Ловец знаний 1-11 - Роман Романович

Каей драки. Весь мох был вытоптан, ближайшие деревья уничтожены, отчего площадка увеличилась. Те деревья, что ещё стояли, остались без веток. А напомню, что растительность тут гигантская. Поэтому вокруг площадки был настоящий бурелом. Мы его образованию активно способствовали, каждый вечер перед уходом прибираясь и формируя стену. Это не самая надежная защита, но от случайных зевак убережет.

Проход же к площадке был сделан так, что по прямой не пробежишь. Надо обогнуть корни, перелезть через толстый, поваленный ствол дерева — и только после этого окажешься на месте. Это бревно было где-то мне по грудь. Пришедшие воины не сильно мне в росте уступали, поэтому мы спокойно могли разглядеть друг друга.

Когда троица подошла, я как раз находился рядом. Специально так встал, ожидая гостей. Остальные тоже недалеко топтались. Утром у нас была разминка. Как говорила Хала, зверские, бесчеловечные упражнения на растяжку.

— Это ты нас учить будешь? — спросил крепкий солдат со шрамом на лице.

Взглядом я привычно скользнул по их нашивкам. Хочешь выжить в армии и понять, с кем общаешься, учись разбираться в знаках. Помимо привычного разделения по званиям, были ещё знаки аристократов и отрядов. Крупные аристо приводили, можно сказать, свои полноценные армии. Могли и сотню элиты выставить, плюс пару сотен ветеранов. Но герцогство состояло не только из крупняка, но и из тех, кто помельче. Были и такие, кто отсылал воинов, но сам не присутствовал. Или такие, кто пришёл, но талантливыми командирами не обладал. Вот и получалась прослойка солдат, которых собрали в общую кучу, а потом разделили на отряды. Это где-то половина от всей армии.

Троица была из этой самой прослойки. Из разных отрядов и от имени разных аристократов. А значит, с ними можно проще общаться. Хотя тут как посмотреть. Мелкие аристократы бывают куда мстительнее.

— Видимо, я.

— Что-то ты больно молод, — сказал мужчина, при этом разглядывая бревно перед собой. — А это что, загон для детишек, чтобы не сбежали?

Остальные двое смотрели на меня так, будто с утра кирпичей пожрали.

— Если что-то не нравится, так валите на хрен, — влезла Кая.

Кто бы сомневался, что она вмешается.

— Бешеная девка тоже тут, — сплюнул крепыш.

Ну и… Я выпустил пустые руки, схватил его за горло и перебросил через бревно, впечатав в землю перед собой.

— Если выбраться сможешь, то и учить мне тебя нечему.

Два оставшихся на земле солдата на это никак не прореагировали. Точнее, нападать не стали, а лишь усмехнулись. Крепыш вырваться не смог. Так и познакомились, пройдя через ритуал, у кого член больше.

— Так бы сразу и сказал, что талантливый, — уже куда спокойнее проговорил крепыш, поднимаясь. — А научить сможешь, как так быстро продвинулся?

— Если уж я этого бестолкового научил, — махнул рукой в сторону Резано. — То и с вами справлюсь.

На это замечание троица скривилась куда сильнее, чем сам парень. Он вообще не скривился, а лишь улыбнулся этой своей фирменной улыбочкой, чем испортил мне настроение.

А троица же напрягалась по той причине, что они должны были знать, куда идут. А значит, и с кем я общаюсь. Между наследником Ветиосов и рядовым солдатом — километровая пропасть. Поэтому то, что ему далось легко, им может стоить титанического труда.

— Показывайте, чему научились.

— Так это… — почесал макушку крепыш, имя которого я до сих пор не спросил. — Ничему. Поэтому и пришли.

— А зачем тогда вообще пустыми таинствами занялись? — обвёл я их взглядом.

Надо же, как повернулось. Когда пришли сюда, так и фонили тестостероном, будто круче их только горы, а сейчас чуть ли не покраснели и стушевались.

— Так уникальная возможность же.

Я понимающе кивнул. А что тут непонятного? Давид Пустой пусть и ужасный учитель, но обладатель редкого, ценного направления. Попасть к нему задёшево — это и правда уникальная возможность.

— Тогда покажите, что в целом умеете. Свои стандартные таинства.

— Зачем? — спросил крепыш.

Я приподнял бровь, на чём спор и закончился.

Главный принцип был озвучен в самом начале: если что-то не нравится — валите на хрен отсюда.

На учеников я посмотрел. Никаких особых проблем не увидел. Сначала пригляделся к тому, как они таинства используют. Потом объяснил про вибрацию. Когда с Давидом занимались, до них тупо не доходило, что надо делать. Попробовал объяснить, показал на своём примере. Подозвал Резано, и он тоже показал. В итоге сделал выводы, почему они не продвинулись на пустом пути. Давид — он как отсечка. Если ты тупой, несообразительный, не способный сам обучаться, то его уроки ничем не помогут. А вот если можешь выжать максимум из оброненных крупиц знаний, что просачиваются сквозь убогие объяснения мастера, тогда да, сможешь.

Эти ребята были не из этой породы. Поэтому мне пришлось постараться, чтобы подобрать объяснения, которые до них дойдут. В этом главная сложность. Благодаря тому, что я выходец из другого мира, мой кругозор куда выше. А у этих ребят… Что словарный запас, что чувственный опыт — им тупо не хватало развития, чтобы воспринять информацию. Ну да это лишь досадное препятствие, а не непреодолимая стена.

На удивление, у крепыша у первого начало получаться.

— Идите, дальше сами тренируйтесь. Завтра в то же время приходите, — сказал я в конце.

Троица выглядела воодушевленной. Занимались мы около двух часов, и за это время у одного из них что-то получилось. Остальные тоже что-то могли, но это была слабая вибрация в отдельных частях покрова. Мизерная часть от того, что надо сделать.

Тем не менее это результат. Главное, что до них дошло, куда двигаться дальше. Пусть практикуются в течение дня, а там посмотрим.

Если подумать, то моё участие дальше и не особо нужно. Проблема Давида в объяснениях. А вот знаний у него куда больше, чем у меня. Поэтому за секретами пустого пути всё равно нужно будет идти к нему.

— Вот оплата, — достал крепыш из-за пояса три золотых.

— Ага, — забрал я деньги.

И чуть слезу не пустил. Всего три золотых, блин. Только на еду и хватит.

— Да ты теперь богатый парень, — рассмеялась Кая, когда они ушли.

— Чего ржёшь? — глянул я на неё строго. — Иди по дереву бегай. Ты должна это освоить как можно быстрее. Иначе в горах делать нечего.

— Да-да-да, — скривилась Кая.

Хала улыбнулась, увидев эту сцену. Сама-то она более-менее по вертикальным поверхностям бегать научилась.

— А ты чего улыбаешься? Иди сюда, — позвал я её. — Пора тебе тоже пустые таинства осваивать. Есть у меня одна задумка…

* * *

Ученики пришли утром. А ближе к обеду к нам