Проект: "Возмездие" Книга 2 - Игорь Игоревич Маревский

— Пожрать я всегда «за», только вот паста уже надоела, а к местному мясу я даже пятиметровой палкой притрагиваться не стану.

Приблуда согласно закивал.

— Да, я однажды чуть не сожрал. Уж слишком вкусно котлета пахла, но вовремя вспомнил, как трудился ещё рабом на станции по вытопке жира. А потом поймал себя на мысли, что через месяц-другой смотришь на еду иначе. Жуть, в общем. Ну а насчёт пасты, если мы придерживаемся вегетарианской диеты, то всегда можно её намазывать на булочки. Мука и вода за кибу, ну или купить там уже готовые. Правда, от них толку мало, так, исключительно для вкуса.

— Пойдёт, — уверенно согласился и, покосившись на Азалию, приказал. — Оформи нам сладкого перекусить и что-нибудь в дорогу. На крайний случай паста пойдёт. Я пока тут пообщаюсь с людьми, а как вернёшься, двинем в дорогу.

Приблуда, будучи ограбленный Сервом, получил от меня тридцать единиц кибы и радостно заулыбался.

— Будет сделано, а потом куда пойдём? Что за дело-то?

— О деле ты узнаешь позже. Надо сначала навестить спрятанный автомобиль и отыскать Брута и Мышь. Вот этим и займёмся. И поспеши, часики-то тикают…

Глава 8

Время до запуска протокола очищения: 63ч 11м.

Небо над ВР-3 сгущалось тёмными красками, не предвещая ничего хорошего. Я достал из инвентаря бутылку воды, сделал пару глубоких глотков и, посматривая, как светило затягивало пышными тучами, задумался. Как меня угораздило ввязаться во всё это?

Рабство, наёмничество системы, стычка за контроль территории, загадочные сигналы, получаемые височным имплантом, и прочее. Будто где-то сверху сидел больной ублюдок и с помощью увеличительного стекла выжигал человеческий вид в целом. Хотя в моём случае найти виновницу очень просто. Не знаю, является ли она божеством, но местные постоянно клянутся какими-то богами Города-Кокона.

За стенами ВР-3 невооружённым взглядом можно было разглядеть его очертания. Массивная скорлупа, уходящая по дуге ввысь, представляла собой творение иного порядка. Складывалось впечатление, что кто-то насильно вырвал его из другого мира, нет, даже вселенной, и усадил в центр выжженной пустыни. Насколько он огромный? Боюсь даже себе представить, раз с такого далёкого расстояния кокон, окружающий город, можно было рассмотреть без особых усилий.

В последнее время со всей этой суетой и постоянными сообщениями у меня не осталось сомнений, что в конечном счёте мне придётся туда попасть. Не знаю как, не знаю какими путями, но выбора особо не осталось, если хочу выяснить как здесь оказался. К тому же не помешало бы вспомнить кто я вообще такой и почему вместо воспоминаний о счастливом детстве и юношестве в памяти сплошной пробел. Кроме знания о наличии импланта и моего настоящего имени.

Приблуда заметил, что я уже несколько секунд молча смотрю на затянутое густыми тучами небо, и сам нехотя поднял голову вверх. Я взглянул на остатки воды в бутылке, сделал ещё один глоток на счастье и убрал обратно в инвентарь.

— Хватит бесцельно пялиться на небо, там ответов нет, — подшутил я над напарником и кивнул в сторону дороги.

— Сам-то... — фыркнул Приблуда. — Как думаешь, она там?

— Кто? — переспросил, сделав вид, что не понимаю о чём он. — Система?

— Конечно, система, а кто ещё?! Все поначалу задаются этим вопросом, когда из принтера выходят и в наёмники записываются. Свободного времени больше становится. Правда, затем настолько привыкаешь к местному быту, что в конечном счёте плевать. Ну есть система да и есть, главное — пожрать послаще и поспать покрепче. Ещё трахнуть кого-нибудь в идеале и кибы отжать. Вот оно — счастье наёмника.

Я улыбнулся, замечая, что до дороги, где ранее устраивали засаду, осталось не так далеко.

— А ты, наверное, не из таких, — спросил как бы между делом.

— Ну, интеллектом не обделён, спасибо, — колко парировал Приблуда. — Вот скажи, каждая тварь рождена принтером. Огромный бункер в самом сердце ВР-3, куда даже если собрать всех наёмников, ни в жизнь не попасть.

— Ага, меня тоже интересовал этот вопрос. Разве никто не пытался?

Приблуда ухмыльнулся

— Пытались конечно, только вот там двери настолько толстые и крепкие, что ничем не откроешь. Был, правда, один такой, по прозвищу Девять пальцев. Так вот, то ли система наградила его, то ли бог в темечко поцеловал, но он любой замок вскрывал будто насквозь видел. Правда, этот придурок потом себе вместо указательного пальца отмычку установил, мол, так сподручнее будет, но это не важно. Так вот, в очередной раз, когда двери открылись и побрели стада новых рабов, он нарядился смертником и попытался проскользнуть внутрь. Ну чтоб смешаться с толпой, понял в общем, да?

Я, примерно догадываясь, чем окончилась история знаменитого Девятипалого, всё же поинтересовался:

— Ну и как? Сумел?

Приблуда хлопнул в ладоши.

— Да вот в этом-то и дело, никто точно сказать не может! Исчез ублюдок в толпе, больше его никто не видел. Местные, конечно, сразу баек и историй навыдумывали, но их пересказывать — только воздух попросту тратить.

— И что, правда исчез?

— Говорю же, не знаю! Да чёрт с ним, с придурком, я вообще не об этом. Ты меня слушать будешь или нет?

Я улыбнулся и, в примирительном жесте подняв обе руки, дал ему продолжить.

— Так о чём это я? — задумчиво потирая подбородок, пробубнил Приблуда. — Ах да! Ну вот, все мы из принтера, все уже половозрелые мужики и бабы, причём никаких детей, а воспоминаний ноль! Ну то есть откуда мне вообще известно, что существуют дети? Я же ни одного не видел! Откуда знаю, куда бабе вставлять надо, как ложку держать, какой стороной пасту жрать и что зимой нельзя облизывать железные столбы? Тут даже зимы не бывает!

Я слегка поморщился от формулировок Приблуды и решил уточнить:

— Ты про отсутствие воспоминаний?

— В том числе! Почему я ни хрена не помню о своей жизни до принтера? Вот прям бывают дни, что задним местом чувствую, что было что-то в моей жизни прекрасное и светлое, что аж душу греет, но вот что именно — вспомнить не могу.

Я заметил на горизонте ту самую дорогу и, пожав плечами, ответил:

—