Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Слова Люциана вынудили всех замолчать и погрузиться в раздумья. Тень недоверия не покинула лиц советников, но значительно потускнела, показывая, что они начинали прислушиваться к нему.

– Пожиратель хаоса? Это значит, что если начнется битва… – Один советник посмотрел на другого.

– Он будет становиться только сильнее. – Его сосед кивнул.

– Владыка… а вы точно ничего не напутали? – осторожно спросил мужчина, стоящий у стены. – Могущественные демоны питаются душами, с каких пор они начали поглощать нечто другое?

– Они всегда могли поглощать нечто другое, просто вы об этом не знали, – со смешком произнес Лион. За прошедшие полдня он так обжился в зале совета, что сейчас расселся на тумбе, пока остальные стояли, и даже дерзнул ответить вместо Люциана. – Я живу сотни лет и столько же наблюдаю за демонами, уж поверьте, их возможности обширнее, чем кажется на первый взгляд.

После его слов кто-то испуганно ахнул, но бо́льшая часть осталась стоять с холодными каменными масками на лицах. Задавший вопрос мужчина лишь хмуро покосился на бессмертного. То ли осуждал его за вмешательство, то ли просто не оценил слов, но в любом случае не стал упрекать за то, что ответил вместо Люциана. В зале, куда набилось не меньше ста человек, – да и в самом клане Луны – Лион был единственным долгожителем. Таким заклинателям дозволялось многое, за исключением вечного правления, конечно, но это не значило, что их никто не мог осадить. Просто Люциан не стал этого делать, потому что Лион играл ему на руку.

Один из советников посмотрел на Люциана.

– И вы готовы смириться с тем, что в нашем мире существует настолько сильная тварь?

– Он не в нашем мире, – спокойно напомнил владыка Луны. – Асдэм находится на пересечении двух миров.

– Это отговорка, – отмахнулся советник. – Если из Асдэма можно попасть в наш мир, то считайте, что владыка тьмы существует здесь.

– Владыка тьмы ограничен в передвижениях, – снова прозвучал голос Лиона. – Он не способен вынести свою мощь за пределы Несуществующего города, я понял это, пока жил в Асдэме. Слышал, божества наложили на него ограничение, из-за которого в мире живых он становится почти бессильным. Его даже можно убить. – Лион злобно ухмыльнулся. Он сидел, расставив ноги и уперев ладонь в колено, его поза напоминала позу бандита, собирающего головорезов на очередной набег.

– Почти бессильным? – Советники заинтересованно зашептались и начали один за другим оборачиваться к Лиону. – Он часто покидает Асдэм? Его можно убить в таком состоянии? – спрашивали они.

– Он часто покидает Асдэм, и его можно убить, – уверенно ответил Лион.

Не зная, врет он сейчас или нет, Люциан кинул вопросительный взгляд на Эриаса. Тот лишь хмыкнул в ответ и согласно моргнул, подтверждая, что Хаски просто заговаривал зубы.

– Вы знаете, как он выглядит? И где чаще всего появляется? – не унимались советники.

Лион пожал плечами.

– Где появляется, не знаю, а вот выглядит весьма примечательно: высокий, широкоплечий, с черными волосами, черными глазами, бледной, как у трупа, кожей и настолько надменным лицом, что удавиться хочется при взгляде на него. Абсолютно непривлекательный, характер отвратительный, любит носить черное, потому что только этот цвет подходит его вредной душонке; не снимает перчаток, владеет серебряным мечом, носит стрелу в ухе, – Лион постучал указательным пальцем по хрящу, – и алую ленту на запястье.

Люциан едва удержался от потрясенного вздоха. Хаски сдал своего друга с потрохами! Еще бы рассказал, какую еду он предпочитает, в какое время ложится спать и в чем заключена его жизненная сила! Люциан никак не мог понять, была ли это защита или же усложнение чужой жизни?

«Но если так подумать, то истинное воплощение Кая, которое описал Хаски, можно узреть лишь в Асдэме. В мир живых он приходит, принимая другой, более уязвимый облик, о котором Бог Обмана умолчал».

Советники продолжали расспрашивать Лиона, а он продолжал скармливать им ложь и правду, поданные под одним соусом. Он был настолько талантлив, что через десять минут угомонил всех и наконец закрыл тему войны с Асдэмом. Неизвестно, к чему пришли советники в результате этой беседы, но, казалось, выводов сделали несколько и каждый принял индивидуальное решение для себя. Возможно, кто-то останется сидеть на месте, а кто-то уже завтра отправится в путь, силясь отыскать владыку тьмы и его город, или вовсе попытается призвать его. Но как бы кто ни поступил, главное, что все отстали от Люциана, иначе эта беседа затянулась бы навечно и заставила его достать все скелеты из шкафа.

Когда советники начали покидать залу, Лион подошел к Люциану и Эриасу и шепотом сказал:

– Владыка Луны был на высоте. Я даже не думал, что вы такой умелый политик. Достойно для человека, которому всего девятнадцать.

– Благодарю, – на выдохе ответил Люциан, кивая прощающимся с ним советникам. – Без вас я бы не достиг успеха. Надеюсь, мы своими словами никому не навредили.

– Не переживайте. Раскрытие слабостей никак не отразится на благополучии этого демона. Он не только сильный, но и сообразительный, поймать его непросто.

Люциан вздохнул и устало потер лоб. Он понимал, о чем говорил Хаски, понимал, что они сделали то, что должны, но все равно чувствовал себя предателем. Он был слишком добр и всегда волновался за других, даже если один из этих «других» непобедим.

– Тебе разве не нужно к Амели? – спросил Эриас, напоминая ему о том, что они договаривались поужинать вместе.

– Ох! – Люциан словно очнулся от сна. Он взглянул в сторону окна и отметил, что вечер уже близился к ночи. – Ты прав. Мне нужно спешить.

– Так поспеши, – проворчал Эриас в спину. – Я встречу тебя через три часа.

Люциан притормозил у дверей и бросил через плечо:

– Я же говорил, что меня не нужно провожать в божественный источник. Мы на территории резиденции клана, во время медитации никто не нападет.

– Напасть могут где угодно, – сухо хмыкнул Эриас. – Я должен проверить все, прежде чем запереть тебя там.

Люциан, как и всегда, остался недоволен опекой, но промолчал и сохранил на лице спокойное выражение. Лишь в его глазах блеснул намек на истинные чувства, о которых Эриасу было хорошо известно.

– Снова липнешь к нему, – шепнул Лион за спиной, когда Люциан открыл дверь, чтобы уйти.

– Я защищаю его, – огрызнулся Эриас в тот момент, когда дверь закрылась.

Амели ждала его в своих покоях. Не то чтобы Люциан считал правильным захаживать в женские покои, но тут все обстояло в рамках приличий: комната Амели делилась на спальню и приемную, где она и проводила чайные церемонии, собирала гостей и изредка осматривала захворавших. Здесь находился