32 фуэте - Ха Ынгён

В этот момент к Джене подошла Роми и мрачно сказала:

– Мне кажется, он таз поломал. Я видела, как он упал. Со всей высоты и прямо на копчик. Вдруг он не сможет выйти на премьере? Что будет? Мы ведь несколько месяцев репетируем…

Роми крепко обхватила плечи обеими руками и задрожала. А затем, через некоторое время, снова заговорила:

– После гастролей я обязательно поеду в Англию. Так травмироваться может любой из нас!

Джена нахмурилась:

– Но процедура вживления наночипа – это тоже не шутка.

– Но как еще можно танцевать без травм?

– Если ты этого хочешь, не буду тебя отговаривать. Только надеюсь, что в следующий раз ты как следует все разузнаешь перед операцией. В своих попытках обезопасить себя от травм и лучше танцевать ты можешь попросту разрушить свое тело.

– Наши тела и без того разрушаются, – Роми пристально посмотрела на Джену. – Скажи, а как тебе удается так хорошо танцевать и обходиться без травм? Похоже, у тебя действительно какой-то врожденный дар, – Роми улыбнулась. – Это не значит, что я желаю тебе получить травму. Я не завидую тебе, как Союль. Разве что совсем чуть-чуть. Ты ведь знаешь, что я чувствую, верно?

Роми бросила взгляд на Союль, которая разминалась с другой стороны зала, и прошептала:

– Она ужасно упорная. После репетиции каждый день остается до поздней ночи и репетирует в одиночку. Ее навыки значительно улучшились. Но я таких терпеть не могу. От них ведь одни неприятности. Мы еще посмотрим, как хорошо она покажет себя на премьере.

Джена нахмурилась и отвернулась от Роми. Теперь она смотрела на Союль, которая выполняла растяжку на перекладине. Чем ближе подходил этот заветный день, тем сильнее Союль худела. Очевидно, от этой невероятной нагрузки и её усердия. И все это дало свои плоды. Роми, конечно, только злословила по поводу Союль, но Джена думала иначе. Она видела, что бывшая подруга, похоже, полностью поглощена репетициями. Наблюдая за ней, Джена понемногу заставляла себя не лениться. Ведь Союль была балериной, способной честно составить ей конкуренцию.

Глава 18

После ужина Джена и Роми вышли на улицу. Поверх балетных купальников они накинули длинные пуховики, доходящие до щиколоток. Лица девушек, утопающие в огромных пуховиках цвета хаки, казались маленькими, размером с ладонь. Когда девушки гуляли по территории, они заметили, что из здания оперного театра вышли двое полицейских. Джена уже несколько раз видела того, который назвался детективом Кимом Хёнмином. Она совершенно не понимала, почему он так прицепился к ней по поводу файлов о ее медицинских обследованиях, найденных в телефоне у Сон Рахи. С какой стороны ни посмотри, в тех тестах не было ничего необычного. Наверняка руководитель Со уже говорила об этом детективу Киму.

Глаза Роми округлились.

– Похоже, дело до сих пор не раскрыто. А Ким сегодня кажется еще более зловещим…

Джена тоже посмотрела на детективов взглядом, полным беспокойства. В чем же дело?.. Как и сказала подруга, сегодня они выглядели еще более зловещими, чем обычно.

Роми дрожащим голосом произнесла:

– Может, Рахи убили?

– Да ладно тебе.

– Иначе почему детективы продолжают ходить к руководителю Со?

– Все равно этого не может быть.

– И то верно. Хоть Рахи и покатилась по наклонной, не думаю, что она могла совершить что-то настолько плохое, чтобы кто-то решил от нее избавиться, верно же? Конечно, с тобой она вела себя просто отвратительно.

Джена перевела взгляд на четвертый этаж, где виднелся кабинет Со Ёнджо. В прошлый раз она спрашивала Джену, общалась ли она с детективом Кимом.

Конечно, Джена все поняла и ответила ей:

– Да, в прошлый раз он пришел ко мне и начал говорить всякие странные вещи.

Ёнджо молчала.

– Он сказал, что в телефоне Рахи нашли записи о моих медицинских обследованиях, – продолжила Джена, – и попросил моего согласия на открытие этих файлов.

Руководитель Со подняла брови.

– И что ты ответила?

– Сказала, что не могу дать согласие. И добавила, что ничего не могу делать с этими файлами, поскольку они хранятся в документах нашей труппы.

В глазах Ёнджо промелькнуло облегчение. Она обратилась к Джене так, словно уговаривала ее:

– Джена, не знаю, зачем Рахи украла твои файлы, но ее намерения точно не были добрыми. Возможно, она хотела разослать поддельные файлы и тем самым подвергнуть тебя риску. Так что ни в коем случае не давай согласия этому детективу. Ты меня понимаешь?

Джена растерянно посмотрела на руководителя Со, которая обращалась с ней как с маленьким ребенком. Хотя ситуация и показалась ей несколько странной, она кивнула. Лицо Ёнджо выглядело очень изможденным, как будто в последнее время она работала не покладая рук. Некоторое время спустя руководитель Со посмотрела на Джену как обычно тепло и сказала, коротко вздохнув:

– Кстати, Союль изо всех сил старается тебя догнать. Что будешь делать, если у нее это получится? Как бы мне хотелось, чтобы ты была такой же упорной, как она. Верю, что тогда ты бы смогла танцевать несравнимо лучше. Ты правда на это способна.

Джена опустила глаза и слегка прикусила нижнюю губу.

«Ты на это способна».

Эти слова она слышала от матери бесчисленное множество раз. Когда их же произнесла руководитель Со, на душе у нее стало тяжело. И дело было не только в Ёнджо. Отец тоже постоянно смотрел на Джену таким взглядом. Она совершенно не понимала, почему все судят о ней вот так. Ведь сама Джена не думала, что сможет избежать всех ошибок. Будут и моменты, когда ее силы пойдут на спад, а навыки опустятся на дно. Но они говорят так, будто у нее всегда все будет получаться. Неужели они правда не знают, как сильно такие слова давят на того, кому они предназначаются?

Руководитель Со пристально посмотрела на девушку:

– Джена, я говорю так не потому, что хочу тебя обременить.

Кажется, она догадалась о чувствах Джены. Девушка подняла голову и посмотрела в глаза руководителю Со. Эти глаза были полны нежности.

– Я все время наблюдала за тобой. Поэтому я знаю, на что ты способна, лучше, чем кто бы то ни было. Кроме, разве что, твоей матери. Ты ведь понимаешь, что я, твоя тетушка, хочу тебе сказать?

Только тогда Джена лучезарно улыбнулась. Слово «тетушка» сразу успокоило ее душу. Когда Ёнджо оставалась с Дженой наедине, она просила называть ее «тетей». И каждый раз