ты всё ещё пытаешься скрыть свою силу от мира?

Я промолчал. Хвосты из льда почти полностью растаяли, и мне пришлось впопыхах покрыть Хана коралловыми рифами, спеленав мужчину, но почти сразу же они начали оглушительно шипеть, трескаться, таять, превращаясь в крошку и пепел. Рифы рассыпались в труху под собственным весом. От них повеяло гнилостно-хлорным запахом, от которого хотелось закашляться.

Судя по насмешливым глазам шиноби, он забавлялся ситуацией.

— Партнёр, — медленно начал Исобу, — После всего, что мы видели на другой стороне… Не говори мне, что ты всё ещё боишься чужого внимания. Разве