"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

Принцесса обернулась:

– Прости… Я не заметила, что солнце уже садится… Эгиль, убирай доску…

– Нет. Продолжайте.

Джарджат прошёл и встал позади принцессы. Бой продолжился. Чёрная невеста напала на белого ветра, Эгиль поспешно убрала его, но тогда чёрный корабль съел лошаваса, и белый хозяин ветров оказался беззащитен…

Тигр с любопытством смотрел, как Руэри изящно и незаметно подобралась к белой невесте, затем…

– Удар ветров! – весело воскликнула принцесса.

Эгиль, смущённая из-за присутствия шаха, поднялась и стала поспешно убирать резные фигурки.

– Оставь, – велел Джарджат. – Я хочу сыграть с тобой, Руэри.

– Изволь, – улыбнулась принцесса. – Белыми или чёрными?

– Белые – твои, женщина.

– И мой – первый ход? Ты решил уступить мне преимущество? И напрасно, мужчина.

Серо-голубые глаза насмешливо посмотрели на победителя.

Глава 7. Мышки в пляс

– Надо выйти навстречу и расстелить сети, – лохматая каштановая собака обернулась, серьёзно посмотрела Тигру в лицо и чуть вильнула хвостом. А потом добавила рассудительно: – Медвецы сильны, но они – всадники. Их сила в конях. Если сделать так, что лошади не смогут пройти, то для пешего сабли и копья всадников окажутся слишком длинными… А ещё Ярдард не использует порох…

Джарджат открыл глаза и сел, моргая.

Сон. Но такой похожий на реальность! Женщина играет в удар ветров! Вчера они сразились четырежды, и трижды схватка закончилась ничьей, а победа в четвёртой показалась Тигру сомнительной. Уж не поддалась ли ему Руэри?

Мир рушился. Дробился на осколки, и каменные стены уносил летний ветерок. Почему бы собакам и не порассуждать о тактике?

Джарджат вскочил и вышел из башни. В одном каштанка была права: выступать нужно сейчас. И подготовить поле боя заранее. Войска Ярдарда миновали Мандариновый город, не останавливаясь и не соединяясь с лучниками Дьярви. Это надо было использовать.

На западе Акулий город – порт на южном побережье Металлического моря – пал под ударом Лаариана, герцога Морского щита и Западного ветра. Это было неприятно, но не критично: даже если Риан пограбит окрестные города и сёла, на карте войны ничего не изменится. Жёлтая река уходит в Белые горы, на юг, а не на север. Ну а корабли посуху не ходят, так что удара в спину ждать не приходилось.

Пусть.

Потеря крупнейшего порта Султаната грозила разрывом торговли и поставок разных товаров с юга и запада, но ведь у тигров есть Золотой щит… Впрочем, нет. В порты Золотого щита нельзя попасть, минуя Солёных архипелаг и его Радужные ворота. Значит, портов у тигров нет. И моря – нет. И всё равно: пусть. Пока что будет так. С этим успеется. Сейчас зима, и морская торговля поневоле и так почти замерла. А к весне Джарджат отобьёт и Акулий город, и всё побережье Металлического моря.

Сейчас – Яр. Медведь важнее. Если его уничтожить, то откроется путь в Королевские земли, а, как известно, они не столь укреплены, как щиты Элэйсдэйра. Глуп тот, кто, отмахиваясь от комаров, оборачивается спиной к медведю.

Джарджат кормил апельсинами жеребца, когда к нему подошёл Хараан.

– Велеть войскам выступать из города?

– Нет. Те, кто в городе, пусть остаются в городе. Я заберу с собой тех, чьи шатры раскинулись в окрестностях.

– Об этом всё равно узнают…

– Да. Но не этой ночью.

Хараан шмыгнул горбатым носом. Переступил с одной ноги на другую.

– Кого оставишь в городе своей рукой?

– Тебя.

– Я отправлюсь с тобой! Твой отец поручил мне...

– Мой отец остался на Юге. Здесь решаю я. Ты останешься в Южных воротах.

Хараан сплюнул под ноги. Злобно взглянул на Тигра:

– Это не разумно, о, Джарджат. Уверен, мои знания понадобятся тебе…

– … в городе. На кого ещё я смогу положиться так же, как на тебя? Эта крепость важна для меня, Хараан. Мне нужно, чтобы жители не восстали против меня, не скинули моих людей и не ударили мне в спину.

– Пф-ф, – мужчина скривил узкие губы. – Эти жирные боровы? Торгаши и любители брюквы?

Джарджат покосился на него:

– С ними остаётся их герцогиня. У Руэри хватит ума, чтобы взбунтовать своих подданных.

Хараан снова презрительно скривился.

– Я играл с ней в удар ветров, – пояснил Тигр.

Запрыгнул на Ятанана и посмотрел сверху вниз на недовольного визиря:

– Я сказал, а ты – услышал. Я велел, а ты – исполнил.

– Если она так опасна, почему ты не бросишь её в темницу? Почему не заключишь под стражу? – зашипел Хараан.

– Сделать из принцессы героиню? – тихо рассмеялся шах. – Чтобы её боль, её оскорбление вратовцы почувствовали как свои?

– Но ты порол её публично!

– Это было ошибкой.

– Она заслужила и…

– Неважно. Хараан, я уезжаю, ты – остаёшься. Город – твой, мои люди – твои. Но не их жизни. Запомни, ты не можешь никого лишить его жизни или части тела. Если кто-либо из вратовцев умрёт из-за тебя или будет покалечен, ты мне заплатишь тем же.

Хараан дёрнулся, снова сплюнул. Жеребец под Тигром нетерпеливо затанцевал.

– Ты сказал, а я услышал, – угрюмо процедил наставник.

Словно вспомнив о чём-то, Джарджат натянул узду, удерживая скакуна.

– Моя невеста – не твоя. Ты должен уважать её, как если бы она была моей сестрой. Её обида – моя обида.

– А если она снова сбежит?

– Сделай так, чтобы не сбежала.

– Ты сказал, что казнишь за её побег…

– Я – да. Ты – нет. Если что-то будет не так, я приеду и сам разберусь.

И Тигр, пригнувшись к чёрной шее любимца, проскакал в двери конюшни. Хараан угрюмо посмотрел ему вслед. Всё это совершенно ему не нравилось. Визирь чувствовал себя оскорблённым и разочарованным. Он сам воспитал, сам учил этого мальчика как быть мужчиной, и тут вот… такое! Сестра! Да эту девку запороть надо до полусмерти, чтобы воспитать тому, чему персичанок учат с детства.

Видать, слишком сильна в Младшем Тигре кровь распутной матери… или отца. Кто знает, кем был отец Джаржата, приёмного сына Тигра Песков? Уж точно никем достойным. Надо написать обо всём происходящем Великому эмиру. Кто, если не Джарджат Старший, способен вернуть младшему рассудок на место? Пока не поздно…

***

Когда Руэри утром сидела в будуаре перед зеркалом, рассматривая лицо и с неудовольствием замечая лёгкий румянец, которым