Ищущий свет - Е. Юань

«Я… никогда не предавала Город Серебра…»

Не успели эти слова затихнуть, как вгрызшаяся в Сасрира кровавая плоть вкупе с удушающей теневой мантией синхронно, гротескно раздулись.

Ба-бах!

Развороченное в мясо тело Ловии отшвырнуло прочь, словно тряпичную куклу, и оно с глухим стуком рухнуло на камни. Та самая густая тень разлетелась в клочья, осыпаясь невесомыми, призрачными лоскутами.

«Темный Ангел» Сасрир переродился в непроницаемо-черный, вязкий, до краев пропитанный леденящей аурой Падения «океан». Эта хтоническая пучина хищно заглотила и остатки разящих серебряных искр, и бушующее «Солнечное пламя», наглухо аннигилировав урон.

Секундой позже Он благополучно вернул Себе первозданный облик: всё тот же монументальный исполин, облаченный в роскошную черную мантию с серебряной вязью. Разве что призрачно-черные крылья за Его спиной изрядно поредели и поблекли.

Синхронно с этим очи Наместника Небес вновь налились золотом, а зрачки хищно сузились в вертикальные щели.

Ревущий, но при этом напрочь лишенный материальной плотности ураган взметнулся вокруг Него. Этот шквал, до краев набитый мириадами чужеродных воль и мыслей, с воем пронесся по каждому закоулку окутанного тенями чертога.

«Лишение разума»!

Только-только выкованное Дерриком «Копье Неомраченного» бесследно растаяло в воздухе, а сам паренек от леденящего шока намертво застыл на месте. Воля Колина Илиада была тверда как сталь, однако и в его разуме всколыхнулись первобытное безумие, жестокость и жажда крови — верные спутники неполной формы мифического существа. Старцу не оставалось ничего иного, кроме как бросить львиную долю духовных сил на подавление этой скверны, дабы не сорваться в бездну потери контроля. Клейн же, едва успев прийти в чувство и загнать вырвавшихся «Червей Духа» обратно под кожу, в ту же долю секунды угодил под каток этого сокрушительного удара по психике. Животный, парализующий страх прошил его тело мелкой дрожью, напрочь лишив возможности пустить в ход «Звездный Жезл».

Куда более плачевно обстояли дела у Ловии, чья плоть уже окончательно развалилась, а душа балансировала на самой грани тотального осквернения. Женщина в неистовых судорогах каталась по камням, щедро оставляя за собой лужи кровавой слизи.

В этот самый миг «Темный Ангел» Сасрир плавно вскинул левую руку. Золото в Его глазах померкло, уступив место двум ослепительным, раскаленным добела миниатюрным солнцам.

С небес один за другим начали обрушиваться пронзительные световые лучи, густо оплетенные священным пламенем. Разящие столпы били прямиком по Ловии, безжалостно стирая в порошок её душу и выжигая истерзанную плоть.

Аура женщины таяла с пугающей скоростью. Её бледно-серые глаза стремительно стекленели, навсегда утрачивая искру жизни.

Её обратившееся в кровавое месиво тело судорожно сжалось в комок. Мириады лишенных кожи, сочащихся багровой слизью рук мертвой хваткой вцепились в тот самый молочно-белый, неестественно крупный человеческий череп, благоговейно прижав его к «груди» и наглухо укрыв под собой.

Купаясь в испепеляющих лучах этого первозданного «света» и ревущем священном пламени, Ловия стоически застыла в этой гротескной позе. Она не позволяла себе пошевелиться ни на йоту, до смерти боясь обнажить реликвию и подставить её под фатальный удар.

Очередной ослепительный световой столп с грохотом рухнул с небес. Изувеченное месиво предательски подбросило от боли, однако женщина, бьющаяся в неконтролируемой крупной дрожи, так и осталась лежать, намертво свернувшись клубком.

Наконец, этот искореженный, омерзительный, копошащийся ком плоти замер навсегда. Наглухо облепив поверхность человеческого черепа, останки окончательно утратили малейшие признаки жизни, обратившись тусклым, безжизненным и выжженным прахом.

За те жалкие секунды, что «Темный Ангел» Сасрир методично стирал Ловию с лица земли, Клейну, опираясь на свою исключительную природу и солидный багаж опыта, удалось вынырнуть из-под гнета «Лишения разума». В душу юноши неумолимо заползала первобытная, свинцовая безысходность перед этой бойней.

Они выложили на стол все свои козыри, рвали жилы до предела, но умудрились лишь слегка оцарапать этого леденящего злого духа. А теперь, навсегда потеряв одного полубога, они неминуемо окажутся в куда более плачевном, суицидальном положении.

«Что делать?» — Клейн, пустив в ход «Ползучий голод» и непрерывно совершая «скачки», дабы не стать легкой мишенью, лихорадочно препарировал обстановку, отчаянно силясь нащупать хоть малейшую уязвимость врага.

«Ведь если смотреть в корень, Он — злой дух… злой дух…» — едва силуэт юноши вынырнул в очередной слепой зоне, как его духовную интуицию прошибло ослепительным озарением. Прицел его взора молниеносно сместился на ту самую пепельно-серую плиту, что покоилась на железно-черном престоле!

Спору нет, кое-какие злые духи могли похвастать наличием Потусторонних характеристик, однако львиная доля этих бестий была их напрочь лишена. Их разрушительная мощь брала исток в совершенно иных местах — к примеру, в мире духов. Само существование таких фантомов зиждилось на жесткой привязке к некоему якорю: будь то их исконные охотничьи «угодья» или же специфическая реликвия. И всех их объединяло одно железобетонное правило: опираясь на эти узлы, монстры наводили мосты с миром духов или даже Подземным царством, жадно выкачивая энергию для поддержания собственной жизни.

А этот конкретный злой дух, вылупившийся из «Темного Ангела» Сасрира и, вполне вероятно, щедро замешанный на крупицах воли самого Первозданного — откуда Он черпает Свою заоблачную мощь?

Они находились в «Земле, покинутой богами». Связь с миром духов здесь была наглухо запечатана и практически обрублена под корень, выудить оттуда силу было физически немыслимо. Сам Клейн умудрялся совершать «Телепортации» исключительно за счет специфики божественного царства или его зародыша. Вдобавок «Двор Короля Гигантов» априори не мог ссудить злому духу арсенал стезей «Зрителя», «Солнца», «Повешенного», «Читателя» или «Тирана». А те самые подлинные Потусторонние характеристики, которыми некогда владел «Темный Ангел», уже железобетонно перекочевали в плоть «Истинного Творца» и нынче здесь не водились.

А значит, ответ на вопрос о подлинном источнике силы этого монстра лежал на самой поверхности:

«Море Хаоса»!

И в этих окутанных мраком чертогах единственным предметом, намертво связанным с пучинами «Моря Хаоса», была не что иное, как та самая «Скрижаль Богохульства»!

И в тот самый миг, когда Клейн вперил тяжелый взгляд в железно-черный престол, юноша безошибочно подметил: глаза предводителя Города Серебра, Колина Илиада, тоже хищно скользнули в том же направлении.

Глава 1264 Преемник

Не было нужды ни в каких словах. Хватило лишь одного мимолетного столкновения взглядов, чтобы Клейн кристально ясно осознал: их с Колином Илиадом мысли сошлись в одной-единственной точке.

Юноша без малейших колебаний перевернул инкрустированную россыпью самоцветов черную трость, наставив её прямо на самого себя.

В следующую же секунду тело Клейна, словно карандашный набросок под безжалостным ластиком, начало дюйм за дюймом стираться с холста реальности, стремительно и бесследно растаяв на месте.

То была