Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха - Александр Вайс

У любой магии есть предел. Ядро просто не выдержит безграничную мощь однотипной стихии, поэтому у любого архимага обычно их уже две. А у повелителей частенько три. Тем более что скачки рангов главного ядра подтягивают и вторичные. Рост мощи заметный. Но обычно основная боевая стихия одна, вот у Эзры, само собой, пламя на четыре ядра.

У меня свой путь, когда придется раскрыться, просто скажу, что сам придумал эту «стихию», но пока слишком рано. Лишь когда буду ощущать уверенную позицию своего статуса.

В задумчивости оглядывая город, я понял, что приближаюсь к его окраине, и повернул назад. Строили тут все же компактно, ведь вокруг города развернуты периметры обороны на случай нападения монстров из новых разломов. Место использовали в меру эффективно и строили в высоту. Личный наземный транспорт разрешалось иметь только магам, потому хватало небольших магистралей. Остальные же перемещались подземным общественным транспортом.

Музыка в наушниках все так же плавно перетекала, поддерживая спокойное течение мыслей. Я находился на неширокой улице вдоль бульварной зоны около спального района. Она казалась почти пустынной, но из одного переулка между плотно поставленными домами на меня выбежали два человека. Еще один оказался сзади, и двое выскочили из подъехавшего мини-грузовика с рекламой мебельной компании на кузове. Именно его резкое торможение меня спасло.

Меня окружили.

Глава 9. Опасности жизни в Иллионе

Люди слева направили в меня силовой удар. Почти прозрачная синеватая волна промелькнула в паре сантиметров от груди, когда я отпрыгнул назад. Стоявшую рядом урну смяло, частично вырвав из земли ржавые болты.

Краем глаза вижу еще движение и рефлекторно уклоняюсь. Мимо меня пролетел дротик, пущенный шедшим сзади. Они хотят взять меня живьем.

Меня окружали люди в обычной гражданской одежде, но лица у них странные: дешевые маски, имитирующие кожу. Стрелкового оружия не вижу, и хорошо, иначе конец. Нельзя просто так носить его в городе – это жестоко наказуемо. Простолюдинам даже достать его сложно. Зато в руках большие ножи или шоковые дубинки. Шедший сзади спешно перезаряжает кустарный пневматический метатель дротиков.

Они что-то крикнули, но наушники не позволили услышать: нет времени их снять или отключить. Надеюсь, здесь нет камер или о них позаботились похитители, чтобы их не отследили, потому что голыми руками я с ними не справлюсь.

Импульс маны в сложный энергетический шарик в душе. Правая рука уже сжимается на возникшем в ней Дирнуине. Рунический клинок мгновенно вспыхнул золотом, а кромка раскалилась, оставаясь как всегда бритвенно острой. Бедные глупые люди без всякой защиты нарвались на мастера ближнего боя с клинком, которым можно вскрыть бронескафы.

Душу немного кольнуло болью все еще не прошедшего полностью повреждения. Материализация оружия ударила по травмированным каналам маны. Впрочем, боеспособности это меня не лишит, и бой долго не продлится.

Бежавший на меня спереди мужчина отшатнулся, даже сквозь маску на его лице читалось удивление и испуг. Я же осознал, что оскалился, и тут же перешел в стойку для агрессивного боя с незащищенным слабым противником.

Шаг вперед и широко взмахиваю клинком. Лезвие срубает выставленную руку и сантиметров на десять пропарывает грудь, оставляя за собой след пламени от сгорающих в чистом кислороде одежды и плоти. Слабый удар, медленный. Но защиты у него нет. Короткий крик боли пробился даже сквозь шумоподавление наушников. С этим все.

Шаг назад, принимаю на блок удар шоковой дубинкой. Металл плавится, ломая устройство, почти разрезанное острой кромкой. Маневрирую вбок и резким движением вырываю клинок из проплавленной дубинки. Но тут у нас не спарринг, и я слежу за всеми.

Еще один прыжок назад от тычка в меня другой шоковой дубинкой. Человек буквально прыгнул в меня и уже медленно поворачивается. По глазам вижу – он уже осознал, насколько ошибочным оказался этот маневр.

Они все слабые маги. Вокруг светятся покровы щита, но их до смешного недостаточно. Сжатие энергии на кромке острейшего, сверхпрочного лезвия уничтожит такую защиту одним касанием. Сам я уже тоже запускаю покров, пользуясь памятью и рефлексами Эйгона.

На руку мужчины опускается лезвие, начисто срезая ее чуть ниже локтя. В меня же влетает очередной дротик и новая ударная волна. А тот, что с поврежденной дубинкой, уже метнул в меня несколько кинжалов, заряженных магическим электричеством.

Приходится уклоняться. Не знаю предел текущего барьера, который еще и колеблется. До чего я медленный! Ужасно не хватает привычных усилителей.

Стиснул зубы, на пределе скорости меняя позицию. Полученные удары барьер выдержал, но теперь я встал так, чтобы метатель кинжалов со сломанной дубинкой оказался между мной и двумя оставшимися. Едва приняв устойчивое положение, перехожу в наступление. Человек пытается парировать выпад дубинкой, но я всей силой мускулов изворачиваюсь и резко меняю траекторию удара тяжелого клинка, ударив вдоль дубинки и почти выбив ее из рук, врезаю по небольшой гарде.

Шаг назад, смена стойки и колющий удар пронзает живот что-то кричащего, паникующего человека. Из раны вырвался всполох пламени, а внутри сейчас должен разливаться чистый кислород. Покрывной щит лопнул без всякого сопротивления. Человек выронил оружие и хватается за живот, с воплем падает, а через секунду его отбрасывает на меня ударная волна.

От кинутого слабым ударом тела просто делаю шаг влево, принимая на барьер кинжал и огненный шар. Те двое отошли дальше, и огненный маг, у ног которого валялся выроненный дротик, разворачивается и начинает убегать. Я же, не сомневаясь, кидаю меч ему в спину: слабо – медленно. Но лезвие ударило в позвоночник чуть ниже лопаток, уйдя в тело на пяток сантиметров. Еще один крик страшной боли, пробившейся сквозь плавную музыку в моих наушниках, человек падает.

В это время метавший ударные волны уже бежит на меня. В левой руке он сжимает шоковую дубинку, а в правой – горящий пламенем короткий меч, извлеченный из ножен на поясе. Зубы напавшего стиснуты, глаза налились кровью.

Отзыв меча.

Клинок, упавший около пытавшегося сбежать, распадается на энергию, которая исчезает в пространстве, рванув ко мне.

Призыв.

Когда человек уже был рядом, у меня в руке вновь возникает Дирнуин. Ярость и насмешка над «кинувшим оружие» сменяется шоком. Я же смещаю корпус и, вложив в замах всю силу мускулов, наношу горизонтальный удар, пришедшийся точно в живот нападавшего. Одежда коротко вспыхивает, а за ней и кожа с плотью. Выпущенная из рук шоковая дубинка все же бьет мне по плечу, но контакт слишком короткий, и она уже выключается.

Удар почти располовинил человека, мне не хватило силы. Я же не останавливаюсь,