Чубчик кучерявый - Анатолий Федорович Дроздов

— У прапорщика получишь новые, — сказал Степан. — Сам слышал: обувь и одежду нам меняют по мере выхода из строя. В другой раз будешь поумнее.

Забрав добычу, друзья вернулись к «бобику», где забросили двух мертвых воронов в отсек для перевозки задержанных, который в милицейской модификации машины служил вместо багажника.

— Неплохо утро начинается, — сказал Валера. — Полсотни заработали.

— Пабили гэтых гадов? — поинтересовалась пенсионерка, когда они закончили погрузку тварей в «бобик».

— Застрелили, Авдотья Николаевна, — кивнул Степан. — Не опасайтесь больше. Сейчас заполним акт, вам по нему в сберкассе выплатят компенсацию за утраченную курицу.

— Хадземце, детки, в хату! — позвала их пенсионерка.

Они вошли во двор, где на утоптанной земле валялись голова и лапы невинно убиенной курицы, а ветер ворошил выдранные мутантами кучки рыжих перьев. Еще виднелись пятна крови.

— Вось тут яе и драли, — сообщила Авдотья Николаевна, вздохнув. — А я закрылась в сенцах и бачила в вакно, як яе гады жрут.

— Другие курочки не пострадали? — спросил Степан.

— У садзе за кустами пахавались, — ответила пенсионерка. — Я чуть потом загнала в пуню.[2] Сидзяць там, кхвочуць, напужалися.

В доме Степан достал из сумки бланки актов, сел за стол, взял у хозяйки паспорт и стал вносить в пустые строчки имя и фамилию хозяйки, а также — адрес проживания. Сергей склонился к его уху:

— Впиши, что твари растерзали двух несушек.

Степан скосил взгляд на приятеля и понимающе кивнул.

— Держите, Авдотья Николаевна, — он протянул заполненный бланк старушке. — В Сберкассе по нему вам выплатят компенсацию за утраченных курочек. Я написал, что твари растерзали двух несушек — пускай заплатят больше.

— Ой, дзетка, дякуй![3] — старушка аккуратно взяла акт. — Як вам аддячыць?[4] Ёсць самогонка, добрая.

— Мы на службе, — решительно отказался Кимстач. — Нельзя нам пить.

— А як жа?..

— Авдотья Николаевна, скажите, отчего в деревне пусто? — спросил Сергей, чтоб сбить хозяйку с мысли. — Людей не видно.

— Дык зъехали, — ответила старушка. — Дзяцей забрали, сами з ими. Каму охота, каб гэта погань тябе жрала.

— А вы?

— Я старая, чаго баяцца? И як хозяйства кинуць? Есць куры и кабанчик, на агародзе усе расце. У Бабичах асталися адни старые, якие не схатели уезжать.

— Зря самогоночки не взяли, — сказал Валера, когда они вновь загрузились в свой уазик. — Эх, накатили б вечерком!

— Ты, что, больной? — нахмурился Степан. — Не слышал, что я говорил вчера? Нас будут проверять, возможно, сразу по приезду. Найдут в машине самогонку…

— Так надо спрятать в поле возле школы, а вечером тихонько сбегать, — сказал Валера. — Я знаю пару мест — их из окон не видно.

В ответ Степан вздохнул и снял тангету с рации.

— Дежурному по части, докладывает старший МОГа Кимстач. В деревне Бабичи уничтожены две твари, никто не пострадал, какие будут указания? Прием.

— Возвращайтесь, — едва разборчиво прохрипел динамик. — Другие вызовы не поступали.

— Поехали, Сергей! — сказал Степан и глянул на часы. — Еще и к завтраку поспеем. Хочу горяченького…

Они приканчивали кашу с мясом, когда в столовую вбежал солдат с красной повязкой на рукаве.

— МОГ — на выход! — закричал с порога. — К дежурному по части. Срочный вызов.

— Чайку попить не дали, — пробурчал Степан и встал из-за стола. — За мною, мужики!

— В деревне Тереховка тварь пробралась в сарай, — сообщил дежурный. — Сожрала поросенка, после чего улеглась там отдыхать. Хозяйка ее заперла и позвонила нам из сельсовета. Поспешите: проснется — все там разнесет. Людей поранит — там возле хаты гражданские собрались.

— Тип твари? — поинтересовался Кимстач.

— Похоже, что кабан, — пожал плечами старший лейтенант. — Пенсионерка не разглядела толком — темно, в сарае окон нету. Бегом, солдаты!

В Тереховку Сергей гнал «бобик» на полной скорости — аж целых 80 километров в час. УАЗ поскрипывал сочленениями, но мчал, ревя мотором — похоже, прапорщик Зарецкий знал дело, отлично отрегулировав движок. Хорошо — шоссе сухое. Иначе бы на их почти голой резине на первом же повороте ушли в занос. Нужный дом они увидели заранее — возле забора из штакетника у аккуратной хатки толпились люди — с десяток человек. Компанией командовал немолодой мужчина с охотничьей двустволкой. Другие, большей частью женщины, в руках держали вилы.

Сергей затормозил возле забора, и группа выскочила из уазика.

— Товарищи, спокойно! — объявил Степан собравшимся. — Работает мобильная огневая группа. Прошу вас отойти подальше — будем стрелять, и может прилетать шальная пуля.

— А справитесь? — спросил старик с двустволкой. — Раньше к нам приезжали бэтээры с пулеметами, а у вас их нету.

— Не переживай, отец! — хмыкнул Валера. — Перед тобою — лучшие охотники из нашей части. И не таких зверей валили.

Старик насупился, но возражать не стал.

— Кто из вас хозяйка дома? — спросил Степан.

— Я.

К ним подошла немолодая женщина, чуть полноватая, с круглым лицом.

— Как вас зовут?

— Дарья Савельевна.

— Где тварь, Дарья Савельевна?

— В пуне, — она кивнула на рубленный сарай, стоявший в глубине двора. — Дверь я зачынила, но яна праснулась и ломится. Слышите?

От сарая и вправду доносился возмущенный рев, перемежаемый глухими стуками. Даже отсюда было видно, как дверь трясется от ударов.

— Всем отойти! — велел Степан. — Группа — к оружию! Вперед!

Они вошли во двор, приблизились к сараю. Тварь, как будто их учуяла и стала бить в дверь сильнее.

— Сергей, что будем делать? — спросил Степан вполголоса. — Я не знаю, это ты у нас охотник.

— Сейчас встаете там, — Сергей указал на край двора. — Оружие наизготовку. Я сниму засов и встану здесь за дверью. Тварь выскочит, и мы ее завалим из трех стволов.

— Давайте я выстрелю первым, — предложил Степан. — Надо проверить СВД. Валера, Женя, вы на подстраховке. Стреляйте, если тварь с перового патрона не положу.

— Разобрались по местам! — скомандовал Сергей и встал у двери. Когда приятели изготовились, он дернул на себя засов.

Дверь распахнулась с