"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 - Иван Басловяк

Нам то самим это уже не нужно! Перебьется Россия, у нее еще много чего есть. Хватит воровать и вывозить на долгие годы многим хитрозадым деловарам. Но я с этим явлением ничего сейчас сделать не могу, даже если утоплю в заливе или перестреляю сто тысяч воров, жуликов и казнокрадов. Их повылазило, народилось, сбросило шкурку добропорядочности гораздо больше. А если они правят страной, то что остается делать остальным? Брать пример!

Последний заявленный и проплаченный контейнер занял свое место на палубе. И тут на причал выехали еще две фуры с контейнерами. Докеры быстро подцепили один, и он, проделав короткий воздушный путь, замер на палубе. Прошло несколько минут, и этот контейнер вновь занял место на автомобильном прицепе. Рыкнув дизелем, тягач шустро покинул причал, а на его место встал второй. Процедура повторилась.

– Что за дела? – спросил я смотрящего за этим причалом. – Кто хозяин, что за груз и где оплата этого цирка?

Приехавший на одном из этих странных автомобилей парниша, смерив меня наглыми глазками и скривив губы в презрительной улыбочке, растягивая слова произнес:

– Груз Циклопа, какой – не твое дело, оплаты не будет. Будут вопросы, обращайся к смотрящему за краем. То-есть, к Циклопу, – теперь уже откровенно хохотнув, парниша ловко вскочил на подножку тягача. Вернее, хотел вскочить, но промахнулся! Нога с подножки соскользнула, рука не успела ухватиться за ручку двери, и парниша со всего размаху приложился о край железной подножки. Кровь, слюни, сопли и зубы брызнули в разные стороны. Зря он мне так хамски ответил. Мог бы быть и повежливее. Но и вежливость не спасла бы его от жесткого контакта с железом. Стоялыми жеребцами заржали над неуклюжим пацаном мои боевики. Я уже знал, что за груз попал на борт филиппинского судна, порывшись в сознании мелкого паршивца. А когда мимо меня, окутанные алкогольным выхлопом, прошли таможенник, оформлявший отход судна, и пограничник, дававший «добро» на пересечение границы экипажу и тридцати восьми пассажирам, я узнал подробности.

Тридцать восемь российских девчонок отплывали на этом судне по туристическим визам. Это официально. В действительности же везут их работать. Нелегально и не в том качестве, в котором обещали вербовщики. Решение вмешаться возникло у меня мгновенно. Пароход, отдав швартовы и, погудев на прощание, отвалил от стенки. Я отпустил своих бандосов, включая и телохранителей. Дождался, пока все разъедутся с причала. Зашел в тенечек, активировал сапфир кольца невидимости и, включив антиграв, взмыл в воздух.

Впереди маячили кормовые огни уходящего из бухты парохода. Догнать его не составило большого труда. Опустился на палубу. Осмотрелся. Вахтенные по палубе не шлялись, нечего им было на ней делать. Это ведь торгаш конца двадцатого века, а не шестнадцатого. Опасаться в российских водах некого, а за обстановкой на море локатор следит. Вот и сидит вахта в рубке. Я пробрался к ней поближе, заглянул внутрь. Увидел пятерых, включая капитана. Правильно! Выведет судно из бухтенной толчеи, передаст вахту помощнику и пойдет отсыпаться. Дальше – спокойная, размеренная работа до порта назначения. А аврал только во время шторма. И разгрузки.

Хорошо быть невидимкой! Облазил весь пароход, дожидаясь, пока он в нейтральные воды выйдет, и штурман проложит генеральный курс. Заглянул на камбуз. Там орудовал пожилой филиппинец в чистом, на удивление, фартуке и, что еще удивительней, белом поварском колпаке. И пахло у него на камбузе довольно вкусно. Не удержался и спер из кастрюли обжаренную куриную ногу. Попав в мои руки, нога тоже исчезла от стороннего наблюдателя. После камбуза спустился в трюм. Нашел девчонок, рассованных по каютам. Двери на замке, но для меня это не проблема. Послушал, о чем говорят пленницы, и пошел брать на абордаж лоханку работорговцев.

С моими способностями это оказалось сделать не трудно. Даже никого убивать не пришлось, хотя «Стечкин» в наплечной кобуре очень этого жаждал. Просто я подходил к каюте, вежливо стучал в дверь. Мне открывали. Я делал короткую пси-атаку, вкладывал в мозг человека жесткую установку на беспрекословное подчинение, и шел к следующей каюте. Люди продолжали выполнять свои обязанности и делать прерванные моим вторжением дела. Но в нужный мне момент все они будут выполнять то, что я прикажу. Капитана поймал на выходе из рубки. Сначала конкретно покопался в его памяти на предмет полезной для меня информации. Потом подчинил и отправил спать. Последними добровольно-принудительно перевербовал вахтенного помощника, рулевого и радиста. Все. Корабль со всем, что на нем есть, в моем распоряжении.

Для начала вывел в коридор всех девчонок. Растрепанные, со следами обильных слез на щеках, они сбились в плотную кучу и смотрели на меня испуганными глазами. Самой старшей на вид не больше двадцати.

– Так, девоньки, – произнес я. – Вы знаете, куда и для чего вас везут?

Сначала было молчание, потом робкий дрожащий голосок произнес:

– Во Францию, горничными работать.

– А нас в Англию, за детьми присматривать…

Посыпались еще названия европейских стран и вполне пристойных должностей, на которые ну только русских девчонок и ждут с нетерпением. Святая простота! Милые наивные дети…

– Как мне не прискорбно вас разочаровывать, но, – я сделал паузу и внимательно посмотрел на девчонок. – Вас везут на Филиппины, а не в Европу. И работать вы будете в тамошних борделях. Кем, сами догадаетесь.

Повисла тишина, через секунду разорванная плачем и возмущенными высказываниями. Но постепенно шум утих. На меня смотрели испуганно-вопросительно.

– Я пришел, чтобы вырвать вас из рук работорговцев. Но домой я вас отправить не могу, нет у меня такой возможности.

По рядам девчонок прокатился громкий шепот.

– А вы кто, и что будете делать? – голос достаточно спокойный, но немного дрожащий. Вперед выступила стройная девушка. Правильные черты лица, русые волосы заплетены в длинную толстую косу, перекинутую на высокую грудь. Стройная фигурка просматривалась даже через бесформенные брюки и куртку размера на четыре больше необходимого.

– Как вы нас выручать-то будете? – повторила она вопрос.

– Тебя как звать, девонька? – спросил я, улыбнувшись, и послал ей пси-волну, пробуждающую доверие ко мне.

– Наташа, – девушка вдруг засмущалась и стала теребить кончик косы, но взгляд не опустила.

– Кто я и как вас выручать буду, потом расскажу. А сейчас пойдем в кают-компанию и покушаем. Хорошо?

Отказываться никто, конечно же, не стал. Я пошел впереди, показывая дорогу, а девчата, переговариваясь, за мной. Кок с помощником, притащившие в кают-компанию большую кастрюлю со знакомыми мне окорочками, были весьма удивлены. А я раздосадован! Забыл про виртуозов поварешки, но оплошность свою быстро исправил. Кастрюля быстро опустела. Прихлебывая чай, девчата смотрели на меня и ждали. Я, допив свою