"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

ГОРОДСКАЯ СТОРОНА: ПОДТВЕРЖДЕНА

ОБЩАЯ ОПЕРАЦИЯ: РАЗРЕШЕНА

На схеме центрального шлюза открылась внешняя створка. Грузовая тележка вошла в камеру. Портовая смена подтвердила закрытие. Городская автоматика приняла температурный профиль.

Операция продолжилась.

Берг смотрел на схему.

– И теперь так каждый раз?

– На общих границах, – сказала Марина.

– Медленно.

– Сегодня утром было быстрее, – ответила Орлова.

Он повернулся к ней.

– И чем закончилось?

– Теперь медленнее.

В кабинет вошёл сотрудник аппарата с пустым контейнером для личных вещей. Поставил его у стены и сразу вышел.

Орлова подошла к столу. Личного там оказалось мало.

Старая фотография первого городского Совета. Бумажный блокнот, который она почти не открывала. Маленький кусок базальта с белой прожилкой, найденный ещё до строительства административного сектора.

Она положила всё в контейнер.

Марина сняла со стены личную рабочую раскладку Орловой. Вместо неё система открыла профиль Берга.

Стол остался тем же.

– Надежда Викторовна, – сказал он.

Орлова закрыла контейнер.

– Сейчас просто Орлова.

– Я не уверен, что справлюсь.

Она посмотрела на грузовую тележку. Камера выравнивала давление. Портовая подпись горела рядом с городской.

– Проверяйте каждое решение и не подписывайте чужое.

– Это совет?

– Это работа.

Марина подошла ближе.

– Вас вызовут на первичный разбор.

– Знаю.

– До него доступ в административный сектор остаётся гостевым.

– Тоже знаю.

Крылов открыл дверь.

В коридоре сотрудники аппарата продолжали работать. Никто не остановился. Несколько человек подняли головы, но Орлова прошла мимо.

На браслете Орловой прошёл статус: давление выровнено, городская сторона готова к приёму.

В кабинете Берг подтвердил внутреннюю створку.

Тележка с медицинским грузом вошла в город.

Глава 29

Вызов Томаша пришёл сразу. Изображение дрогнуло. Томаш сидел на каталке в портовом коридоре. Рядом шёл сотрудник городского медблока.

– Переводят? – спросил Артём.

– Возвращают под наблюдение Яны. Формулировки важны.

– Она не выпустит, пока не закончит проверку.

– Уже объяснила.

Томаш выглядел уставшим, но говорил ровно.

– Контакты открыли. Решил проверить на тебе.

– Работает.

– Значит, не всё сломали.

Каталка повернула в переход. За спиной Томаша закрылась дверь внешнего медблока.

– Артём, я помню первые события доверия на «Гекате». И ту строку при посадке. Если комиссии понадобится…

– Понадобится. Но журналы уже в пакете.

– Журналы не расскажут, куда я смотрел.

– Тогда расскажешь сам. После диагностики.

Томаш помолчал.

– Выходит, моя работа закончилась?

– Твоя работа сейчас – не упасть с каталки.

– Хорошо. Наконец-то задача по квалификации.

Сотрудник медблока наклонился к нему и что-то сказал.

– Доктор ждёт. Потом позвоню.

– Позвони.

Связь закрылась.

Артём лёг поверх покрывала и проспал сорок минут, пока вибрация браслета не разбудила его.

ПРОГРАММА «ТИТАН-3»

СТАТУС КАНДИДАТА ИЗМЕНЁН

ПРЕДЛОЖЕНО НАЗНАЧЕНИЕ

Артём несколько секунд смотрел на последнюю строку.

– Вот и отдохнул.

И двух недель не прошло с тех пор, как он вернулся на Марс. Теперь до нового вылета оставалось шесть часов.

Сначала – орбитальная стоянка и промышленный узел Пояса, сборка и испытания экспедиционного комплекса. Потом – Сатурн.

