На границе империй. Том 10. Часть 14 - INDIGO

Почти сразу понял, что мне осколками от взрыва мне серьёзно досталось. Взглянув вниз, я увидел, как кровь на ноге уже пропитывала ткань моего адмиральского мундира, расползаясь тёмным пятном по золотым лампасам. Адмиральская форма, практически новая, превратилась в грязные, окровавленные лохмотья. Нога плохо слушалась, словно чужая — мышцы дёргались в неконтролируемых спазмах, а каждая попытка перенести на неё вес отзывалась новой волной боли. Этим боком я находился к взрыву, пытаясь протиснуться в щель между створками лифта. Удачное стечение обстоятельств, что не развернулся тогда всем корпусом — осколки бы вспороли грудь. А так досталось правой стороне. Впрочем если раньше весь бок был в кровавых пятнах, сейчас он постепенно превращался о дно большое красное пятно.

Надо же было так вляпаться, — мелькнула горькая мысль.

Взрывы в кабине, наконец, стихли. Тишина после них звенела в ушах тонким писком и давила, словно вакуум. Мир звучал приглушённо, как будто я слушал его через толщу воды. Стал сильно подозревать, что меня ещё и контузило — в висках пульсировала тупая боль, а мысли путались, как нити в спутанном клубке.

Бросив взгляд на изувеченную и намертво заклиненную дверь лифта, я понял, что скоро они будут здесь. Створки раздвинуты всего на пару десятков сантиметров, но взрывчатка у них точно есть. Это значило, времени в обрез. Надо как можно быстрее убираться отсюда, пока они возятся с тем, что сами наворотили.

Хромая на одну ногу и собирая последние крохи сил, я бросился — насколько это вообще можно назвать бегом — в сторону ангара, который, к счастью, находился уже недалеко. В обычное время, когда был здоров, я бы преодолел это расстояние за несколько минут. Сейчас же мне каждый метр отдавался с трудом и болью во всём теле.

Обычно в этом коридоре всегда были разумные — техники, торопящиеся на смену, пилоты иногда проходили офицеры. У кого-нибудь из них можно было бы попросить помощи, чтобы помогли мне дойти до ангара. Но сейчас коридор был абсолютно пуст, словно вымер. Только сигналы боевой тревоги оранжевыми полосами, мигали у потолка. Даже автоматизированные погрузчики исчезли из коридоров, как и антигравитационные платформы.

Все, как вымерли, — проворчал про себя. Наверняка получили приказ СБ и закрылись, кто где находился. Всё закрыто и заблокировано искинами. Мне даже представилось, как сотни людей сидят сейчас за закрытыми дверьми, прислушиваясь к каждому звуку в коридоре, и боятся высунуть нос.

Каждый шаг отдавался болью в раненой ноге — острой, жгучей, пульсирующей. Чувствовал, как кровь уже хлюпает в ботинке. Дыхание участилось, превратилось в тяжёлые хрипы. В боку начало покалывать — острая, колющая боль, знакомая каждому, кто когда-либо бежал на пределе возможностей.

Не сдаваться. Не останавливаться. Ещё немного. Говорил сам себе, стиснув зубы.

Через какое-то время — не знаю, сколько прошло, могла пройти минута, а может, и несколько минут, чувство времени исчезло в тумане боли и адреналина — сзади прозвучал ещё один взрыв. Более глухой, приглушённый расстоянием, но узнаваемый. Ударная волна прокатилась по коридору тёплым ветром, донеся запах гари и расплавленного металла.

Я понял, что преследователи уже спустились на этот уровень. Этим взрывом они пытаются проделать себе проход, расширить дыру в кабине лифта, превратить узкую щель в приличный лаз. Они ведь не как я — в их громоздких боевых скафандрах, и протиснуться в узкую щель между приоткрытыми и заклиненными створками дверей лифта они не могут.

Минута, может, две, у меня есть, пока они возятся с дверью, — прикинул, ускоряя шаг, насколько позволяла покалеченная нога.

Вскоре я добежал — или, точнее, дохромал — до ангара. Массивные ворота ангара возникли передо мной как спасительный маяк. Пять метров в высоту, армированная сталь. На створках красовались выцветшие опознавательные знаки — эмблема флота и серийный номер, наполовину стёртый временем.

Честно говоря, я сильно рассчитывал, что внутри будет охрана из киборгов — эти железные истуканы раньше торчали здесь круглосуточно.

Но, как оказалось, я сильно ошибался.

Не оказалось ни охраны из киборгов, ни охраны из службы безопасности — вообще никакой охраны в ангаре не было.

Пусто. Мне даже стало обидно от такого поворота.

Ведь пока я прятался от СБ в вонючей каюте техника, набитой всяким мусором, — я всё время надеялся и рассчитывал, что охрану снимут и я спокойно, без лишнего риска перемещусь на корабль. Ведь техник мог в любое время вернуться и застукать меня в каюте, и тогда бы всё полетело к чертям.

Вот только всё это время эти железные болваны так ни разу и не покинули свой пост. Стояли здесь как истуканы, будто приросли к полу.

За это время я даже искин ангара успел хакнуть. Зато сейчас меня радовало именно это обстоятельство: мне не нужно было тратить драгоценное время на взлом искина ангара прямо сейчас. Коды доступа, которые я получил тогда, всё ещё хранились в памяти моей нейросети. Главное, чтобы они оказались действительны.

Ещё на подходе к ангару я их активировал. Калитка в массивных воротах гостеприимно открылась с тихим шипением гидравлики.

Оглянулся назад прислушиваясь. Коридор по-прежнему пустовал. Никто пока не преследовал меня. Только тишина и мерцающий свет.

«Получилось!» — ликование взорвалось в груди. Пускай теперь попробуют меня найти и достать.

Дверь за мной закрылась вновь с тихим шипением гидравлики. Остался один в полумраке ангара. Взгляд быстро заскользил по помещению, оценивая обстановку, в надежде, что здесь, может, всё ещё прячется какой-нибудь захудалый киборг. Хотя они должны были заявить о себе, сразу, как только я открыл калитку.

Я даже заглянул за ящики, но увы. Мои надежды хоть на какую-нибудь поддержку не оправдались. Ангар казался пуст, кроме ящиков и корабля в нём, ничего не больше не обнаружилось.

Я был уверен — эти ящики определённо не принадлежали мне, не были частью моего груза. В трюме моего судна не было ничего, кроме клетки. Почти сразу связался с техническим дроидом. Он, как мне показалось, с радостью отозвался, на мой запрос. И сразу отправился прорезать отверстие в техническую нишу, в которой находился.

Поднялся по носовому трапу. Каждая ступенька давалась мне с трудом. Левая нога теперь уже почти не держала, приходилось подтягиваться на перилах. Наконец, последняя ступень. Я переступил порог шлюза и первым делом захлопнул за собой дверь и сразу выставив полную блокировку всех дверей.

Вот пусть теперь попробуют меня отсюда выковырять!

Злорадство во