Газлайтер - Григорий Володин

тупица же! Мало того, что он только что вызвал на себя и всю Данию гнев Багровых Земель, так ещё и бросил своего Рыцаря. Кто после этого захочет быть его новым Рыцарем? Сам-то он вряд ли собирается участвовать в дуэлях.

— Это было глупо, — вздыхает Ольга Валерьевна.

— Камила, вылечи наш трофей, — киваю брюнетке в сторону датского Рыцаря, которого уже обхаживают медики Гривовых. Но моя жена точно лучше любого другого Целителя. Кивнув, она послушно идёт на арену.

Через пару минут во двор буквально врывается Владислав Владимирович. Он оглядывает арену, замечает Рыцаря в отключке и досадливо машет рукой. Увидев меня, сразу спешит ближе:

— Ваше Величество, мы приехали, как только узнали, но всё равно опоздали.

— Да там не на что было смотреть, — пожимаю плечами. — Один удар всё решил.

— Не сомневаюсь, — грустно произносит Начальник Охранки. — Вы не против пройти со мной в дом? Царь тоже прибыл и просит разговора с вами.

— Да конечно, — отвечаю, так и оставаясь в рубашке с закатанными рукавами.

Он ведёт меня по знакомым коридорам. Царь сидит в кабинете Гривова и, только мы вошли, сразу говорит:

— Дуэль состоялась?

— Да, — кивает Владислав.

— Данила, прости, что это вообще случилось, — Царь разводит руками. — Ещё и на дне рождения моей племянницы.

Я отвечаю, садясь напротив:

— Произошедшего уже не исправить. Дания должна ответить.

Царь вздыхает:

— Ноту протеста я уже отправил. Предлагаю дождаться ответа короля Ольфа, а потом уже скоординировать наши действия.

Я произношу прямо:

— Нет. Мой представитель немедленно пойдёт к королю Дании и потребует официальных извинений. Ваш посол может сопровождать моего человека, но не более того. Дания и так совершила смертельную ошибку, потому что видела во мне всего лишь вашу марионетку.

Владислав Владимирович хмурится:

— Марионеткой?.. Тогда всё сходится. Принц Николай оборзел и полез на короля Багровых Земель, потому что, по его мнению, марионетка не может претендовать на руку Ольги Валерьевны.

Я поднимаю бровь:

— Да я и так вроде бы не претендую на ее руку.

Владислав Владимирович тут же бледнеет, словно понял, что нечаянно пробормотал что-то из разряда гостайны. Да ещё и Царь бросил на него сердитый взгляд.

— Ну да-да… конечно, — торопливо добавляет он. — Я имел в виду — близко сидеть с великой княжной на праздничном ужине.

Глава 13

Лейре, Дания

Зар и Мерзлотник стоят рядом с послом Царства, соблюдая протокол. Напротив них — король Ольф, крупный, раздувший грудь, пытающийся изображать невозмутимость. Но сделать это трудно, когда перед ним и Грандмастер льда, и иномирец, и ещё непонятно кто там у Багровых Земель этот самый Данила Филинов.

Ольф понимал, что Николай дико облажался. Понимал, что наследника впрямую втянуло в дипломатический скандал. Но он всё ещё не мог уложить в голове: почему вокруг такой переполох из-за какой-то марионетки? Либо Царь Борис решил упорно играть свою игру до конца, скрывая правду так, что самому уже неудобно, либо все вокруг сошли с ума.

Ну неужели Борис всерьёз собирался выдать племянницу за этого Филинова? Почему нельзя было прекратить фарс с самого начала и позволить датскому принцу нормальным образом поухаживать за великой княжной?

Король Ольф произносит громко, собранно, будто ставит точку в разговоре:

— Я принял вашу ноту протеста, конечно же.

Посол отвечает неожиданно:

— Вам следует немедленно извиниться перед королём Багровых Земель, Ваше Величество.

Мерзлотник добавляет ледяным тоном, без тени дипломатии:

— Багровые Земли требуют извинения от вашего сына и от вас как его отца.

Ольф мрачнеет, взгляд уходит вниз, потом резко взлетает на посла:

— Давайте поговорим с вами наедине.

Они отходят в сторону. Король Ольф проводит рукой по бороде — жест раздражённого человека, которому надоело притворяться:

— Зачем вы это затеваете? Всё же не настолько серьёзно!

Посол смотрит на него так, будто впервые слышит подобный бред:

— Что вы имеете в виду, Ваше Величество?

Ольф взрывается тихим, злым шёпотом:

— Ох, Господи! Хватит притворяться! Царь Борис зачем-то стоит горой за свою пешку! Даже позволил вам приволочь сюда людей Филинова, — он кивает на угрюмого Мерзлотника и на спокойного Зара. — Вот уж комедия.

Посол не моргает:

— До сих пор вас не понял, — говорит он, возможно, все еще играя, а возможно, искренне ошарашенный. — Багровые Земли никак не зависят от Русского Царства.

Король Ольф открывает рот, чтобы возразить, но посол продолжает уже твёрже:

— Более того, скажу вам как есть: Царь Борис предпочтёт сотрудничество с королём Данилой, чем с Данией, если встанет такой выбор.

У Ольфа выражение лица меняется настолько резко, будто ему только что сообщили, что солнце встало на западе. Он бормочет почти возмущённо:

— Вы всерьез отвергаете, что Филинов — марионетка Царя Бориса?

Посол смотрит на него уже удивлённо и возмущённо:

— Да кто вам такую глупость сказал? — Багровые Земли — огромное государство мироздания. И правит им единолично король Данила.

Король Ольф резко бледнеет. Он сначала пытается возразить:

— Как это «единолично правит»?

— Ваше Величество, у Багровых Земель один правитель, Русское Царство и близко не контролирует такое огромное государство.

Ольф несколько раз моргает, хватает ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, но тут же захлопывает его. Собравшись с духом, он всё же делает тяжёлый шаг к Мерзлотнику.

— Достопочтенный граф, я приношу искренние извинения королю Даниле.

— Неужели, Ваше Величество? — могучий старик даже не скрывает издёвки, глядя на правителя сильной европейской державы как на провинившегося пажа.

Но Ольф проглатывает обиду. Он не может позволить себе гордость — на кону судьба всего королевства.

— Я обязуюсь передать Багровым Землям десяток наших передовых военных кораблей. В качестве компенсации.

Мерзлотник лишь хмыкает:

— И это всё? А виновника вы накажете?

У Ольфа внутри всё обрывается. Он понимает: сыну конец. Но выбора нет.

— Конечно, накажем, — заверяет король Дании. А что еще остается? Не стоило им злить самого могущественного телепата на Этой Стороне.

* * *

Просыпаюсь дома, в своей спальне, и первое, что слышу — довольное потягивание Насти, которая сегодня спит со мной согласно очереди. Оборотница зевает, перекидывает ногу на меня и вдруг вскидывается и поднимает голову:

— Ой, Даня, я же маме обещала сегодня на блинчики сходить. Она будет готовить. Она и тебя звала, кстати.

Я только хмыкаю на предложение Жанны Валерьевны. Нет, спасибо. Блинчики Горнорудовой? Это точно не тот фронт, на который я хочу идти добровольно. Она же ими не угощает — она ими заманивает. Причём меня персонально. А я сегодня хочу спокойствия, а не очередной ловушки тёщи-на-полставки. Так что отвечаю максимально твёрдо:

— Ой, сходи-ка без