Лимб - Алексей Губарев

Тракт, в отличии от дорог и тропинок, был прямой, как стрела. Я, не боясь скрывающихся в лесу тварей, шёл по левой обочине, перекинув «Довод» на грудь и не выпуская оружия из рук. Ворон проводил разведку с воздуха, а Нюша тщательно прочёсывала лес с моей стороны, выискивая притаившихся Reus. Твари, скрывающиеся среди деревьев, попадая в зону ауры судьи, ломились ко мне напрямую, совершенно не заботясь о скрытности. Мне оставалось лишь навести ствол на источник шума и, поймав в прицел зверюгу, нажать на спусковой крючок.

Пара часов пути, четыре убитых мною демонических создания, а затем я нарвался на перводемона. Эта тварь проигнорировала ауру судьи, смогла укрыться от острого взора пернатого, и подчинила лисицу, приказав той атаковать меня со спины.

— А-а! — резкая боль пронзила левую ногу. От неожиданности я растерялся, принялся срывать ремень ружья с шеи, затем плюнул на бесплодные попытки, довернул свол вертикалки и выстрелил сразу с двух стволов, с удивлением осознав, что был атакован питомцем. Нюшу буквально разорвало на части, размазав по тракту.

Мощный удар в плечо швырнул меня на спину, притащив по поверхности пару метров. Правую руку прострелила боль — похоже перелом. Я приподнял голову, отыскивая взглядом атакующего, и тут же получил еще один удар, в бедро, ранее прокушенное лисицей. Тело развернуло вокруг своей оси, в глазах на краткий миг потемнело от боли, но всё же я уловил тень, нависшую надо мной. Поддавшись интуиции рывком дёрнул головой в сторону, и тут же что-то мощное ударило в каменную плиту, я аж дрожь почувствовал. Левая рука наконец дотянулась до меча, пальцы сжались на рукояти, и вокруг вспыхнула «Аура пламени», выжигая всё в радиусе трёх метров.

Удаляющееся шипение дало понять, кто на меня напал — какая-то змеюка. Еще раз осмотрелся, стараясь лишний раз не шевелить поврежденными конечностями.

Вон она, тварь! Темно-серый полоз, метра четыре длинной. Попытался удрать из зоны поражения, но не успел, «Аура пламени» поджарила змея. Только меня это не радовало. Сломанная рука, поврежденная нога, да и сотрясение, похоже, серьезное — затылком хорошо приложился о дорогу.

Увы, моя победа оказалась Пирровой. Подняться кое-как смог, и даже двигаться, как черепаха. Каждое движение сопровождалось резкой болью в правом плече, левая нога ныла — да меня сейчас любая тварь прикончит походя. И зелий исцеления больше нет. Самоубиться что-ли? За это вроде большой штраф к «Чистоте души», так что не стоит даже пробовать.

Последующие несколько часов помнил урывками. Вот я, шипя от боли, перезаряжаю «Довод». Потом достаю аптечку, с трудом читая надписи на лекарствах и, обнаружив обезбаливающее, принимаю двойную дозировку. Затем, прямо поверх одежды, накладываю на сломанную руку повязку. Относительно толстая ветвь, срезанная мною с ближайшего дерева, надежно фиксирует плечо. Боль начинает отступать, а вот восприятие окружающего мира становится размазанным, похоже зря принял столько таблеток.

Когда успел срубить себе костыль — позже так и не смог вспомнить, как и путь, проделанный от места боя. Позже, разбирая вещмешок, с удивлением обнаружил три фиала, заполненных кровью «Протогада» — легендарный ингредиент, мать его.

— Боец, да остановись же ты! — словно сквозь стену, ко мне пробился знакомый голос. — Стоять, кому говорю!

С глаз будто пелену сдёрнули. Стою в полуметре от стены, тянущейся по правую руку. Впереди трещина в земле, метра два шириной. Заглянул в неё и отшатнулся — дна не видно.

— Пернатый, это что за хрень? Где мы вообще?

— Я не знаю, боец. Но такая трещина полностью пересекает тракт, от стены до стены. Думаю, это какое-то испытание.

— Чёрт, что со мной было, как я вообще здесь оказался?

— Я тебе говорил, не употреблять лекарство сверх положенного, инструкцию не идиоты придумали. Хорошо, что твари по пути не попадались, иначе бы ушёл на перерождение.

Я сосредоточился на расщелине, и перед глазами тут же появилась алая надпись:

«Испытание. Innocens N 13, чтобы покинуть лабиринт, нужно перебраться на другую сторону. Ширина разрыва напрямую зависит от чистоты твоей души. Чем выше чистота, тем уже разрыв.»

Как всегда, в конце имелось предложение о том, чтобы я очищал от скверны себя и окружающий мир. Какой скверны? От тварей, из которых большинство — бывшие заключенные? Или от самих заключенных?

Да, здесь каждый сам выбирает, кем ему быть — убийцей или охотником на тварей. Каждый меняется под давлением обстоятельств, и, судя по встреченным мною разумным, девяносто девять процентов предпочитают жить так, как жили раньше, до изьятия.

— Пернатый, — прервал я свои размышления, — надо перебраться на ту сторону, иначе не сможем покинуть лабиринт.

— Боец, тут всего два метра, в чём проблема? — спросил ворон. Сука, издевается.

— Думаю, ты жрешь слишком много. — задумчиво произнес я. — Скоро летать не сможешь. Посажу-ка тебя на диету. Поголодаешь немного, заодно поумнеешь. Ты, ворона тряпошная, я хожу еле-еле!

— Не шуми, тварей привлечёшь. — осадил меня птиц. — Головой подумай сначала.

Я подумал. Свалил пару деревьев «Пламенным клинком», имеющих наклон в сторону разрыва. Увы, стоило лесине коснуться земли, как часть, нависающая над пропастью, исчезала. То же самое случилось и с верёвкой, которую я попытался перебросить на другую сторону.

А потом пришли твари. С той стороны. Мы с вороном не ожидали нападения из-за расщелины, поэтому я даже пикнуть не успел, когда чьи-то челюсти сомкнулись на моей шее. Лишь услышал хруст ломаемых позвонков.

Возродившись, не стал задерживаться. Почесал за ухом Нюшу, смотрящую на меня виноватыми глазами, сменил во фляжке воду на хододную, и тут же пожелал покинуть место возрождения. В большой зоне безопасности так же не стал задерживаться, лишь еще раз изучил товары в лавке, да положил флакон с трофейной кровью на приемный лоток. Не удивился, когда узнал стоимость легендарного ингредиента — 100 сил Веры Его за фиал. Обменивать не стал, не видел нужды. Всё равно вырученых сил не хватит на профессию лекарь, чья стоимость составляла пятнадцать сотен сил. Шутка ли, в два с половиной раза дороже оружейника.

Вторая попытка добраться до разрыва вышла кровавой, как для тварей, так и для меня. Я сжёг аурой стаю адских псов, пристрелил одного бронезавра, убившего Нюшу, и бесславно погиб от налёта десятка Мышанов. Очнувшись в зоне возрождения, махнул рукой на бесплодные попытки прорваться — в темноте мне не пройти. Утро, как говориться, вечера мудренее. Поэтому достал припасы, накормил лису и ворона, убитого неизвестно кем, перекусил сам и