Космическая сага: Восхождение из пепла колоний - Максим Шаравин

— Но ты не слишком спешил, да? — Тибо резко повернулся к командующему, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Или у тебя есть дела поважнее, чем исполнять приказы своего правителя?

Флот-адмирал слегка побледнел, но взгляда не отвёл.

— Простите меня, ваше высочество, — чуть дрогнувшим голосом ответил он. — Я был на другом уровне дворца, в секторе связи. Координировал расположение наших флотов в системе. Мне потребовалось время, чтобы добраться сюда. Но я прибыл сразу, как получил сообщение.

Тибо на мгновение замер, оценивающе глядя на флот-адмирала. Тот стоял прямо, плечи развёрнуты, руки по швам — ни тени вины, только сдержанная готовность отвечать за свои действия. Герцог слегка расслабился.

— Ладно, — он махнул рукой, отбрасывая раздражение. — Что докладывает разведка из бунтующих звёздных систем?

— Барон настроил население и местную аристократию против нашего Дома, — начал докладывать он. — Объявил мобилизацию и собирается создать собственный Дом. Уже реквизировал торговые суда, переоборудует их под боевые корабли. Кроме того, он начал раздачу земель и титулов тем, кто поддержит его.

Тибо нахмурился.

— И что, это работает? — перебил он флот-адмирала.

— К сожалению, да, ваше высочество. Среди местной знати немало недовольных нашей политикой. Барон умело играет на их амбициях. Сейчас он ведёт переговоры с двумя соседними звёздными системами, пытается уговорить местных наместников примкнуть к нему.

— И что они ему ответили? — Тибо подался вперёд, его глаза сузились.

— Они в раздумье, ваше высочество, — ответил флот-адмирал. — Но аналитики считают, что они согласятся. У барона сильные аргументы: он обещает автономию и снижение налогов. Кроме того, он намекнул, что заручился поддержкой… — флот-адмирал на мгновение замялся, — … поддержкой Дома Валуа.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Тибо почувствовал, как внутри что-то ёкнуло — точно так же, как во время ссоры с Женевьевой, когда она говорила о виселице. Но он тут же отбросил эту мысль.

— Поддержка Дома Валуа — это блеф, — резко произнёс он. — Валуа не станут помогать какому-то выскочке. Они слишком осторожны.

— Возможно, ваше высочество, — дипломатично ответил флот-адмирал. — Но слухи уже пошли. Это деморализует наши гарнизоны в соседних системах. Некоторые командиры начинают сомневаться в исходе конфликта.

Тибо резко встал, обошёл стол и остановился у окна, глядя на огни столицы. В голове вихрем проносились мысли. «Если соседние системы присоединятся к барону, у него будет достаточно сил, чтобы нанести удар даже по этой звёздной системе. А если он действительно договорился с Валуа…»

Он резко обернулся:

— Сколько времени нам нужно, чтобы подавить бунт? — спросил он жёстко. — Назови точные цифры.

Флот-адмирал быстро сверился с данными:

— При текущей скорости мобилизации барона — три-четыре недели, чтобы он закрепился. Но если мы нанесём удар сейчас, пока он ещё не успел собрать все силы, — достаточно трёх дней. Мы можем отправить два флота, по одному в каждую бунтующую систему. Этого хватит, чтобы подавить сопротивление и арестовать барона.

Тибо задумался. Три дня. Отлично. Даже быстрее, установленных Женевьевой сроков.

— Действуй, — приказал герцог. — Подготовь план операции. Эскадры должны выйти через двенадцать часов. И… — он сделал паузу, — держи меня в курсе каждого шага. Никаких самостоятельных решений без моего одобрения.

— Будет исполнено, ваше высочество, — флот-адмирал снова отдал честь.

— Свободен, — Тибо махнул рукой.

Когда дверь за адмиралом закрылась, герцог вернулся к столу и уставился на карту. Красные метки бунтующих систем словно насмехались над ним. «Я докажу Женевьеве, что она ошибается», — твёрдо решил он. Но где-то в глубине души шевельнулось тревожное предчувствие.

Звёздная система «Янтарный Утёс». Корабль-матка «Стальная Берлога».

Георгий стоял в ангаре корабля-матки «Стальная Берлога», вглядываясь в тускло освещённое пространство стыковочного отсека. Гигантские своды ангара терялись в полумраке, лишь редкие огни навигационных панелей мерцали вдоль стен, вычерчивая контуры огромных механизмов. Воздух здесь был прохладным и сухим, с едва уловимым металлическим привкусом.

Он невольно поправил свой костюм, хотя знал, что выглядит безупречно. Но волнение всё равно не отпускало. Он не видел Милославу с тех пор, как «Стальная Берлога» была последний раз в звёздной системе «Скопление Икара».

Вдалеке послышался гул двигателей, и Георгий поднял взгляд. В стыковочный отсек плавно входил большой шаттл.

Шаттл мягко коснулся платформы, опоры встали на упоры, и через несколько секунд раздался глухой звук герметичного соединения. Замигали зелёные индикаторы, сигнализируя о стабилизации давления. Трап начал медленно опускаться.

Первым вышел Каэль Дорн. Высокий, подтянутый, в форме капитан-лейтенанта. Он обернулся, протянул руку и помог спуститься Милославе.

Георгий замер на мгновение, впитывая образ дочери. Она почти не изменилась — те же яркие, чуть раскосые глаза, та же лёгкая улыбка, которую он так хорошо помнил.

— Отец! — Милослава бросилась к нему, отбросив формальности.

Георгий шагнул навстречу, распахнул объятия, и на мгновение весь мир сузился до этого момента — до тепла её объятий, до запаха её волос, до ощущения, что она наконец рядом.

— Дочка… — он слегка отстранился, чтобы разглядеть её получше, и улыбнулся. — Ты стала ещё красивее. И выглядишь… по-настоящему взрослой.

Милослава рассмеялась:

— Ну, папа, я уже давно взрослая. Просто ты всё ещё не привык видеть меня полностью здоровой.

Георгий кивнул, мгновенно вспоминая, что он обязан жизнью своей дочери Ратибору. Он тогда спас Милославу, и с тех пор Георгий знал: он в неоплатном долгу перед этим человеком.

Каэль подошёл ближе и отдал честь:

— Привет, босс.

Георгий ухмыльнулся и крепко обнял Каэля — не по-офицерски, а по-отечески, похлопав его по спине.

— Я уже давно не твой босс, Каэль. Лучше зови меня… папа.

Все рассмеялись. Милослава схватила обоих за руки:

— Так, стоп. Никаких «папа» на службе, пока мы не остались наедине, договорились? Иначе половина экипажа решит, что у нас тут семейный ресторан, а не боевой корабль.

Каэль подмигнул ей:

— Слушаюсь. Хотя, должен заметить, семейная атмосфера повышает боевой дух.

— Повышает, повышает, — Георгий покачал головой, но в глазах у него светилась гордость. — Ладно, хватит шуток. Пойдёмте, покажу вашу каюту. Будете жить в больших апартаментах на командной палубе.

Он повёл их вглубь корабля. Двери ангара медленно сомкнулись за спиной, отсекая служебную реальность и оставляя место только для тепла воссоединения — короткого, но такого нужного перед лицом грядущих испытаний.

Они поднялись на командную палубу и направились в сектор с жилыми каютами. Пока шли, Георгий показал им, где находится столовая для узкого круга лиц и зал для совещаний с массивным овальным столом и голографическим проектором в центре.

— Здесь мы проводим оперативные совещания, — пояснил Георгий, задержавшись у двери зала. — А в столовой обычно обсуждаем