Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

будет и отказаться, поскольку мои умертвия под покровом ночной темноты вполне способны обеспечить меня топливом из близлежащей березовой рощи. Однако категорический отказ от заранее обговоренной услуги будет выглядеть не комильфо и непременно вызовет ненужные осложнения во взаимоотношениях с соседом. Уговор на селе, даже устный и не подкрепленный какими-либо бумажными обязательствами, как говорится, дороже денег.

— Ты насчет дров?

— Ну да, я те двадцать кубиков попиленных и порубленных дровишек привожу и выгружаю у тебя во дворе, ты мне за это тридцать тысчонок на лапу и пять литровых пузырей твово булькающего продукта сверху.

— Ажно полторы тыщи за куб⁈ Не жирновато ли будет⁈ — Я попытался отыграть прижимистого деда Трофима.

— Дед, ты телек смотришь? Радио слушаешь? — Нагло ухмыльнулся вымогатель. — В Германии за куб дров минимум сто евриков просят, а это по нынешнему курсу, сам посчитай. Я же с тебя по-божески. Эх! Ща бы портал магический наладить на остров Рюген, ну чтоб мой груженый КАМАЗ в него пролазил.

— Почему именно Рюген? — поинтересовался я.

— Дык недавно по телеку показывали, как там народу немецкому без нашего газа плохо живется. Пять кубиков за раз, по две ходки в день. Это ж какие деньжищи с одной только Кудряшовой пади можно взять! — Сосед мечтательно возвел очи горе.

— Ну да, если б у бабушки… Фантастику читать нужно поменьше, Коля… — вот тут меня в голове будто переключатель щелкнул, до разума дошло ключевое слово «Кудряшовой» и включилась ассоциация со словом «атаман». — Как ты сказал? Какой пади?

— Кудряшовой. Оттуда пару дней назад сапрыкинские архаровцы всю деловую древесину повывезли. Березой побрезговали, мол забирай кто хочет…

— Так, а где это?

— Тут недалече верстах в двадцати будет. Дорога неплохая, где надо бревнами устлана. Хлысты на месте попилим под твой стандарт, кругляши перевезем ко мне, на механическом колуне переколем, тебе во двор доставим аккуратные полешки, никакой щепы и прочей трухи. Ну что, согласный?

— Ладно, — с показушной неохотой согласился я, — уломал черт языкастый. Четыре КАМАЗа по пять кубов, колотых дров с тебя. С меня тридцать тысяч и пять литров самогона сверху.

— Тогда по рукам, Трофим Афанасьевич? — предложил повеселевший Колян.

— По рукам, — согласился я, — вот только у меня одно условие…

— Какое еще условие? — в ожидании подвоха напрягся сосед.

— Не боись, Николай, ничего такого особенного. Ни разу не был в тех местах, хотя и живу тут почти три десятка годков. Хочу там с корзинкой пройтись, грибов подсобрать, и вообще, посмотреть, что там и как. Возьмешь с собой завтра на первую ходку?

— Ну ты, дед, даешь! Грыбов энтих в ближайшем леске видимо-невидимо… — Однако, почесав всклокоченную бородищу и задумчиво «посоветовавшись в Небесами», выдал своим прокуренным басом: — Ладно, коль хотца по тамошним буеракам шастать, возьму тебя с собой. При мне два помощника. Обычно вожу их в кабине. Завтра до места поедут в кузове. Только тебе со своими грибами необходимо управиться к обеду, чтобы, значится, отвезти тебя опять же в кабине, ибо второй ходкой своих орлов в кузове с дровами не повезу.

— Да ты не парься, — поспешил успокоить мужика, — ты меня только до тудова подбрось, а дальше я уж сам домой возвернусь. Кстати, ты не в курсе, почему падь называют Кудряшовой?

— Хм, — почесав в очередной раз бородищу, ответствовал Соколов, — дык кто ж её знает. Предки они на всякие замысловатые названия горазды. Поди сейчас в этой топонимике разберись.

Слова-то какие — «топонимика». Помимо истовой любви к бабам и легкой привязанности к алкогольным напиткам, Николай обожал читать книги, особенно фантастику. Отчего в его кудлатой башке время от времени возникали разного рода интересные мысли типа того же проекта магического портала на остров Рюген. А еще он был поклонником программы Прокопенко на РЕН ТВ и воспринимал завиральные бредни ушлого ведущего, как откровения свыше. Так недавно, крепко побил собутыльника Вовку Кречетова за то, что тот выразил резонные сомнения насчет пустотелости Земли и обитающих там разумных существ более развитых в техническом плане нежели земляне. Деревня, тут все про всех всё знают, а столь курьезный случай не мог пройти мимо внимания здешних сплетниц. Удивительно, что те до моей персоналии еще не добрались. Подозреваю, недолго осталось — обиженная Лидка непременно поднимет данную тему перед кумушками. Поверят или не поверят, вот в чем вопрос. Хотя, как сказал доктор Геббельс: «Чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё верят». Ладно, будем надеяться, не в моем случае. Все-таки половой гигант моего возраста, байка более невероятная, нежели пустотелость земного шара.

Распрощались с соседом, договорившись о встрече на шесть утра, вполне довольные друг другом.

А к ужину примчалась всполошенная Мария. Ну как же, лепшую подругу ни за что, ни про что обидели и отлучили от желанной благодати. По словам Лидии, дед просто сбрендил и из-за какого-то пустяка буквально выкинул её за ворота едва ли не в обнаженном виде. Короче, зря я не поставил ей под глазом фингал, было бы не очень обидно за те словесные помои, что она вылила сгоряча своей подруге на мои седины. Ну Лидка, ну тварь неблагодарная!

Я не стал сразу оправдываться перед возмущенной Гапон. Усадил Марию за накрытый стол. Благо та не отказалась, ибо с работы примчалась голодная. После ужина и поговорили. Я подробно обрисовал ситуацию в реальном виде. Тот факт, что Авдеева попыталась извлечь коммерческую выгоду из наших отношений был ею воспринят крайне негативно.

— Ну Лидка, ну сучара, корыстная! А я-то смотрю она обхаживает одну кировскую фифу, вроде как сокурсницу, так и стелется перед ней, смотреть противно! А что, Трофим, своим здоровьем мы действительно обязаны твоему дружку? Раньше об этом как-то и не задумывалась, посчитала, всё дело в регулярном сексе, ну там гормональный режим в норму вошел и прочие женские дела. А она-то… ух какая наблюдательная и сообразительная, пожалуй, права Лида. Были у меня раньше не менее горячие мужики, но перепихон ни с кем из них здоровья не прибавил, только одни расстройства чувств…

— Ты, Маша, не волнуйся, со мной расстраиваться тебе не придется. Вот только, обижайся, или не обижайся, но ноги Лидии Авдеевой в этом доме отныне не будет. Если дружба с этой предприимчивой стервой для тебя важнее наших отношений, удерживать не стану…

— Это ты