Я (не) смогу тебе помочь - Татьяна Киселева

Я вздохнула и снова открыла ноутбук: — Давай, Вася, работай. Хватит прохлаждаться. Увидела и увидела. Подумаешь, призрак сидит, носками торгует. Хочет и сидит, тебе-то какое до этого дела. Тебя же она эти самые носки продавать не просила. Вот и успокойся…

Устроив себя, таким образом, аутотренинг, я всё-таки смогла успокоиться и погрузиться в работу.

Бабулька ни в эту ночь, ни в следующую так и не объявилась. А ещё через пару дней я о ней и думать забыла.

Целую неделю я жила спокойно. Никакие потусторонние гости мою квартиру больше не посещали, что меня, признаться, очень радовало. Я решала свои проблемы, занималась рецензированием и переводами.

Подолгу гуляла с собакой, даже завела знакомство с парой соседей, у которых тоже были корги. Твёрдо решив изменить свою жизнь и устроиться на работу в офис, закинула резюме в несколько организаций. И теперь терпеливо ожидала приглашения на собеседование.

Очередной день завершился неожиданно быстро. Я отвлеклась от работы, когда за окном уже прилично стемнело. Размяла затёкшие мышцы спины и шеи подумала, что по-хорошему, нужно бы нормально поужинать. Но кусок в горло не лез, поэтому налила себе чай и подошла к окну.

Погода заметно ухудшилась: завывал ветер, шёл снег, и температура опустилась, как минимум градусов на пять, так как на окнах появились морозные узоры.

Проверила, закрыты ли окна, прикрыла шторы и вернулась к рабочему столу. Перед тем как начать редактировать очередную главу, включила музыку. У меня уже давно сформировался плейлист музыкальных треков, под которые мне было комфортно работать. Редактура книги была практически завершена, осталось всего каких-то пять глав, и можно приступать к следующему заказу.

Эта книга была у меня на особенном счету. С её автором нас связывала дружба и долгое знакомство. Играло свою роль и безграничное доверие ко мне Натальи. Надо сказать, что я всегда добросовестно относилась к своей работе, но над Наташиной историей трудилась с особой скрупулёзностью.

Сев за стол, поёжилась. Мне показалось, что холодный ветерок тронул моё лицо, шевельнул пряди волос и пробежал прохладной волной по позвоночнику.

Странно. Откуда бы здесь взяться сквозняку, все окна закрыты, только что проверяла.

Я снова зябко повела плечами, вздохнула и принялась за работу.

— Василиса, — донеслось до меня. Моё имя прозвучало глухо, так, словно я слышала его сквозь толщу воды, или забравшись с головой под подушку и одеяло. Я насторожилась, но продолжила работать.

Лишь когда моё имя прозвучало громче, подняла голову и обернулась. Вопреки моим ожиданиям, комната была абсолютно пуста.

«Так, пора отдыхать. А то уже мерещится бог знает что. Я сегодня и так довольно много сделала».

Закрыв документ, отключила ноутбук. Встала и, щёлкнув выключателем на настольной лампе, устало потянулась. Широко зевнула и направилась в ванную чистить зубы.

Потом нанесла на лицо маску. Выжидая, пока она подействует, расправила кровать и приоткрыла окно, проветрить комнату. На часах было всего одиннадцать. Ого! Так рано спать, я давно не ложилась. Через несколько минут пошла умываться.

Я совершала привычный ежедневный ритуал, а в голове крутились мысли о неотвратимо приближающемся празднике. Скоро Новый год. Вчера случайно обнаружила в супермаркете, что уже начали торговать ёлочными украшениями.

Я любила Новый год, запах мандаринов и сосновой хвои. Суету и яркие огни новогодней ёлки. Любила…

Теперь же мне не хочется, чтобы этот праздник наступил. Первый Новый год без Макса…

В груди опять защемило, и слёзы подступили к глазам. Я усилием воли заставила себя успокоиться. Включила холодную воду и умылась. Потом открыла баночку и, зачерпнув подушечками пальцев, взглянула в зеркало, чтобы нанести крем на лицо. И даже не вздрогнула, когда внезапно за своей спиной разглядела в зеркале отражение женщины.

Знакомой мне женщины. Той самой бабушки, что встретила на перроне, и которую уже не ожидала увидеть.

Вздохнула и резко обернулась, столкнувшись с ней взглядами.

— Вы всё-таки пришли? — это были мои первые слова. А она посмотрела на меня понимающим взглядом, дескать, «надоели, да?» — и медленно кивнула.

— И вам тоже нужна моя помощь? — в ответ ещё один кивок.

— Что-то вы не сильно неразговорчивы, — недовольно проговорила я. — И чем же я могу вам помочь? Только не говорите, что мне нужно будет найти ваше тело!

— Не скажу, — фыркнула старушка, — тело моё там, где ему и полагается быть. В могиле червей кормит.

«Вы посмотрите только на неё! Она ещё и шутить пытается, — мрачно подумала я, — Юмористка, однако».

— С телом всё в порядке. Душа у меня за внучку неспокойна. Одна я у неё была. Вот ей я и прошу тебя помочь.

— Простите, а чем я могу ей помочь? Какого рода помощь-то требуется? Деньгами, что ли?

— Варя связалась с нехорошей компанией. Я переживаю за неё, это может плохо кончиться…

— Простите, а как я могу вас называть?

— Зови меня бабой Глашей.

— А по отчеству? — уточнила я, но она не ответила.

Видимо, призраку было привычней, чтобы его называли, так как звали при жизни. Ну, что же: баба Глаша, так баба Глаша, мне выбирать не приходится. Хотя к людям старшего возраста я привыкла обращаться уважительно.

— Баба Глаша, но каким образом, по-вашему, я могу помочь вашей внучке? — ожидая ответа, продолжила наносить на лицо ночной крем. В моей голове возник образ молоденькой девчонки, в обществе гогочущих подвыпивших парней. У нас как раз по соседству толкутся такие. Никому от них покоя нет.

Это из такой вот компании мне вызволять девчонку? Настроение резко стало ухудшаться: — Как, по-вашему, я должна заставить вашу внучку расстаться с этими людьми? Знаете же, свои мозги в чужую голову не вложишь. Молодёжь нынче слишком самостоятельная. Кто я для неё? Чужой человек, не более. Не думаю, что она меня послушает.

— Сделай так, чтобы послушала. К сожалению, она меня не видит, и я не могу подсказать, как поступить правильно. Девочка