Патруль 3 - Макс Гудвин

Я шёл к нему, не забывая оглядываться по сторонам, а он лежал в своей крови, её же он и кашлял, а несгибаемый, гордый взгляд смотрел на меня снизу вверх, как будто это он, а не я, был на последнем издыхании.

— С тебя за меня спросят, падла. Вора может убить только вор и только ножом! — прокашлял он что-то на блатном наречии.

— Я ещё в Союзе, когда в гостях у тёти Гали был, увидел на тумбочке одну копейку и, прикинь, украл. До сих пор стыдно, — проговорил я, улыбаясь, подходя к нему.

— Ты не вор, ты с-сука козлячья! — усмехнулся Зимний снизу.

— А был бы ты дворянин, я должен был бы тебя на дуэль вызвать? Где пидорок ваш, который дронами управляет?

— А ты пойди, найди! Он вашего брата вон сколько поубивал!

— А я вашего, а точнее, даже твоего брата, и скорлупы вашей сегодня немерено поперегасил.

— За Севу Сизого ты ещё ответишь! А эти быки мне не братья! — прорычал вор.

И я выстрелил ему в грудь, потом снова, и снова, и снова.

— Это тебе за быков, которых ты на убой своими идеями тащил, а дроновода я и сам поймаю.

Он погиб, а я взял АК у его подручного и отцепил магазин у второго и направился к бункеру.

Однако мне навстречу уже шёл Тройка. У него в руке всё так же был пистолет.

— Достал его? — спросил я выходя из линии леса.

— Не-а, я только в хвост ему выстрелил пару раз. Этот долбач на дроне в сторону тайги улетел.

— Жаль, надо эвакуироваться, — предложил я.

— Надо, там за бункером пикап стоит, тойотовский. Единственная машина, у которой ты не прострелил колёса.

— Третий, у тебя вода ещё есть? — спросил я меняя тему.

— В бункере есть, но не рекомендую её пить.

— Почему?

— Потому что Тим знал, что кто бы ни победил в его партии, он будет под порошком и будет хотеть пить. И если порошок — это просто дрянь шарашащая, то в бутылках, скорее всего, яд. Может, даже нейротоксичный. Какой-нибудь Новичок. Поехали отсюда скорей.

— Поехали, только я мобильник у блатных заберу. А от новичка ты бы уже умер даже не касаясь бутылки. — произнёс я.

Вернувшись к Зимнему, я обыскал его, найдя свёрток какой-то дряни, пахнущий опиумом, и, конечно же, телефон и чётки. Взял мобилку, я сел в пикап на пассажирское.

— Четвёртый, — обратился ко мне Тройка, — дуй в кузов, будешь дронов стрелять, если полетят. Кроме того, тут в лесах торпеды ихние ходят. Этих тоже надо отстреливать.

— Ихние, говоришь, — улыбнулся я. Ира бы набросилась с когтями за одно это слово. А мне чё, я ж не писатель.

— Говорю, — кивнул он. — Хочешь воду? Вот, в бардачке неоткрытая «Карачинская». И дай сотовый, дяде Мише позвонить, попросить эвакуацию.

И я кивнув тоже, словно нищий африканец, поменял бутылку воды на сотовый и, забравшись в кузов и оперевшись на крышу кабины карабином, снял шлем припадая губами к бутылке.

Через какое-то время на дороге показалась техника и вооружённые люди в броне, стоящие у сгоревших машин наших сотратников.

…Я постучал по кабине Третьему. И он притормозил. Впереди были БМП и автобусы, замершие у догорающего транспорта, выглядели они напряжённо, но не открывали огня. Вскоре из БМП вылез человек в броне и чёрном камуфляже, с автоматом на груди. Он осмотрелся, сделал несколько шагов в нашу сторону и поднял руку с открытой ладонью — явный знак «на поговорить».

— Похоже, что свои, — пробурчал Тройка. — Генерал обещал встретить. Это, походу, местные. По легенде, для них мы — группа ФСБ из Кемерово.

Третий, моргнул человеку фарами и начал медленное движение на встречу. Человек из-под БМП приблизиля. Его глаза из-под чёрной балаклавы с поднятым забралом бронированного шлема смотрели на нас без особой радости, но с холодным профессиональным интересом.

— Пацаны, почему помощи не попросили? Потерь бы не было, — начал он.

— Брат, не я операцию планировал. Да и с вами тут тоже самое было бы, — выдал Тройка, он, к слову, уже стянул с себя маску с цифрой.

— Мы тут людей с оружием и без, задерживаем. Говорят, не при делах, бегали просто по лесу, грибы собирали. Ваши клиенты? — спросил он.

— Наши, — кивнул я сверху, и взгляд офицера поднялся на меня, видя мой покоцанный шлем и забинтованную руку и ногу.

— Задело малёхо? — спросил он. — У нас там медик толковый. Может посмотреть.

— Осколками посекло, — ответил я. — Надо вынимать и зашивать.

— Бывает, — с пониманием протянул он.

За БМП показалась чёрная тонированная «Газель». Из неё спешно вышел «дядя Миша» в камуфляже и броне, но уже при генеральских погонах, две крупные звезды вдоль, этакий супер прапорщик. (Я поймал себя на мысли что дурная эйфория от дряни возвращается).

— О, ваше начальство, — выдал «тяжёлый», сказав Третьему. — Постойте пока тут.

А сам пошёл к генералу и что-то начал ему говорить, показывая пальцем в сторону леса. «Дядя Миша» слушал, кивал, а потом медленно, как бы устало, поднял руку, прерывая поток доклада.

Его голос донёсся до нас сквозь приоткрытое окно, низкий и не терпящий возражений:

— Эти парни своё отработали. Сейчас мы приедем, заберём своих. На вас — зачистка. Тут могут быть ещё вооружённые бандиты. А сейчас у меня люди ранены. Так что прошу освободить проезд.

Офицер в чёрном кивнул и они оба пошли к нам.

— Разрешите уточнить, какова обстановка на местности? — спросил офицер.

— Глава бандитов, авторитет «Зимний», уничтожен. Его люди частично нейтрализованы, частично рассеяны. Вот вам их и предстоит собрать по всему лесу, а брошенное ими оружие уже соберёт наша бригада.

— Понял. Разрешите работать?

— Работайте! — кивнул генерал.

И «дядя Миша» подошёл к нам. И, видя, как мимо нас проезжает техника, проговорил:

— Значит, говорите, сбежал на большом грузовом квадракоптере…

— Точно так, — ответил Тройка. — Дроны помельче либо сбиты Четвёртым, либо отработали. И сейчас уродец где-то там.

Он махнул рукой в сторону военной базы.

— На технике туда лучше не ехать, — добавил я, находясь в кузове. Мой вид — грязный, в крови, с самодельной повязкой на бедре — заставил генерала поморщиться.

Офицер подошёл снова, перевёл взгляд с «дядя Миши» на меня, словно спрашивая разрешения на разговор с рядовым.

— Твоя оценка, боец?

— Дронов вроде больше нет, — ответил я. — Но это «вроде». Он мог что-то оставить. Так что на технике туда лучше не ехать.