Истории старого Дома продолжаются - Юлия Чернухина

– Стоп, – произнесла Манюня. – Я тут ищу кое-кого, вот и расскажи мне, не появлялся ли этот кое-кто у вас на поляне?

– Если имеешь в виду эту ползучую, гм, сущность, которая чуть не свалила с лап Уголька, – разъяренно начал Изумруд, – то такая точно появлялась! А если она еще раз появится, то будет иметь дело со мной! И уж поверь, мало ей не покажется!

– Значит, не опоздала, – заключила Манюня спокойно. – Конечно, я не могла опоздать, с такой-то скоростью. Отрывкин меня зарядил таким количеством дедулиной настойки, что меня до сих пор тянет кого-то искать и куда-то бежать, – проворчала Манюня.

– Так, значит, Манюня, тебя послал Отрывкин? – спросила Уголек. – Значит, он все знал! А где же остальные?

– Здесь остальные, – прозвучал ворчливый голос Совы, – просто за нашей Манюней так сразу не угонишься. Такую скорость развила, как реактивный самолет! А мы должны еще и точки направления определить, поэтому чуть позже прибыли.

– Привет! – радостно поприветствовал Отрывкин дракончиков. – Мы соскучились, и мы по делу. Не приходило ли к вам…

– Не только «приходило», но уже «напало» и «исчезло», – ответила, не дав Отрывкину закончить вопрос, обрадованная Уголек. – Она вон там, в кустах, в конце склона валяется. Если еще в себя не пришла. Вылетела тут на запрещенной скорости и чуть меня не сшибла, хотя на уме у нее было совсем другое. И мне это абсолютно не нравится. Что мы ей сделали? – расстроенно закончила Уголек.

– Ты не расстраивайся, – сказал Лева, который тоже уже появился, – мы своих в обиду не даем. Как только поняли, что вам угрожает опасность, сразу бросились выручать. А сейчас будет самое интересное… – многообещающе заулыбался Лева во все клыки.

– Сначала Змею найди, – ехидно сказала Сова, – а потом уже клыками сверкай!

– Да найдем, куда она денется, – прощелкал Соловей. – Сейчас слетаю, гляну, где она там валяется. Ну, или не валяется… – добавил он с сомнением.

– Договорились, – сказал Отрывкин. – Соловей и Ворон летят на разведку. Без меня никаких действий не предпринимать, это приказ! Вы должны только узнать, где Змея. Ну и, по возможности, что она собирается делать. Прилетаете сюда и докладываете. А потом будем решать, что делать. Должны же мы, в конце концов, разобраться, что ей было нужно. И чего она добивается.

– Здравый подход к решению проблемы, – проговорил Ворон. – Уже летим.

Ворон с Соловьем полетели над склоном, исследуя все булыжники и кусты, куда могла бы закатиться Змея. Они внимательно всматривались и вскоре увидели довольно громоздкий клубок, в котором только человек с очень богатым воображением мог узнать Змею.

Птицы некоторое время кружили над клубком, пытаясь понять, жива Змея или нет.

Увидев некую пульсацию на ее шкуре, Ворон удовлетворенно пробормотал:

– Жива. Теперь никуда не денется.

Змея судорожно тоже пыталась сообразить, жива ли она еще после такого пробега и падения. И вообще, где находится. И почему не может найти свой хвост и определить его местоположение. И где вообще ее голова. И почему эта голова так болит.

Вопросов было так много, что Змея очень быстро устала и, вздохнув, потеряла сознание.

Ворон с Соловьем определили (не зря же они были магами), что Змея находится в очень плохом состоянии. На данный момент – вообще лежит без сознания.

Узнав все необходимое, птицы быстро телепортировались к Отрывкину (что зря время терять на полет). Отрывкин и его компания с нетерпением ждали доклада разведчиков.

Когда Отрывкин услышал, в каком состоянии Змея, он тотчас принял решение.

– Действовать будем так, дорогие мои, – сказал Отрывкин. – Змею я телепортирую сюда, под защитным куполом. А вы, – обратился он к драконам, – отойдите подальше, на всякий. Потом мы ее лечим, приводим в чувство… В конце концов, она не ела очень долго и вообще может коньки двинуть, поэтому будем гуманными… – продолжал Отрывкин.

– Не проще ли и не гуманнее ли сразу ее в таком состоянии и прихлопнуть? – произнесла Сова-альтруист. – А то как бы чего не вышло.

– Нет, так мы делать не будем, – заявил твердо Отрывкин. – Это не наши методы, – улыбнулся он. – Сначала окажем всю необходимую медицинскую помощь, – продолжил Отрывкин, – а уж пото-ом… – пробормотал он.

– Вот, это по-нашему! – обрадованно воскликнул Лева.

– Ну, еще ничего не решено, – смущенно пробормотал Отрывкин, – это я поддался вашему настроению. Сначала все-таки надо выяснить, что у нее на уме и что ей надо.

– Абсолютно согласен, – сказал Ворон. – А добить мы ее всегда успеем.

Отрывкин удивленно посмотрел на Ворона, который всегда выступал за миролюбивое решение отношений.

– А чего ты ждал? – возмутился Ворон. – Своих в обиду не даем!

Уголек и Изумруд, которые слышали весь разговор своих друзей, только одобрительно кивали.

Отрывкин щелкнул пальцами, и Змея оказалась рядом с ним под защитным куполом.

– Береженого Бог бережет, – произнес Отрывкин и продолжил заклинание.

Он что-то пробормотал, как всегда шепотом, дунул на Змею, и Змея пришла в сознание.

– Опять вы… – устало прошипела Змея. Глаза ее при этом были обычными, а не светились красным, как вначале. – Ну что вы от меня хотите, что вам от меня еще надо? И так чуть не угробили. Что вы хотите от пожилой змеи, которая не имела во рту ни крошки вот уже несколько месяцев?

– Мы хотели бы узнать, уважаемая, – начал Отрывкин, – что вы от нас хотите? Чего добиваетесь? Почему не любите наших друзей драконов? Со своей стороны, – продолжил Отрывкин, – уж я прослежу, чтобы ни одно живое существо не страдало от нашего присутствия, кто бы оно ни было! Об этом я очень серьезно поговорю с драконами! Как они могли допустить, что живые существа: лягушки, крысы и мыши – просто от страха покинули свои жилища.

– Ой, а мы вообще об этом не подумали, – растерянно произнесла Уголек. – Что ж делать-то, а?

Изумруд рядом неуверенно переминался с лапы на лапу.

– Думаю, Ворону надо наложить особое заклинание, чтобы вас не боялись, никто. Своего рода мимикрия, – предложил Отрывкин.

– Давайте я, – сказала Сова и, не дожидаясь ответа, что-то пробормотала и клацнула клювом.

Неожиданно вдоль площадки ровными шеренгами выстроились мыши, лягушки, жабы – вся мелкая живность, которая была рядом. Они стояли молча. Глаза у всех были закрыты.

Все с изумлением посмотрели на то, что сотворила Сова. Набрав воздуха в грудь, Лева повернулся к Сове, чтобы высказать все, что он о ней думает, и поперхнулся. Сова тоже стояла по стойке смирно с закрытыми глазами, только кончик хвоста подрагивал.

Грянул хохот, смеялись все.

– Это надо же было так намагичить! – сквозь смех сипел Лева. – Не только всех