Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

цацек, прилетевших мне невзначай от жадного и недальновидного атамана Тимохи Кудряша. Этот странный исторический персонаж мог бы стать одним из здешних олигархов при таких-то деньжищах, однако предпочел скользкий путь грабежа и насилия.

К дому подошел со стороны огорода. Снасти оставил в небольшом хозблоке, расположенном в саду между двумя раскидистыми яблонями. Чтобы избавиться от навязчивого рыбного духа, скинул одежду и хорошенько ополоснулся в летнем душе. Остывшая за ночь вода не успела нагреться под лучами восходящего солнца до комфортной температуры, пришлось терпеть, ибо ужасно не люблю, когда от кого-то разит чем-то неприятным, а рыбный запах — один из самых раздражающих обоняние здорового человека.

Как был неглиже прошел в дом. Стесняться некого, единственный сосед Василий Супрун, чей участок примыкает непосредственно к моему, нелюдимый одинокий мужик лет пятидесяти, скорее всего, с утра ушлепал в лес по грибы. Старается, пока на этом денежку заработать можно. Да и увидел бы, ничего страшного, чай не баба.

Дома переоделся во все свежее и вышел во двор. Тут до моего слуха донесся возбужденный голос недавнего моего пациента и поставщика дров Николая Соколова:

— И где, скажите мне, все эти «Никто кроме нас»⁈ Бегают по лесополосам с автоматиками как обычная пехтура! Где массовые десантные операции в тылы противника⁈ Где головокружительные захваты штабов противника и прочих стратегически важных объектов⁈

— Но, Николай, мы же многого с вами не знаем, — попытался возразить разбушевавшемуся стратегу Иван Иванович Боков, — может оно вовсе и не так…

— Ага, не так! А чего же мы тогда полгода топчемся на одном месте ДНР освободить не можем⁈ Та же десантура сунулась под Киев и огребла! И что в результате получилось? Знаете?

— И что же? — полюбопытствовал Спиридонов.

— А то… Буча получилась! — не на шутку разошелся Колян. — Хитрожопые хохлы разбросали по улицам трупаков, и журналюг со всего света собрали, де смотрите, какие русские варвары старух насилуют, постом убивают! Кароч, вся эта «расплескалась синева» только в пьяном виде шастать по фонтанам второго августа и годна, да кирпичи о тупые головы ломать! Раздули значимость рода войск, а как до дела, так воюют пехота, да бог войны артиллерия. Вот нахера, скажите мне, было трепать, что полком ВДВ Киев освободим от фашистской мрази⁈ Это только в кино они могут что-то, а по жизни третий закон Ньютона на всякую силу… ну вы меня понимаете, мужики… Более того, скажу вам, у нас в тылу чисто заговор и сплошное предательство. Прихожу на днях в райвоенкомат, мол так и так, я старший сержант запаса Соколов Николай желаю послужить горячо любимой родине в должности наводчика самоходной гаубицы «Мста-С», согласно ВУС прописанной в моем военном билете. А эта сука капитан, штафирка в погонах меня узнал и заявляет, дескать «Вы, товарищ Соколов, две недели назад у нас были, медицинская комиссия признала вас негодным для прохождения дальнейшей воинской службы». Я ему «Медкомиссия ошиблась, требую повторного осмотра», а этот мозгляк мне: «Наши медики вполне квалифицированные и не ошибаются». Ну я тут не удержался и сказал ему пару ласковых. Хотел по наглой морде дать, но комендачи подскочили, меня за дверь пинками выпроводили и предупредили, чтобы на пороге военкомата не появлялся иначе гражданской полиции передадут. Вот такие дела, мужики. А ведь еще в армии всю матчасть на зубок вызубрил от и до, ночью разбуди, оттарабаню таблицы поправок как «Отче наш», а там толмудище ого-го какой.

— Вы Николай, не расстраивайтесь, — попытался утешить разошедшегося не на шутку мужика Спиридонов. — Давайте еще по граммульке, и как там в песне поется: «И печаль отступит, и тоска пройдет».

— Ну как тут не переживать Виталий Прохорович… А наливай… — Далее послышался характерный булькающий звук. — Давайте выпьем за то, чтобы бюрократов на Земле стало меньше и вообще… — провозгласил тост Соколов, остальные его поддержали. Дружно чокнулись пластиковыми стаканчиками, дружно их опрокинули в глотки, дружно захрустели, вроде как огурцами. — Оно, конечно, можно просто так отправиться на фронт, — продолжил начатую тему Николай, — так ведь нет гарантии, что по специальности устроюсь, а с автомата стрелять и на брюхе ползать не обучен, в первом бою сгину, а мне еще пожить хотца, детишек понянчить.

Я слушал Коляна и охреневал от творившихся в его башке разброда и шатания. С одной стороны, человек вроде как жениться надумал. С другой, никак не успокоится насчет поездки в Донбас. Мало его местные мужики колотили, подавай ему военные приключения. Однако если Соколов по утряне здесь, значит, по мою душу. По всей видимости, позвонил, а меня нет, уселся на лавку, а тут и компашка подвалила с вином, закусью и разговорами задушевными. Так что пора вырывать его из лап прожженных алкашей Бокова и Спиридонова иначе в скором времени за вторым пупырём отправятся в Машин магазин — ближайшую точку, где торгуют «благодатью». Да, не забыть скинуть ему свой контакт на смартфоне, привыкли, понимаешь, по каждому поводу личные встречи устраивать без предварительной договоренности. Деревня.

— Николай, — крикнул через забор, — ты часом не ко мне⁈

— А вот и хозяин появился, — констатировал очевидный факт Соколов, — так что, мужики, спасибо за компанию. Мне пора. — После чего крикнул, уже в мой адрес: — Открывай, Трофим Афанасьевич, а то я тебя уже заждался! По делу я к тебе… Гы-гы-гы! На миллион.

— Да ладно, какие дела на миллион в наших скромных палестинах, — молвил я, пожимая лапищу гостя. — Я только что с рыбалки.

— Ну я так и подумал, — почесал щетинистую щеку Николай. — В общем, тут такое дело, дед…

— Так, о деле давай опосля. Сначала позавтракаем.

Приготовить яичницу с кусочками бекона, вскипятить воду и заварить иван-чай, между делом сервировать стол на кухне заняло немного времени. Николай в процессе не участвовал, сидел и смотрел, как я кручусь с видом опытной домохозяйки.

— Это здорово у тебя получается, дед. Где так навострился?

— Приходится крутиться у меня же нет любящей маменьки, которая взвалила на свои хилые плечи все бытовые проблемы своего великовозрастного сыночка.

Мой довольно резкий ответ вовсе не обидел гостя, поскольку обижаться Соколов в принципе не умел. В морду дать — это за ради бога, а вот, получив от кого-либо люлей (чаще всего заслуженных), вынашивать в душе холить и лелеять обиду на недруга — вряд ли.

— Ну