Наследие младшей ветви - Юджин Никитин

было бы всё объяснить простым нежеланием создания иллюзии их тесного общения, но вряд ли всё так просто объясняется. Белых итак несмотря на произошедший у него конфликт с их Лидией, давали для общественности слишком много поводов для пересудов о их связи с Алексеем. Да и сто процентов, давным-давно все даже минимально заинтересованные лица в курсе их пусть и не самой ближней, но родственной связи. Пусть и оборванной в прошлом поколении выходом из Рода его отца. Но кто серьезно к этому отнесется? Кровь не водица, быстро не утекает.

В назначенное время прошествовав по пустым коридорам школы, Белов подошёл к той самой заветной директорской двери, за которой уже столько раз решались его жизненные перипетии. Толчок двери без предварительного стука и вот он снова здесь, а Леонид Игоревич снова заседает за директорским столом с видом записного хозяина.

— Добрый вечер Леонид Игоревич. — Белов уважительно, но без подобострастия поприветствовал сидящего напротив него мужчину.

— Здравствуй Алексей, рад тебя видеть. Прошу присаживайся — Леонид Игоревич указал на одно из свободных кресел. Левое от входа занимал уже оказавшийся здесь Анатолий, что очень внимательно следил за вошедшим парнем с нескрываемым интересом.

Доброжелательный тон с отеческими нотками, в один момент заставил Белова собраться и настроиться на сложную беседу. Просто так без какой-то цели доброго дядюшку не отыгрывают, мало того, что его явно вознамерились как-то поиметь, так и само обращение вызывало массу вопросов. В этом обращении Белых старший допустил по отношению к нему пусть и доброжелательный, но покровительственный тон и сейчас внимательно смотрел на Белова ожидая его реакцию на такую вольность. Леонид Игоревич явно не спроста с места в карьер решил так действовать. Поставив сейчас Алексея перед сложным по своей сути выбором. Возмутиться столь фамильярным обращением, но выданным с такой благожелательностью и о дальнейших добрых отношениях можно просто забыть. Это будет расценено как оскорбление в лучших чувствах обратившегося. Принять столь фамильярное обращение, это в один момент признать свое строго подчиненное положение, чего он естественно допустить совершенно не мог, если желал сохранить самоуважение и скорее всего уважение от находящихся в комнате главы и его брата. Очередной тест, который провалить права у него нет. И сейчас у него времени на решение этой головоломки было буквально секунды, пока он не уместит свой костлявый зад в кресле перед столом. И судя по всему от его ответа будет зависеть, о чем и главное, как будут с ним дальше разговаривать.

— Леонид Игоревич могу я быть с Вами совершенно откровенным? — вопрос Белова явно удивил застрельщика сегодняшней встречи.

— Конечно — не скрывая удивления Белых старший с вниманием уставился на парня.

— Мне несомненно приятно и даже в чем-то льстит Ваше совершенно дружеское ко мне отношение. Даже, наверное, в чем-то больше отеческое, но я думаю, что еще не готов перейти к настолько доверительным взаимоотношениям с Вами. Боюсь, что не смогу быть достойным столь большого и щедрого посыла с Вашей стороны.

Слева хрюкнул, скрывая смех от услышанного ответа Белова Анатолий. А сидящий напротив Леонид Игоревич лишь покачал головой в знак принятия его слов. Ему сейчас и возразить то было по факту нечего. Белов не взвился в оскорбленном возбуждении от его фамильярного обращения, но и не принял его псевдоотеческий патронаж. Так что можно было смело сказать, что Алексею удалось довольно умело вылавировать из этой словесной западни. А реакция Анатолия явно указывала на заранее подготовленную сцену, а не экспромт, который вроде-бы как выдал глава.

Леонид Игоревич на мгновение задумался, отпил из находившегося в его руке бокала глоток вина, будто взвешивая и оценивая ответ Алексея на своих собственных весах и наконец прервал возникшее неловкое молчание после речи Белова.

— Ну что же Алексей Николаевич, возможно это и правильно. Наши отношения еще не настолько близки чтобы вот так сразу общаться совершенно по-родственному.

А вот теперь Алексей после его слов очень сильно напрягся, в ожидании какой-то неизвестной ему интриги, что ему сейчас соизволят озвучить.

— Ну раз у нас вечер откровенности, то позвольте и мне Алексей Николаевич быть с Вами предельно откровенным сегодня. — голос Леонида Игоревича звучал сухо, но без недовольных ноток. Сугубо деловой тон. Такой. Который бывает, когда обсуждают какое- ни будь коммерческое предложение.

— Буду только рад Леонид Игоревич.

— Ну что же позвольте мне тогда изложить некоторые размышления, и прошу Вас не перебивать меня некоторое время. Уже по окончанию Вы сможете задать вопросы, и мы в деталях всё обсудим.

— Я весь во внимании — Белову действительно стало любопытно, что такого сейчас ему должны рассказать или предложить, что требует столь долгого и непрерывного повествования. Серьезность складывающейся ситуации начинала нагнетать некоторую нервозность и потаенное пока ожидание подвоха.

Белых на минуту замер, и по его лицу промелькнула тень прежде чем он начал излагать перед замершим Беловым свою задуманную речь. А Алексей в этот момент четко осознал тот простой факт, что он сейчас не более чем фигура в какой-то неведомой пока для него игре этого еще не старого, но уже прожжённого интригана. И вопрос сейчас лишь в том, как его разыграть собираются — тонко подталкивая в нужном направлении, или просто возьмут за жабры обрекая на какую-то линейную роль без малейшей возможности соскочить с этой шахматной доски. Но даже промелькнувшие мысли с всевозможными прогнозами того что он должен был услышать и близко не были похожи на то что ему начали излагать, заставляя Белова сидеть с натурально открытым ртом от удивления. И ему было совершенно плевать как комично это, наверное, выглядело со стороны.

— Алексей Николаевич, так получилось, что Ваше появление в патронируемой нами школе прошло для нашего рода совершенно незамеченным. Уж почему и как так получилось это отдельная совершенно история, и сейчас уже не важна. Волею случая наш кровный родственник, пусть и в дальнем достаточно родстве, ведь наши с Вами прапрадеды были родными братьями вернулся на свои исконно родные земли. К сожалению причины, для этого были сугубо трагичны, но такова жизнь и тут уже ничего не попишешь. С Вашим появлением произошло немалое количество событий если не виновником, но участником которых Вы являлись. И так получается, что все эти события принесли для нашего Рода немало пользы. Да даже та ситуация с Лидией. в которой между нами могли возникнуть недопонимания, не только была разрешена но и в действительности помогла нам увидеть некоторые упущения что мы допустили. Так что и она в действительности пошла на пользу.

Леонид Игоревич