"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

– Да.

– Хорошо.

– Почему?

– Если бы не знали, решили бы, что мы что-то скрываем.

– А мы не скрываем?

– Скрываем. Но не то, что они ищут, – ответила Лена.

Она отпустила его руку.

– Ты всё ещё думаешь, как маршал.

Артём посмотрел на погасший служебный знак.

– Привычка.

– Отвыкай. Власть тебе всё равно не шла.

– Ты говорила обратное.

– Я говорила, что форма сидит неплохо. Это не одно и то же.

На личном канале Артёма появился вызов Яны без изображения.

– Ты у Лены?

– Да.

– Откройте прямую линию. С защитой.

Лена соединила терминалы квартиры и браслета напрямую.

– Томаша переводят, – сказала Яна.

– Куда?

– Во внешний блок при Порте. В карте появилась «неврологическая нестабильность» и риск нарушения внимания.

– Ты это подтвердила?

– Нет. Меня к нему не допускают. Заключение пришло от внешней координации.

Лена наклонилась к терминалу.

– Они изменили результаты?

– Нет. Данные те же. Внешняя координация поставила своё заключение выше моего.

Артём посмотрел на свою шину. Та же схема, только вместо груза человек.

– Когда перевод?

– Через сорок минут, – ответила Яна.

– Я приду.

– Нет. Ты под наблюдением, без мандата и с одной рабочей рукой. Твоё появление только даст им повод закрыть сектор.

– Что ты можешь сделать?

– Добраться до Томаша, осмотреть его и заставить их оформить решение административным распоряжением, а не медицинским заключением.

– Это их не остановит.

– Зато они не смогут сказать, что его изолировали врачи.

– Что нужно от нас? – спросила Лена.

– Пока ничего. Если успею, передам копию распоряжения, – сказала Яна.

Связь закрылась.

Через несколько секунд замок тихо щёлкнул. На квартирной панели появился внешний запрос на подтверждение владельца помещения и присутствующих идентификаторов.

Лена погасила экран.

– Разговор слышали?

– Не обязательно. Старый канал передаёт метаданные.

– Медицинский идентификатор Яны.

– Или мой.

Запрос исчез. Замок остался закрытым.

За прозрачной панелью жилой галереи люди несли еду, инструменты, детей. На стеновом экране повторялось сообщение:

ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ ГОРОДА ПРОДОЛЖАЕТСЯ БЕЗ ИЗМЕНЕНИЙ

Под ним техники снимали очередной городской считыватель.

Лена выключила нагреватель.

– Не торопись домой.

– Моя квартира очевидна.

– Моя тоже. Но здесь есть кофе и человек, который скажет тебе, когда ты несёшь чушь.

Артём взял кружку здоровой рукой.

– Полезная служба.

– Последняя, которую они ещё не переподчинили.

Яна Серова вошла в закрытый блок по аварийному медицинскому допуску. Основной медицинский допуск уже не проходил. Дверь открылась только по аварийному: перед переводом требовалась подпись врача.

Томаш сидел на кровати уже одетый. Ботинки стояли рядом, сумка была собрана.

– Быстро тебя выписали, – сказала Яна.

– Сказали, переводят.

– Это не выписка.

Дверь закрылась. Голосовую запись Яна отключила, видеонаблюдение оставила.

– Голова болит?

– Нет.

– Тошнота, вспышки перед глазами, потеря ориентации?

– Нет.

– После последнего эпизода что-нибудь было?

– Только скука.

Проверка зрачков, координации, чувствительности и речи ничего нового не показала. Томаш без помощи встал, прошёл несколько шагов и вернулся к кровати.

– Устал, – сказал он.

– После месяца перелёта и двух суток без нормального сна это не открытие.

Новых медицинских данных в карте не было. Зато над заключением городского врача стояла строка с более высоким приоритетом:

НЕВРОЛОГИЧЕСКАЯ НЕСТАБИЛЬНОСТЬ

РИСК ПОВТОРНОГО НАРУШЕНИЯ ВНИМАНИЯ

РЕКОМЕНДОВАНО ВНЕШНЕЕ НАБЛЮДЕНИЕ

Автором значилась внешняя медицинская координация.

– Они нашли что-то новое? – спросил Томаш.

– Нет. Они изменили того, кто имеет право решать, что означают старые данные.

– Как с маршрутами.

– Что именно?

– Двигатели работали, коридор был штатный. Потом пришёл чужой допуск и решил, что штатный маршрут больше не главный.

На панели появился Викрам Рао.

– Яна, они на посту. Перевод через двадцать минут.

– Я ещё не закончила.

– Я так и сказал.

– И?

– Спросили, кто теперь определяет расписание осмотров.

Яна вышла на пост. Там ждали портовый сотрудник, юрист и мужчина в белой куртке без городской эмблемы.

– Доктор Мейер, внешний медицинский контроль, – представился он.

– Вы осматривали Новака?

– Я изучил результаты, – ответил Мейер.

– Значит, не осматривали. В карте написано «неврологическая нестабильность». Кто отвечает за эту формулировку?

– Внешняя медицинская служба.

– Служба не врач.

Мейер помолчал.

– Я отвечаю.

– Тогда назовите срочное медицинское показание для перевода.

– Был эпизод нарушения внимания. Есть риск повторения.

– Сейчас он не управляет кораблём, новых эпизодов не было.

– Есть основание безопасности, – вмешался портовый сотрудник.

Яна повернулась к нему.

– Вот его и оформляйте. Без медицины.

Юрист открыла пакет особого управления.

– В режиме «Инцидент» внешняя служба вправе определять место медицинского наблюдения.

– Вправе. Только это административное решение, не заключение лечащего врача.

– Различие формальное, – сказала юрист.

– Для вас. Для пациента между лечением и охраной разница вполне физическая.

За постом Рао следил за медицинским журналом. Индикатор записи продолжал гореть.

– Отключите запись, – сказала юрист.

– Не могу. Вы меняете карту пациента.

Мейер устало провёл ладонью по лицу.

– Никто не пытается использовать медицину против пациента.

– Тогда назовите медицинскую причину срочного перевода, – сказала Яна.

– Риск повторной дезориентации. До завершения оценки его участие в процедурах, требующих устойчивого внимания, должно быть ограничено.

– До завершения оценки его участие в процедурах, требующих устойчивого внимания, должно быть ограничено.

– В том числе в опросах?

Мейер помолчал.

– Это решает служба расследования.

– Вот и медицинская часть закончилась, – сказала Яна.

Она вернулась к карте Томаша и нажала «отклонить перевод».

– Неврологический статус стабилен. Новых эпизодов нет. Медицинских показаний для срочного перемещения не обнаружено. Перевод лечащим врачом не рекомендован.

Под заключением появилась её подпись.

Через секунду система добавила:

РЕШЕНИЕ ЛЕЧАЩЕГО ВРАЧА ПРИНЯТО К СВЕДЕНИЮ

АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЕ: ПОДТВЕРЖДЕНО

Яна повернула экран к Мейеру.

– Теперь правильно.

Юрист проверила документ.

– Формулировка допустима.

– И видно, кто за неё отвечает.

Портовый сотрудник открыл дверь палаты.

– Новак, выходите.

Томаш появился с сумкой.

– Носилки не нужны? У меня же нестабильность.

– Иди сюда, – сказала Яна.

Она ещё раз проверила его перед камерой.

– Сознание ясное. Ориентирован. Передвигается самостоятельно. Жалоб не предъявляет.

– Достаточно, – сказал Мейер.

– Я