Артёму предлагали место вахтенного оператора второй платформы и аварийного пилота. До повторной диагностики нейроконтура к пилотскому посту его не допускали.

Назначение вступало в силу сегодня, если он его примет.

Он сложил в сумку два комплекта одежды, рабочие перчатки, зарядный блок и адаптер нейроконтура. Больше брать было нечего. Браслет остался на запястье. Маршальских прав в нём уже не было, но личность не складывают в багаж.

В транспортной диспетчерской работал ночной свет. Алимова сидела за главным постом. На соседнем месте ждал мужчина лет пятидесяти с короткими седыми волосами.

ИЛЬЯ СТРОГОВ

ЛЁТНАЯ ПОДГОТОВКА «ТИТАН-3»

– Серов, садитесь.

На стене появились два почти одинаковых корабля.

– Серийная «Хорда», – сказал Строгов. – По критическим системам и пилотским интерфейсам они одинаковые.

Артём прищурился.

– Чтобы экипаж не переучивать?

– И чтобы ремонтники не держали два комплекта решений. Если понадобится, людей можно временно пересадить с одной платформы на другую.

Строгов развернул внутреннюю схему, и сходство закончилось.

Первая платформа была набита жилыми секциями: медблок, связь, лаборатории, дополнительные каюты. Во второй почти всё пространство отдавалось работе – грузовым фермам, энергетике, ремонту, посадочному комплексу и внешним хранилищам.

– То есть потеря первой – это люди без дома.

– На второй переждут. Плотно и недолго, но переждут.

– А если потеряете вторую?

– Первая вернёт экипаж. На этом экспедиция закончится.

Артём ещё раз посмотрел на схемы.

– Значит, запасной среди них всё-таки нет.

– Я потому и не называю их основной и резервной, – ответил Строгов.

– Где они сейчас?

– На промышленном узле Пояса. Корпуса уже прогнали на тяге, экспедиционные модули продолжают собирать.

– А мы туда как?

– Шаттл до орбиты. Дальше разгонный модуль. С вами летит первая группа сборки.

Артём кивнул на вторую платформу.

– Моё место?

– Третья смена. Вахтенный оператор, плюс аварийный пилот. На первой платформе тоже получите резервный допуск.

– Без командных прав.

– Пока всё идёт нормально – без них.

– А когда перестаёт быть нормально?

Строгов посмотрел на него внимательнее.

– Командир платформы, первый пилот или автоматика фиксируют потерю управления. Если они уже не могут принять решение, право переходит к вам.

– Удобный момент для повышения.

– Обычно в этот момент никто ему не радуется.

Алимова хмыкнула.

– Знакомая схема.

Строгов пропустил замечание.

– До повторной диагностики нейроконтура к пилотским постам не подключаетесь. На перелёте вы вахтенный оператор.

– Зачем тогда брать меня сейчас? – спросил Артём.

– На сборке нужен пилот, который понимает нейроуправление и нестандартные системы. До Пояса успеете пройти обследование.

– Это официальный ответ?

– Он ещё и правдивый.

– А второй?

Строгов не стал делать вид, что не понял.

– На Марсе вам пока не дадут рабочего пилотского поста. У нас он есть.

– Он может отказаться? – спросила Алимова.

– Может.

НАЗНАЧЕНИЕ ДОБРОВОЛЬНОЕ

ОТКАЗ НЕ ВЛЕЧЁТ ПОТЕРИ ПИЛОТСКОЙ КВАЛИФИКАЦИИ

– И остаться здесь под расследованием, – сказал Артём.

– Без обвинения, – ответил Строгов.

– И без работы.

– Вероятно.

– Удобное предложение.

– Удобство не отменяет работу.

Артём снова посмотрел на корпуса.

– Кто настоял на допуске к обеим платформам?

– Командир лётной группы. Она читала отчёт С-4.

– И решила, что