Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

— Врёт, — припечатывает Мартинес, дискредитируя меня. — Не еле нашли. Я здесь не потеряюсь, а вот ему возле входа уши придавило.

— Чего хотели-то? — полицейский говорит без вызова, но и без особого радушия.

Вроде как показывает, что ценит время.

— Это всё он, — одноклассница упирает палец мне в грудь, занимая место рядом и касаясь под столом своей ногой моего колена. — Это он от тебя чего-то хотел. Я тут исключительно в роли спутницы и переводчика, хе-хе.

— Слушаю, — Эрнесто смотрит на меня. — И пока не начали. Почему не по обычным каналам?

Перед ним стоят чашка, стакан и ещё один стакан странной формы, но по виду алкоголя нет ни в одной из посудин.

— Несколько прикладных вопросов, — пожимаю плечами. — Я человек консервативный, удалённо таких вещей не решаю. Опять же, являясь натуралом, очень ограничен в дистанционной коммуникации, а тема серьёзная.

— Очень?

— Для меня серьёзная, — уточняю. — Тебе может и на раз плюнуть. Первое. Спасибо большое за поддержку в суде. Я понимаю, что всё было не только и не столько ради меня. Если сейчас начну совать тебе в руки свои копейки, получится смешно. Но хотел хотя бы лично проговорить благодарность: я оценил. Обещать на будущее не могу, но запомнил.

Полицейский лаконично кивает, опуская веки.

— Ещё имел место такой разговор, — соединяю наши с ним браслеты в тактильном контакте и отправляю ему файл Тики, где заместитель местного военного прокурора выступает в достаточно оригинальной роли.

С ней этот момент оговорен, она не возражала.

— Занятный разговор, — без каких-либо эмоций констатирует Вальдес, прослушав и просмотрев запись в ускоренном режиме. — Сам принцип ни для кого, по большому счёту не секрет. Как только вдалеке начинает маячить солидный куш, у титульных без исключения срывает крышу. Хотя, конечно, именно от Тераяма лично я такого не ожидал, хм.

— Никто не ожидал. Моя опекунша говорит, неслыханно и для неё тоже шок или рядом с ним.

— Она просто всю жизнь с другими людьми общается, — лениво отмахивается Эрнесто, отпивая из чашки. — С так называемыми порядочными, топы рейтингов. Когда у соседей прорезаются нравы самого простого народа, для них это почему-то всегда как снег на голову. При этом, когда подобное льётся на головы нетитульных — никому и дела нет. Как так и надо.

— Оторванные от реальности, — лаконично роняет Мартинес.

— Так… Виктор, твой файл я изучил, принял к сведению и уже удалил. Если все твои вопросы происходят из него, переходим к делу; если нет — озвучивай, пожалуйста, весь список, а потом будем двигаться по порядку. У нас есть полчаса.

— Тераяма-дед не единственный вопрос, есть и второй. Кто убил моего отца?

— Какой вопрос приоритетнее? — у Эрнесто такой вид, как будто он в электронном блокноте через расширение незаметно размечает план-схему будущих мероприятий.

— А вот на эту тему я бы очень хотел выслушать твой совет.

— Хм. — Его взгляд фокусируется, выныривая из интерфейса. — У тебя с ней серьёзно? — кивок на ошалевшую Мартинес.

— Какое это имеет отношение к делу?

— Сложите, пожалуйста, ваши браслеты сюда, — он указывает взглядом на деревянную подставку типа подноса под чашкой.

Потом первый подаёт пример.

Айя, не говоря ни слова, всё с тем же удивлённым лицом делает, что просят. Потом, впрочем, выдаёт:

— А ты чё, решил моей нравственностью озаботиться? Так ты вроде не из полиции нравов.

— Дорогая, на тебя мне вообще по большому счёту плевать, зарплату я получаю из другого источника, — добродушно отмахивается полицейский. — У тебя иллюзия собственной грандиозности. Скажем, я хотел увидеть, что в нашем обществе ещё есть люди, у которых на самом деле нет расовых предрассудков. Он же чистый белый.

Кажется, я здесь чего-то недопонимаю.

— По мне, крайне неудачный вопрос для подобного исследования, — честно говорю, что думаю. — И, вне зависимости от того, что чувствую, отвечать на него третьему человеку не буду.

— А и не надо отвечать, я уже по твоей морде все увидел. Так, блокировка работает… На самом деле два твоих вопроса — это один и тот же вопрос, — латинос забрасывает ногу за ногу.

— Пояснишь?

— Как думаешь, почему за столько времени элементарное дело по твоему отцу до сих пор не завершено? Если ты не в курсе: наезд был совершён средь бела дня, посередине многомиллионного города, где каждый квадратный метр уже давно находится под перекрестным контролем трёх или пяти камер наружного наблюдения. И система работает, поверь.

— Я думал через тебя предложить денег, чтобы дело сдвинулось с мёртвой точки. Там, откуда я родом, твои коллеги тоже не особо охотно выдавали трудились бесплатно в таких случаях. Но систему можно было заставить работать, простимулировав материально: только давать надо через кого-то из своих. Надёжнее.

— Хм. Зерно истины есть, но ты не в теме. Виктор, за это дело никто не возьмётся. Вернее, дознаватель будет тупить до последнего и в итоге повесит на себя висяк, но обвиняемых в деле не будет. Только неустановленные лица.

— Ты уже что-то узнавал?!

Он что, уже в курсе?

— Глянул материалы по сетке, — кивает Вальдес. — Потом спросил пару человек по горизонтали. Просто ты снаружи системы и тебе не ясно элементарное: если такой беспредел в центре города никто не расследует нормально, значит, проблема комплексная. Одними деньгами такие затыки не решаются, сколько ни заплати. Тем более, ты.

— А как правильно было бы действовать?

— Вначале нужно понять, что происходит, — роняет хмуро Мартинес. — Как говорит наш старший товарищ, оценить обстановку.

— Именно. Виктор, я дам тебе совет, даже больший, чем ты рассчитывал получить. При условии, — он переводит взгляд на мою спутницу. — Что ты будешь сидеть молча, прикусив язык и не лезть в разговор мужчин.

Айя картинно накрывает рот двумя ладонями и зажмуривается.

— Если бы я был на твоём месте, я бы боролся не со следствиями, — Вальдес как-то резко стареет на вид и перестаёт быть похожим на себя предыдущего. — Устранять нужно причину.

— Кто бы спорил.

— Тебе нужно как можно скорее поднять свой рейтинг до такого уровня, когда нашему департаменту и в голову не взбредёт игнорировать или не замечать.

— Хороший совет, — говорю как можно нейтральнее.

— А ты не язви. Как думаешь, почему Тераяма так буйволом попёр? Хамасаки всё же фамилия, мягко сказать, не из последних и не самая беспроблемная, чтобы с ней так бодаться.

— Не знаю. Мне кажется, нужно знать расклады титульных, чтобы понимать глубоко. По-моему, у старика просто крыша съехала — но это моё личное субъективное мнение.

— У Хамасаки пополз вниз рейтинг, причём сразу по нескольким иерархиям. Кроме того, из-за